Владимир Дроздовский – Правдивая ложь (страница 6)

Сядьте. Я этого не говорил. Просто в ее нынешнем состоянии ни один суд не воспринял бы ее показания всерьез. Мне очень жаль.

– А-а-а… кажется я все понял. Этот старичок в твидовом пиджаке… кто это был? Подручный папаши Гришки? Это он все уладил, да?

– Гражданин Брум вы отдаете себе отчет в том, что говорите? Я могу привлечь вас к ответственности за клевету! Это очень уважаемый человек.

– Я то отдаю! А вот вы— нет! Думаете, что всех можно купить? Хрен вам! Я на вас всех жаловаться буду!

– Это ваше право, гражданин Брум. Разговор окончен. Я вас больше не задерживаю. Вы свободны.

– И откуда вы такие выползли? Были же люди, как люди… А превратились в рвачей, спекулянтов, барыг, казнокрадов…

– Покиньте мой кабинет немедленно, иначе я задержу вас за оскорбление должностного лица при исполнении.

Аристарх Брум вскочил, плюнул с досады на полуботинки, и развернувшись, вылетел из кабинета следователя, хлопнув напоследок дверью. Настроение у него было крайне паршивое. Он конечно предполагал, что никакого дела против Григория Сидоренко возбуждено не будет, но того, что его дочь фактически обвинят в собственной смерти (которой к счастью удалось избежать), и представить себе не мог.

«Евгений Устинович Сидоренко даром времени не терял. Сына прикрыл надежно. Да ничего страшного. Мы еще повоюем», – твердо решил Аристарх Брум, направляясь к собственному автомобилю. Он сел за руль, закрыл дверь и призадумался.

«Май месяц, до окончания учебы осталось всего ничего. Хорошо, что третий курс… понятно, что ни в какую академию Анюта после выздоровления не вернется. Будет доучиваться последний год заочно», – продолжил свои думы Аристарх Эммануилович, нервно барабаня тонкими пальцами по рулевому колесу.

«А вот что делать дальше? Подать жалобу в прокуратуру»? Он вспомнил, что наговорил тогда Евгению Сидоренко по телефону и горько усмехнулся. «Не даром же говорят, что кто предупрежден, тот вооружен… сам же раскрыл все карты перед этим буржуем… вот тот и подсуетился быстро, гад. И попробуй докажи теперь, что этому следаку взятку дали… ладно, пора ехать в больницу…»

Глава 7. Возмездие

2 месяца спустя…

Возвращаясь под утро с очередной вечеринки в знаменитом на весь город ночном клубе «Тоннель», который находился недалеко от станции метро Спортивная в помещении бывшего бомбоубежища, Григорий Сидоренко, решил прогуляться до дома пешком. Благо идти было недалеко. Квартира его родителей находилась на 6 линии Васильевского острова. Он расстался со своими друзьями, не доходя до Тучкова моста, рядом с дворцом спорта «Юбилейный» и нестройной походкой направился к переправе через Неву.

Знаменитые белые ночи были в самом разгаре, да и с погодой сегодня повезло, было тепло. С Невы дул легкий летний ветерок, охлаждающий разгоряченную кожу молодого человека, который был не совсем трезв. Тучков мост уже свели обратно на техническую паузу, поэтому Сидоренко мог без проблем передвигаться по нему.

Вокруг не было ни души, только где-то позади еле слышно доносились какие-то ритмические звуки ночной дискотеки, с каждым шагом становящиеся все тише и тише. Вскоре шум воды и ветра полностью заполонил собой все пространство. Проходя мимо стадиона «Петровский» Сидоренко лишь мельком взглянул на него. Он не являлся фанатом футбольного клуба «Зенит», да и футболом никогда не интересовался, предпочитая ему американский баскетбол. На стадионе был всего несколько раз, да и то только на концертах отечественных рок-музыкантов. Зато пару раз был свидетелем фанатских разборок, где фанаты Зенита дрались с динамовцами. Сам Григорий драться не умел и не любил, поэтому старался избегать подобных потасовок. Благо рядом всегда были крепкие, верные друзья, которые могли прийти ему на помощь. Тем менее, это не мешало молодому человеку вечно задирать нос и строить из себя «крутого чувака», коим он на самом деле никогда не был.

Перейдя через мост, он пересек дорогу через набережную Макарова, дошел до Кадетской линии и снова повернул направо по направлению к Малому проспекту.

Дойдя до него, он прошел несколько метров до ближайшей арки во двор, внутри которой стояли несколько молодых парней в спортивных костюмах. Они пили пиво и громко смеялись, о чем-то громко разговаривая. Рядом с ними стоял старый потрепанный советский двухкассетник. Григорий Сидоренко проходя мимо этой арки, сделал вид, что не замечает их. При этом немного ускорил шаг, проходя мимо шумной компании. Но его неожиданно окликнули.

– Эй, пацанчик! Куда путь держишь? Это наша дорога! —Прокричал один из молодых парней, остальные же рассмеялись этой шутке и заулюлюкали.

Сидоренко не остановился, понадеявшись, что они больше не обратят на него внимание и продолжил свой путь. Он уже почти дошел до угла со 2 линией, но его снова окликнули, на этой раз более агрессивно.

