Владимир Еркович – Тараканы! С восклицательным знаком на конце. 30 лет в панк-роке вопреки всему (страница 37)
К этому времени ушедший гитарист Александр Голант и двое действующих участников группы «Тараканы!», Алексей Соловьев и Сергей Прокофьев, образовали новую группу под названием «Три 15» и стали делать скоростной поп-панк, ориентированный на модную калифорнийскую сцену.
– Почувствовав, что Соловьев стал немного отдаляться, посвящая больше времени своему проекту «Три 15», я стал больше внимания уделять сочинению музыки, – продолжает Дмитрий Спирин. – У меня есть такая особенность, что если я чувствую, что на каком-то направлении провал, то сразу мобилизую все свои навыки и закрываю брешь, даже если до этого не слишком проявлялся на этом поприще. Так у нас родились такие песни, как «Письмо к Бритни», «Я не верю», «Как в третий Quake», «Русский рок» и еще несколько, музыку к которым написал я.
– Дима очень ревностно отнесся к образованию «Три 15», – говорит Алексей Соловьев. – Думал: «Вы там на стороне будете что-то делать, а “Тараканы!” будут стоять и не развиваться». Я пытался его убедить в обратном. Мы обсуждали это, но решения не находили. Правда, ситуацию он не обострял и никаких ультиматумов не ставил. Конфликт не перерастал во что-то большее. Таким образом, мы с Сашей и Сергеем стали действовать в выбранном направлении, и это абсолютно нормально для молодых людей, которые хотят заявить о себе. Дима Спирин, в свою очередь, увлекся исполнением кавер-версий песен советских композиторов в рамках группы «Приключения Электроников» с единственной целью – заработать на этом денег.
«Приключения Электроников» к этому времени действительно стали активно развиваться. Парни взяли в группу Сергея Прокофьева, который был нарасхват. Они стали готовить к выходу первый альбом, обещавший стать событием не только для панк-рок-сцены, но и вообще для всего русского рока.
– Я загорелся идеей группы «Приключения Электроников» с одной целью – играть песни советских композиторов в панк-рок-обработке, – говорит Дмитрий Спирин. – Для меня это было самым настоящим творчеством, и я кайфовал от процесса. И это было точно не из-за денег. Группу придумали в шутку, из-за конфуза с розыгрышем Кости Савельевских, и до того, как мы заработали первую популярность, прошло около двух лет. Пришлось попотеть.
Интересно, что участие Спирина в презентации первого альбома «Приключений» «Прекрасное далеко» было под большим вопросом. За неделю до этого он слег в больничку с жесткой фолликулярной ангиной, которую заработал по глупости. Сначала наорался без разминки при записи вокала на студии, а потом съел два мороженых и поймал суровое осложнение. Дело было настолько плохо, что парни начали всерьез думать о том, не пригласить ли им самого Александра Феликсовича Скляра, чтобы Вождь спел партии Спирина. Но прибегать к радикальным решениям не пришлось. Сида выписали в день концерта, и прямо из больницы он поехал на саундчек в СДК МАИ.
«Тараканам!» очень хотелось полноценных туров, большой плотности выступлений и опыта, который невозможно получить без гастролей. К тому же наличие серьезного концертного расписания говорило бы о том, что команда чего-то добилась и на нее есть спрос в регионах. Но сидеть и ждать, пока этот спрос будет таким сильным, чтобы из входящих предложений можно было составить сколь-нибудь продолжительный тур, можно было очень долго. Иногда артистам надо самим совершать рискованные шаги, играть на опережение, не ожидая, пока рынок предложит им новые возможности. Это позволяет группе закрепиться на более высокой ступени развития и самостоятельно создать прецедент. Если команда хотя бы раз проедет с гастролями через всю Россию, то и региональные организаторы будут смелее обращаться с запросами. Все-таки есть огромная разница между тем, чтобы букировать группу для одного выступления в далеком городе или привезти ее в рамках тура, когда транспортные расходы значительно ниже.
К этому времени Спирин уже хорошо подружился с Ильей Островским, который двумя годами ранее организовывал антинаркотическую акцию в Приборостроительном техникуме. За эти два года Илья уже поднаторел в области проведения рок-концертов и фестивалей. В том числе он провел совместно с MTV глобальный АнтиСПИД-фестиваль в парке Горького, который стал серьезным событием в музыкальной жизни столицы.
Мне позвонил Сид и сказал, что они с «Филями» верстают тур в поддержку альбома «Страх и ненависть», и у них есть огромные дыры. Иногда на пол-Сибири провал. У него возникла идея подключить фонд «Нет алкоголизму и наркомании» и через наши региональные представительства организовать несколько антинаркотических акций, добавив их в расписание тура. Немного подумав, я вписался в эту историю.
