Владимир Де Ланге – Вера и рыцарь ее сердца. Книга четвертая. Жизнь без десерта (страница 5)
– Женя, ты зачем пожаловал? Кто тебя звал! Убирайся подобру-поздорову!
Тут в разговор вступила Римма, она выбежала из кухни со скалкой в руках.
– Разгильдяй! Душегуб! Жену и детей бросил на произвол судьбы и явился, чтобы нас дискриминировать в собственном доме?
Римма имела диплом по научному коммунизму и любила такие объёмные слова, как «дискриминация».
– Пожалуйста, не сердитесь! – защищался Женя. – Я дачу продал, но меня ограбили те, кому я дачу продал, в моей же квартире избивали, хорошо, что не убили. Завтра я собираюсь уехать на золотые прииски. Я извиняюсь, можно мне переночевать…
В коридор вбежали дети. Таня стремглав бросилась к отцу, крепко обняла его за ноги и от счастья закрыла глаза. Катюша подошла к отцу, заботливо сняла с его головы шапку и стряхнула с неё снег. Подросшую девочку не испугал его побитый вид, и ей казался родным тот терпкий запах табака с перегаром, по которому она скучала. Только Витя стоял у косяка двери в коридор и смотрел на отца настороженно, исподлобья.
– Сынок, Витенька, ну, подойди-ка сюда. Папка приехал!
Тут и Витя подбежал к отцу. Женя радостно поднял мальчика на руки и бережно прижал к своей груди. От этой картины «Не ждали» у любой сердобольной женщины непременно побежали бы слёзы из глаз, но у Веры слёз не было.
– Завтра уедешь на свои прииски… Пропил дачу?! Мне не на что жить, а ты пропил дачу?!
– Вера, те, кому я продал дачу, меня же и избили, а деньги отобрали.
– Это меня не волнует. Ты оставишь меня и детей в покое. Я же не прошу у тебя алиментов! Так… дети, быстро в туалет и спать. Вам перед школой надо выспаться.
На следующий день, рано утром Вера первым поездом отправилась в Мирный. Всё, что случилось с мужем, её не касалось, а вечером в коридоре гулко прозвучал телефонный звонок. Быстро выбравшись из-под матраса, она спустилась по лестнице, звук её шагов жутким эхом прошёлся по пустым комнатам. Вера, дрожа от холода, подошла к дребезжащему телефону и взяла трубку в руки.
– Алло.
– Дочка, ты просила Женю остаться?
Голос папы прозвучал озабоченно.
– Я? Папа, конечно, нет. Это Саша просил тебя, чтобы ты задержал Женю и потребовал от него переписать машину на моё имя.
– Вера, как я могу сказать Евгению об этом, когда он в таком плачевном состоянии. Мне стыдно удерживать его только ради машины.
– Папа, так делай, что хочешь, но я не хочу о нём даже слышать!
– Ты сама ему об этом скажешь, потому что я отправил его к тебе, как-никак он остаётся твоим законным супругом.
– Папа, отправь его лучше к брату.
Ещё не нашлось на земле силы, способной переубедить Володю в своём решении, если оно казалось ему правильным.
На следующее утро Женя уже добросовестно помогал Вере перевозить мебель из больницы в новый дом, который к вечеру приобрёл жилой вид. Ночью, уставшие от трудов с переездом, бывшие супруги лежали на одной кровати, чтобы быстрее согреться и уснуть в тепле. Засыпая, женщина вспомнила разговор больничных рабочих, помогавших им переносить тяжёлые вещи, о том, что выглядел супруг докторши наркоманом с приличным стажем, и что признать ей совершенно не хотелось. «Нет, никакой он не наркоман, просто исхудал от голода, одиночества и водки, и у него слабый характер», – подумала она про себя, но уснуть ей помешал Женя.
– Ты что, совсем меня не любишь? – обратился он к ней с неподдельным интересом.
– Ох, Женя, какая может быть любовь, когда так трудно жить. Уже то хорошо, что тепло под одеялом, и … от усталости стонут даже кости.
Как только это предложение было проговорено, Вера тут же забылась сладким сном. О чём думал Женя, слыша спокойное дыхание жены, останется его тайной.
Прошёл месяц с той поры.
В доме не было тепла, но работали обогреватели, воду привозили на водовозках, и то с перебоями, зато в сарае у Лебедевых жили корова, свиньи, куры и кролики. Эта живность была куплена на деньги от продажи квартиры в Шантюбе.
В гараже стояла разбитая машина, привезти которую помог Верин папа, Женя всё своё свободное время пытался её отремонтировать. Он отдохнул, протрезвел, набрал в весе и был благодарен Вере за то, что не прогнала, а вскоре его взяли на работу учителем истории, а после работы он, как потомственный крестьянин, хорошо управлялся со скотиной.
Перед Новым годом пришло письмо от Катюши.
«Мама и папа. Не бросайте нас, пожалуйста. Мы хотим жить с вами. Бабушка заставляет Таню и Витю на прогулке ходить вокруг дома, держась за руки… Это письмо мы написали тайно от бабушки. Мороженое, которое сделала для нас мама, было очень вкусное. Бабушка даёт нам его кушать каждому по ложечке. Заберите нас к себе. Мы хотим увидеть корову Зинку и собаку Пирата. Витя по ночам плачет, а Таня скучает молча».