– Слышь, малой! Ты там оглох что ли? Сюда иди! Быстро, быстро! – Один из парней, сидевших на корточках, вскочил на ноги, подбежал к нему и схватил за плечи.

– Отвали! – Коротко бросил тому Сидоренко и легонько оттолкнул от себя. Толчок был не сильный, однако парень, не ожидая этого, отступил на несколько шагов назад, споткнулся об ограждение газона и упал на землю, ударившись спиной и яростно матерясь.

Остальные парни, заметив это, ринулись к Сидоренко, побросав свои бутылки. Их оказалось четверо. Крепкие, молодые, коротко стриженные и крайне агрессивно настроенные. Сидоренко уже в который раз пожалел о том, что не вызвал такси до дома, да было поздно. Раньше с ним подобных происшествий не происходило, вот и расслабился.

– Слышь! Ты чего такой борзый, пацанчик! В школе не учили как со старшими надо разговаривать? – Грозно заявил один из парней. Остальные, осклабившись и разминая руки, окружили Сидоренко со всех сторон.

– Извиниться перед нашим корешем не хочешь, парашник? А то как-то неудобно вышло, – продолжил свой монолог тот. – Да, пацаны?

– Простите парни, случайно вышло. Я не хотел, но он сам первый начал, – попытался было оправдаться Сидоренко, но его грубо оборвали.

– Ты чего там проблеял? Я не расслышал? Кто там первый начал?

– Да че ты с ним базаришь, Серый! Дай я! – Крикнул тот самый парень, которого так неаккуратно уронил нерадивый студент, он подошел к Сидоренко, взмахнув левой рукой, резко ударил того кулаком в челюсть. Григорий, не ожидая удара, отлетел назад, но получил новый толчок сзади. И его снова поставили на ноги.

– Таких воспитывать надо! Сразу видно, что мажор! Вы только посмотрите на его шмотки! Штука баксов не меньше! – крикнул еще один рыжебородый парень, который стоял слева от студента. – Эй! Дружище! Не ушибся? Ха-Ха!

– Ну хорош… ребят… Я был не прав, признаю, – попытаться было Сидоренко извиниться, прекрасно понимая, что сам навлек на себя беду. – Дайте пройти. Посмеялись и хватит.

Он развернулся было и хотел пройти мимо двух парней, стоящих за его спиной. Но те не позволили ему этого и снова оттолкнули назад.

– Куда собрался? Тебя не отпускали – снова заявил главный заводила, который первым и окрикнул Сидоренко, когда тот проходил мимо злополучной арки.

Григорий развернулся и решил прорываться на волю через главного. Он резко шагнул к нему, толкнул в правую сторону. Главарь налетел на первого пострадавшего своей спиной, тот снова громко вскрикнул от боли.

– Ах, ты сука! Держи его! Мочи сучонка! —прорычал дважды пострадавший и снова ринулся на Григория с кулаками.

Сидоренко уже почти выбрался из окружения, как снова получил сильный удар, на этот раз досталось его спине. Споткнувшись, он упал на асфальт. И осознав, что совершил роковую ошибку, закрыл голову руками. Озлобленные молодчики налетели на него со всех сторон и начали яростно пинать ногами…

Через полчаса Сидоренко сильно избитый и поломанный в окровавленной и порванной одежде кое-как дошел до угла Малого проспекта и 5 линии, упал на газон и потерял сознание от потери крови. Там его и обнаружили случайные прохожие спустя 2 часа, которые и вызвали скорую помощь и милицию.

– Ну и гадюшник вы выбрали для встречи, товарищ майор…

– Ну извини, что не Метрополь. Зато тихо и практически безлюдно. Встречаться в отделении сейчас опасно, у нас там очередные проверки. Поэтому и выбрал это скромное кафе. Вон посмотри, какой шикарный вид на парк.

– Ладно, черт с собой. И с твоим парком. Посмотрим, чем тут кормят, – ответил Сидоренко старший и открыв меню, бегло пробежался глазами по его страницам. Крякнув от досады, он произнес: «Да уж… рисковать здоровьем не хочется. Закажу я просто кофе, надеюсь, не отравят… Официант! Кофе, черный, без сахара и с молоком, – прокричал он по привычке, забыв, что находится в обычном маленьком заведении, где нет официантов.

– Я себе тоже, пожалуй, закажу кофе, – произнес второй мужчина и встал со стула. – Здесь самообслуживание, Евгений Устинович. Прогуляюсь до барной стойки. – Он подошел к ней и достал кошелек из небольшой наплечной сумки. Вынул оттуда пятитысячную купюру и протянув ее бармену, произнес: «Два черных кофе, без сахара, один с молоком. Сдачи не надо.

Виктор Портной, вернулся на свое место и снова посмотрел на своего собеседника.

– Я сегодня угощаю, гулять так гулять!

– Разбогател что ли? Спросил его ехидно Евгений Сидоренко, и сам же рассмеялся над своей шуткой. – Ладно, не сердись. Все понимаю. Наша служба и опасна, и трудна…