Владимир Де Ланге – Вера и рыцарь ее сердца. Книга четвертая. Жизнь без десерта (страница 7)

– Марина, пропусти меня к выходу и не думай, что ты можешь меня переделать по своему подобию!

– Стоп! Ты думаешь, ты одна такая, обиженная на всех буржуйка! Тебе просто нравится киснуть день ото дня! Скоро в твоей душе, как в голландском сыре, появятся мышиные норы.

– Марина, отойди с дороги!

– И не подумаю! Нет уж, дорогая моя передача, сначала мы доедим то, что стоило приличных денег! Даже царевны Несмеяны не откажутся от киселя с клюквой и от сладкой булочки с изюмом. Ну, сделай милость, не будь такой букой. А хочешь, я Иванушку-дурачка на печи в гости приглашу?.. Давай мириться!

Вера не любила долгих упрашиваний, она сняла верхнюю одежду и отправилась вместе с Мариной пить кисель, который сама же и сварила. В этот вечер Марина и рассказала свою историю любви или честно поделилась личным опытом борьбы замужней женщины за самоуважение.

***

Муж Марины, который «первый и единственный», после рождения сына обозвал её «коровой». Марина «коровой» быть не хотела, она первым делом кинулась к зеркалу, оценивающе посмотрела на себя и поняла, что от той стройной привлекательной девушки в свадебном платье остались только подведённые чёрным карандашом карие глазки. Теперь зеркало отражало растолстевшую моложавую бабу в пёстром халатике и в разношенных тапочках. Марина не стала жалобно блеять, чтобы дать повод мужу её сравнивать уже с другой домашней скотиной! Она оставила своего малыша маме, а сама с дипломом терапевта отправилась на север страны, не за туманом, не за запахом тайги, а за длинным рублём.

– На севере женщины редкость, – заключила Марина свою историю, – а такие толстушки, как я, вообще в дефиците. Ну, и случилось так, что я стала любовницей одного очень влиятельного человека. Знаешь, каким путём? Я лизала его квёлый пенис, как раскисшее в жару мороженое, а он меня за это боготворил. Через год, Верочка, приехал на север и мой любимый Мишка, побитой собачкой пришёл он ко мне на порог, умоляя устроить ему протекцию в местной киностудии. Он был принят на работу, и я его в дом впустила, ведь муж он мне, а потом забрали сына у мамы и стали дружной семьёй, где он – мой король, а я – его королева, хотя я, к слову сказать, и на грамм не похудела. Вера, по опыту говорю, что терять собственное женское достоинство нам не положено по статусу, полученному от Евы!

– Марина, кто тебе сказал, что я достоинство своё потеряла?

– Кто сказал? Да ты на себя посмотри со стороны! Кто ты по паспорту? Какая у тебя половая принадлежность?.. Женская! Но даже твои собственные хромосомы забыли, какого они рода. Как ты одета? С твоей причёской в молодогвардейцы записываться надо, а не по улицам расхаживать.

– Стоп. Марина, оставь молодогвардейцев в покое и меня тоже. Давай я завтра печенье напеку. Масло и яйца у нас есть.

– Завтра, Верочка, после сдачи контрольной по урологии мы устроим праздничный обед для нас и для наших коллег-мужчин!

– Марина, у нас всего двое мужчин на курсе, и оба женаты.

– Вот именно! И эти двое женатых изголодались по женскому обществу и домашней кухне. Только ты не убегай на ночь, как в прошлый раз. В прошлый раз мы с Кимом изрядно промёрзли на улице, чтобы вовремя подоспеть на помощь. Приличные одинокие дамы по вечерам сериалы смотрят, а не охотятся за бандитами у чёрта на куличках. Прошу как любимую коллегу, поддержи нашу честную компанию вкусной едой и хорошим настроением.

– Марина, тебе нравится Юрий Ким?

– Мне бы больше понравился Виктор Цой… Пойми, Верочка, что для нашего с тобой командировочного положения такой подход к отношениям, как нравится или не нравится, противоречит нашему с тобой положению командировочных курсантов. Ведь, во все времена главным было и остаётся дружба народов. Юра – умница, начитан и умён, он может поддержать хороший разговор и является непревзойдённым специалистом по комплиментам, а какая женщина не любит комплименты?.. Так будем в этот вечер гостеприимны и улыбчивы, и не более того.

На следующий день после дружеского ужина Марина ушла со своим «аристократом» на прогулку по вечерней Тюмени, а Вера принялась убирать со стола пустые бутылки и грязную посуду, тогда как второй гость, Сергей, скромный участковый врач из ближнего с Тюменью района, уходить не спешил и с интересом за ней следил.

– Сергей, по какому праву вы мне строите глазки?.. Учтите, что мне не нравятся подобные штучки. Вам пора домой!

Но тут застенчивого курсанта потянуло на взятие неприступных «баррикад».