Это письмо, написанное детским почерком старшей дочери, изменило судьбу семьи. Женя соорудил самодельный электрический агрегат-ракету, который выдавал тепло, как огнедышащий дракон, обогревая весь второй этаж, где располагались спальни, а Вера посадила Пирата в пустую овечью клетку, чтобы тот не напугал детей, потому что даже Женя побаивался эту кавказскую овчарку.
Семья Лебедевых воссоединилась.
По случаю приезда детей были куплены два килограмма печенья, которое дети поштучно скармливали Пирату два вечера, а на третий он вырвался из овечьей клетки на свободу и с ходу бросился на Витю, сидевшего на снегу.
Вера и слова не успела произнести от ужаса, как пёс перепрыгнул через мальчика и удрал на свободу!
***
Тут сердце женщины, занимающейся очищением кармы, тревожно забилось, она вспомнила, что ей срочно надо сначала в душе опять прожить, а потом простить, и открыла глаза. Потолок над ней был в розовых узорах от абажура настольной лампы, спать не хотелось, а память уводила в прошлое, которое требовало больше отмщения, чем прощения.
***
В один из тёмных зимних вечеров Витюша гулял на улице. Тепло одетая, Вера сидела в кресле в просторной прихожей и периодически выходила во двор посмотреть, как сын возит по двору салазки. Пират внимательно поглядывал на него из своей будки, он опять сидел на цепи.
Вскоре из школы пришла Катя и заверила родителей, что Витя ещё не хочет заходить домой. Потом Вера поговорила с мамой по телефону и не заметила, как в прихожую тихо вошёл сынок, чьи шубка и валенки были вывалены в снегу. Она тут же потянулась за веником, чтобы смести с одежды мальчика снег.
– Мама, меня покусала собака.
– Какая собака, сынок?
Задавая этот вопрос, женщина с выметенных валенок переключилась на шубку, с которой под ударами веника снег летел на пол.
– Мама, а меня покусала собака.
– Какая, собака, Витюша?
– Собака Пират.
– Собака Пират не кусает малышей.
Вера спокойно развернула Витю к себе лицом, потом сняла с него вычищенную шубку и подняла на руки. Тут она почувствовала липкое тепло, штанишки сына были насквозь пропитаны …кровью!
– Витька, тебя покусала собака?
– Собака Пират, – спокойно уточнил мальчик и потерял сознание.
Вера мгновенно вышла из роли любящей мамы и как врач оценила ситуацию.
– Катя, достань простынь из шкафа. Женя – ножницы, полотенце и тазик с водой. Танюша, помоги мне раздеть Витю.
Раненого мальчика уложила на свежие простыни на диване в зале, бёдра были покусаны, но паховая область не задета. Промыв раны раствором марганцовки, Вера прижгла каждую из них мумиё. Как только Витя пришёл в себя, его ублажала вся семья, на все попытки Веры узнать, что с ним случилось, он отвечал, как заговоренный, что его покусала собака Пират.
Конечно, Женя с Верой по горячим следам вышли во двор – Пират всё так же сидел на привязи и виновато смотрел на хозяев, наклонив голову набок. Как можно ругать собаку, когда она так искренне раскаивалась в содеянном.
Два дня Витя лежал на кровати, а за ним присматривала Танюша, потому что мама работала, а у Катюши были свои подростковые дела. На третий день Витя поднялся с постели и вновь учился ходить, шаг за шагом.
Витя уже не только ходил, но и хорошо бегал, как по дороге на работу Веру окликнул мужчина, который жил по соседству с Аннушкой, которую когда-то покусал Пират, и он поинтересовался, как заживают раны ее сына.
Несколько дней назад Фарид возвращался с работы поздним вечером и, подходя к своему дому, услышал плач ребёнка. Когда зашёл к себе в дом, то детский плач смолк, значит, плакал не его сын, а какой-то другой мальчуган на улице. Потом он опять вышел на улицу, плач доносился со двора его соседей, живущих через стенку.
Фарид услышал, как ребёнок просил о помощи, и побежал в соседский внутренний двор. Прошёл через заднюю калитку и увидел, как барахтается на снегу мальчик в шубке, а соседская собака тащит его в будку, где визжали щенята. Мужчина лопатой отбил ребёнка от клыков суки.
Рассказывая это, Фарид неожиданно улыбнулся Вере.
– Вы знаете, ваш сын – удивительно стойкий паренёк. Он упрашивал собаку отпустить его домой, потому что его ждёт мама, и пытался лопатой от неё отбиться. Наверное, он хотел посмотреть на щенков, поэтому так близко подошёл к собачьей будке. Витя отказался от моего предложения проводить его домой, но не забыл прихватить с собой санки. Я их через забор помог перенести. Сколько лет вашему сыну? …Всего 3 года? Бравый джигит растёт. А к вам я не зашёл, потому что Пират и так рвался с цепи, видимо, хотел защитить сына хозяйки.