Через Островского и фонд «НАН» удалось забить несколько дополнительных дат, и теперь вставал вопрос, кому разруливать организационные вопросы на гастролях? Своего тур-менеджера в «Тараканах!» тогда не было, и эту роль предложили тому же Островскому. Все равно он поедет на концерты в рамках антинаркотических акций, так почему бы ему не прокатиться с ними по всему маршруту?
– Я предложил Игорю Тонких кандидатуру Ильи, и он пригласил его на переговоры, – рассказывает Дмитрий Спирин. – Потом я к этому уже привык, но в тот момент я поразился, с какой легкостью и спокойствием Островский говорил о деньгах. Он выслушал Танкиста и на голубом глазу, нисколько не стесняясь, сказал, что хочет получить за это шестьсот долларов. Огромные деньги за тур, в котором ни один из музыкантов, скорее всего, ничего не заработает! Тонких ответил, что сумма его устраивает, и тут уже встрял я: «Я извиняюсь, конечно, но как такое может быть? Для меня это звучит нелогично и дико! Ты, Илья, заработаешь серьезных денег, в то время как я буду два раза в день выходить на сцену, сначала в составе «Приключений Электроников», а потом в составе группы «Тараканы!», и мне никто ничего не гарантирует!» На что Игорь мне ответил, что так устроена жизнь: «У Ильи свой интерес, а у тебя свой. Он наемный сотрудник, а ты артист, который преследует свои цели от этого тура». Тогда я впервые понял, насколько все мы в «Тараканах!», и я как лидер группы, были неуверенными и робкими во всех вопросах, касающихся денег. Нас тогда мог залечить кто угодно. Любой промоутер мог опустить нас на треть гонорара и уболтать пойти на любые уступки.
Гастролям в поддержку альбома «Страх и ненависть» предшествовала одна удивительная история, которая началась за два года до этого. В 1999 году в Москву приехал Мотоаки Курикоми, лидер японской панк-группы SOBUT (Sons of Bitches United & True), со своей наполовину русской женой Каори Кавамура, которая к своим неполным тридцати годам уже была состоявшейся певицей, моделью и актрисой. Они приехали в Москву навестить ее родственников по линии мамы, а Мотоаки, пользуясь случаем, изучал российскую панк-сцену. Вместе с Артемом Парсадановым, родным братом мамы Каори, он поехал на «Горбушку» и стал там скупать альбомы всех российских панк-групп. Артем в теме не разбирался, а Мотоаки не знал русского, так что, после того как они прошлись по рядам стихийного рынка возле ДК Горбунова, в руках японца оказалось очень много дисков с самой разнообразной музыкой, в числе которых был и альбом «Посадки нет» группы «Тараканы!». Вернувшись домой, Мотоаки-сан все внимательно прослушал и дал задание своему московскому родственнику связаться с группой «Тараканы!». Эта команда зацепила его сильнее прочих.
Артем долго не мог придумать, как связаться с группой, пока японец не прислал ему по факсу копию обратной стороны диска, где были указаны контактные данные офиса FeeLee Records. К этому времени на адрес «Филей» уже периодически приходила корреспонденция для «Тараканов!», где ее сортировали и передавали Спирину. В один из дней секретарь «Филей» Татьяна Ларина сказала Диме, что звонил некий Артем и рассказал странную историю про каких-то японцев, которые хотят дружить с группой «Тараканы!».
При первой встрече Артем музыкантов не впечатлил. Было понятно, что человек совершенно не врубается в андеграундные расклады и не знает базовых вещей. Он говорил про русско-японскую дружбу, культурный обмен и межнациональное сотрудничество. Тем не менее он привез на встречу несколько альбомов SOBUT и подарок в виде пакета с мерчем. Значит, мифические японцы все же существовали.
– Никакой эйфории от появления «Собута» на горизонте у нас не было, – рассказывает Дмитрий Спирин. – Мы тогда знатно хорохорились и были о себе далеко не последнего мнения. Думали, что нет ничего удивительного в том, что среди российских панк-групп они приметили именно нас.
Про группу SOBUT мы тогда ничего не слышали.
Когда парни послушали привезенные Артемом записи, то дико прониклись творчеством японской команды и стали всячески педалировать совместные активности, результатом которых должны были стать гастроли «Собута» в России и ответные концерты «Тараканов!» в Стране восходящего солнца. В конце 2001-го они даже выпустили сплит-альбом с группой SOBUT, который получил название «Punk this town / Реальный панк?». Со стороны «Тараканов!» в него вошли демоверсии нескольких треков, которые готовились для нового альбома «Страх и ненависть».