– Вы всегда такая серьёзная? Вера, мы с вами студенты, так что нам мешает вспомнить молодость? Разве любить мужчине женщину в нашей стране запрещено!

– Это ты спросишь у своей жены… Серёжа, давайте поговорим по душам, зачем вам лично нужны мимолётные увлечения. У вас есть семья, а у меня в деревне трое маленьких детей и очень строгие родители. Прежде всего не надо ко мне приближаться. Эй, убери руки и подотри слюни!.. И не надо на меня так умоляюще смотреть… ведь я уже давно, как это лучше сказать… не женщина.

– Не женщина? О боже, а кто вы?..

Вера добилась цели, гость ещё раз подозрительно посмотрел на неё, уже как на бесполую коллегу, и удалился, а для неё настало время задуматься, кто же она такая, если не мужчина.

Два месяца учёбы на курсах усовершенствования врачей пролетели быстро. Экзамены успешно сданы, и настала пора возвращаться по домам. Вера ехала на рейсовом автобусе в Андрюшино, где её ждали дети и родители.

Зима покрыла землю пушистым снежным одеялом, сверкающим на солнце белизной. Сидя у окна, женщина впервые за столько лет наслаждалась жизнью, любовалась убегающим пейзажем и ощущала приятное желание быть обласканной любимым мужчиной.

По приезду домой это желание не пропало, а наоборот, уже мешало Вере жить, работать и воспитывать детей. Папа и мама, заметив позитивные перемены в настроении дочери, уехали обратно в Караганду, словно чувствуя, что их дочь задумала в самый Новый год стать счастливой!

Старт новой жизни должен был начаться со встречи с достойным мужчиной, одиноким трезвенником, в зрелых годах. Из всех андрюшинских мужиков её выбор пал на Ивана Илларионовича, бобыля и бригадира электриков, ибо он лучше всех подходил на роль Вериного возлюбленного, встреча с которым произошла по чистой случайности.

В тот год зима пришла рано, она сначала укутала землю белоснежными перинами, а потом навела на всё живое крепчайшие морозы. Темнело рано, а свет во врачебном доме включался варварским методом – ударами кулака по стене в коридоре или по дверному косяку на кухне. Пригласить в дом Ивана Илларионовича порекомендовала Вере благородная Наталья Александровна, фельдшер по детству, которая охарактеризовала этого деревенского электрика как человека серьёзного, богатого, коммуниста по крови, собирающегося до старости жить в родительском доме, заботясь о маме и папе.

К мнению Натальи Александровны не прислушаться было бы глупо, потому что для Веры она олицетворяла собой счастливейшую женщину, имеющую завидный авторитет в Андрюшино, знатного мужа и послушных сыновей, а также и новый дом, где с радостью встречали гостей.

А в семье Лебедевых гости не приветствовались, тем более мужского пола, так как мужчин Пират на дух не переносил, считая каждого из них врагом своей хозяйки, но приход электрика он только облаял, потому что Вера предварительно закрыла его в будке.

Иван Илларионович скептически оглядел жильё врачихи, на которую посмотрел очень неодобрительно исподлобья, и без разговоров принялся за дело, но вёл себя не как мастер по электрическим проводкам, а как настоящий хозяин этого дома. Сам он был невысоким коренастым мужчиной, а белые валенки до колен, полушубок на меху и натянутая до бровей шапка-ушанка делали его похожим на гриб боровик, которому грибной сезон не указ.

Не зная, как подобает вести себя одинокой, но приличной женщине, Вера попыталась развлечь электрика разговорами о политике, о культурной жизни страны, но тот ни на какие контакты с пользователем оголённой электропроводки не шёл. Видя такую нелюдимость человека, взобравшегося по стремянке к самому потолку, где находился электросчётчик, Вера замолчала и присела на тумбочку под вешалкой. Она сидела, сложив руки на коленях, под детскими шубами и с интересом наблюдала за работой Ивана Илларионовича, удивляясь его способности разбираться в электропроводах, запутанных в безобразный разноцветный клубок.

Понимая, что приближался момент расчёта за услуги, женщина запаниковала, ведь денег в доме не было, как и водки. Думая о том, как можно рассчитаться за работу электрика без денег и водки, она сделала мысленное заключение, что электрик – флегматик со скудными эмоциями и недостаточным воспитанием. Вопреки этому резюме, ей импонировали уверенные движения мужчины, его неторопливость и степенность. Красное от мороза лицо Ивана Илларионовича выдавало любителя зимней рыбалки, а в прищуре маленьких глаз чудилась охотничья хитринка, а ещё он был обладателем прямого, с горбинкой носа, обветренных губ и волевого подбородка.

Чтобы не дать своему воображению разыграться, Вера решительно встала и подошла к стулу, на котором уже полчаса стоял электрик, потому что тянуть время с оплатой за услугу женщина больше не могла.