Владимир Буров – Конец Света? – Пока нет. Часть Первая (страница 36)

– Не вижу Второго спектакля.

Не понимаю простого и очевидного, что это Пьеса.

В этом нет ничего страшного, ибо не зря приняли Постановление ВАСХНИЛ 1948 года, что сие взаимодействие и запрещено понимать, как Воображаемый Разговор с Александром 1 Пушкина, – что и значит:

– В принципе оно есть, конечно.

А уж Шекспир только и пришел затем, что рассказать:

– Я есмь в Трубу Свивающийся Лист, – связующий Моцарта и Сальери – двух сыновей Гармонии, – таких же, как Диофант и Ферма, – связать:

– Читателя и Писателя, Пьесу и Зрительный Зал, – как участников одного соревнования.

Априори нам предлагается быть только Наблюдателями. И до такой степени серьезно предлагается, что царь Агриппа собрался, но всё равно перед самой Сценой испугался:

– Сам туда залезть.

Иисус Христос оставил Апостолам план этого Перехода в Галилею – в данном случае – именно, как:

– Зрителям пройти на Сцену, – где все – мама мия – только Смоктуновские и Высоцкие.

И, так сказать, будем искать этот переход здесь, в Ромео и Джульетте.

Противоречие, думаю, будет очевидным, но, возможно, надо знать, что Верона и Милан морей рядом с собой не имеют. Что это будет здесь? Удивительно, но надо только заметить отличие Пьесы от Жизни, что:

– В Галилею через Декаполис не ходят. – И только тогда станет понятно, что идут они не в Галилею Настоящего, а в Галилею:

– Прошлого, – где уже встречались с Иисусом Христом.

Батальоны просят огня, а стрелять пока некуда.

Вот сейчас Джульетта, похоже, отрицает форму, что значит, она Ветхий Завет, – но:

– Не исключено, что они: меняются местами! – Говорит:

– Лишь имя мне желает зла.

Что значит имя? Роза пахнет розой,

Хоть розой назови ее, хоть нет. – Думаю – это и есть ее ошибка, ибо форма:

– Меняет содержание на обратное.

В том-то и дело, что Форма – как:

– Сцена – не замечается. – Так, искусственное образование, только для того, чтобы отделить тех, кто уже попал в это:

– Кулинарное училище, – от тех, кто не прошел по конкурсу.

Зовись иначе как-нибудь, Ромео,

И всю меня бери тогда взамен!

Ромео:

– Я новое крещение приму,

Чтоб только называться по-другому. – Что это значит?

Или их вражда – семей – не по Новому и Ветхому Завету, а имеет какую-то другую, случайную причину? Новый Завет – тогда – имеет только тот смысл, что он может исправить проблему, которую Ветхих не мог. Думают все – значит – по Ветхому, и только мечтают, как сейчас Ромео:

– Я новое крещение приму,

Чтоб только называться по-другому. – Но не просто наоборот, а именно в системе, где это возможно, как правда, в Новом Завете. Что значит, другое крещение – это не крещение в клан Джульетты, в Капулетти, а в именно в:

– Новый для обе-оих Завет.

Можно думать, что они оба переходят в Новый Завет – тогда все остальные и почитают их умершими.

– Ты не Ромео? – Джульетта.

– Ни тот, ни этот: имена запретны, – Ромео.

Не вижу пока, как у Пушкина в одном предложении – два. Как речей двух героев вместе.

Не видно игры актеров.

СЦЕНА 111.

Келья БРАТА ЛОРЕНЦО

В корнях – яд, в цветах – аромат, – поет. – Что имеется в виду?

Лоренцо говорит по поводу предложения Ромео устроить его брак с Джульеттой:

– Я к вам обоим вот чем привлечен:

Мне видится в твоей второй зазнобе

Развязка вашего междоусобья. – Почему он так говорит, что свадьба помирит семьи? Но она именно по этой причине предполагалась невозможной. Тогда что монах Лоренцо имел в виду?

СЦЕНА IV

Улица.

Кормилица и Ромео, до этого были еще Бенволио и Меркуцио – разговаривают по любому поводу очень юморно. Что подчеркивает, что идет:

– Пьеса. – Или, что тоже самое:

– Жизнь – игра.

У Щепкиной-Куперник, по-моему, не так, но разбираться подробно пока не стоит связываться, если только встретится что-то совсем непонятное у Пастернака. Хотя Бы-кает без перерыва на обед, но держит темп именно художественного произведения.

Фантастика! Уже намечается:

– К полудню – венчание!

Шекспир совершенно не собирается разводить разлюли-малину реальности, – точнее, не реальности, а:

– Изображения реальности.

Сравнил конец сцены IV с Щепкиной-Куперник, тоже, так сказать, похоже, но всё-таки что-то:

– Не совсем То.

Таким тоном идет пьеса, что и смерть в ней должна быть только комедией, как и сама:

– Печаль. – Так бывает-т?

Нужна логика, а я пока вранья – скрытого вранья – не вижу. А оно уже должно быть, ибо обман – тайное венчание Ромео и Джульетты уже намечен. И, следовательно, тайна эта должна касаться и зрителей. В чем их обманывают – нас – я пока не понимаю. Вот советские специалисты хороши тем, что очень любят их замечать, выдавая – на этот раз для меня радостное:

– Этого не может быть!

Придется искать самому. Эту игру. Разыгранное венчание и разыгранную смерть.

СЦЕНА V

Сад КАПУЛЕТТИ