Владимир Буров – Графские развалины. Эссе (страница 15)

– Какой, – спрашивается?

Дак, всё же ж получилось, как задумали:

– Наши луды почти в Голливу-дэ.

Как и сказано:

– Находчивый Ле.

Интересна откровенная мысль Ле, озвученная сейчас Сол-м про веревку:

– Если нам придется кончить Ничем – буржуазия должна быть уничтожена, – что значит:

– Или будем жить теперь так, как мы хотим – или конец света.

Как и расстреливали многих заключенных после начала войны с Германием:

– Не потому, что могут стать пособниками врага, – а не будет нас:

– Вы тоже не останетесь.

Похоже на идеологию жертвоприношения индейцев Майя:

– Жрец снял кожу с жены вождя племени в его отсутствие, хотя и понимал, что будет возмездие, – но:

– Если не Я – жрец – главный:

– Умрут все.

И все, действительно, умерли: отец этой казненной жрецом девушки загнал всех май-цев в море.

Можно только удивляться, что в России была ТАКАЯ идеология – конца света – еще до! Семнадцатого года. Ибо и Ле со товарищи прибыли не на пустое место.

– — – — – — – — – — —

15.12.18

Эссе – 4

Продолжение Солженицына в гостях у Гениса.

Если на пути благостного голоска Сол-на оказывался, какой-нибудь столб, как Владимиру Высоцкому – бывало – и Высоцкий с ним разговаривал:

– Солженицын тоже, но по-другому, а обращался сразу именно, как к противнику, – как-то:

– Ты Чацкий дурак и наглец, и сам – вот пока не пойму – имеешь ли даже личный намек на это своё всезнайство и неведение, что:

– Мы всё-то как раз знаем, ибо ты откель приперся?

То-то, что из далеко не нашей Азбуки Морзе – поэтому:

– Держи карман шире, чтобы мы тебе верили, – и, знаешь, почему?

Мы – по-другому сделаны.

И долго можно думать, что только Художественность и Наука с Теорией Относительности в фундаменте – есть тот предел:

– Стена, – через которую ход Солженицыным закрыт.

И тех пор, как стало заметно – после Перестройка-Ура и позднейших разработок Гайдара – чтобы, как в Польше:

– Всё Было, – а не только казалось, что есть, – но!

Именно по этому поводу и радость большая, что, – а:

– Говорить надо – и чем больше – тем лучше в школе:

– Прямо наоборот-т.

А то получается, действительно:

– О чем вообще говорить, – о, мама мия! – если ВСЁ – и на-Те ЕСТЬ.

Сразу начнут теряться нити не только замысла, но и самого смысла.

Вот причина, почему Чацкий с его сравненьицами, да по Теории Относительности нам нужен, если только приклеить еще на жопу.

– Зачем?

– Чтобы, когда мы будем в гостях, а за нами – естественно – будут шпионить, – уже без напряжения, так сказать, было им ясно:

– Нам про вашу теорию Носительности тоже давно известно, – и так, значится, прямо:

– Без слов, – чтобы потом говорили: мы не знали, мы думали, мы кричали.

Тихо и мирно:

– Шахер – махер – пошел на хер. – Смотри в оба и поймешь, что когда-нибудь мы наш мир-таки построим, – и:

– Пусть в нем будет немного народу, – но все люди, молча привыкшие смеяться над отсутствием теплых туалетов и тем более за смешной ненужностью нам вот этой самой туалетной бумаги, ибо вы и есть тот плакат на нашей жопе, которым подтираемся, когда лягаемся.

Хотя уже и так всё сказано, но еще можно было думать:

– Все эти колкости касаются именно науки, как слишком сложной для кого-то даже – нет, не таблицы умножения – слава богу – уже выучили, что это те же – меже:

– Десять заповедей, – а Периодической таблицы Менделеева, – про которою хрен его знает, что можно сказать плохого, но так как нет и хорошего для подзора вдаль светлого будущего для одной страны, взятой в частности, – то и на-те вам:

– Этот субъект Менделеев ее спер, – а первооткрыватель сего умозрения, получил право и не только петь-орать, но и вести, практически курс неизвестно откуда взятого всеведения, прямо на телевизоре то сидя, то стоя.

С песней, разумеется, про добру нашу совейску власть в рукаве. Это раньше – сейчас уже не дезинформируется. Да и тогда – практически – лез на рожон назло всем умникам Чацким, как, однако:

– Солженицын делает.

Вот так получается до сих пор, и более того, перешел с центральных ТВ-каналов на Радио Свобода.

Пять Эссе уже написано по этим передачам, и не знаю, сколько еще возможно они промодерируются.

Так вот оказалось, что и этого мало – уже далеко не намедни начали выгонять, где можно нечаянно ругнуться матом, что детки – это, собственно, такие же котлетки, как пустая консервная банка, которая всегда попадается не на той дороге, где я хожу, – а

– Всегда именно на ней, – а, заметьте, ботинки и так, и так:

– Последние, – их жаль при ней столкновении.

Выгоняют – вывод – из высших учебных заведений. За что, собственно?

NB – Не очень понятно, действительно, что здесь больше атакуется:

– Обычная школа или высшая, то одно представляется, как более-менее то, что еще может быть, а другой уже нет, – то:

– Наоборот, – ладно из простых школ выгоняют за вольномыслие, но высших учебных заведений, за что?

Хотя, как раз про высших-то понятно: могут рассказать разницу между Ветхим и Новым Заветом. И, собственно, именно за это и выгоняют – хотя все по программе – говорят одно и тоже, – что одни:

– Мы осуждаем наших отцов, что они убили праведников между храмом и жертвенником, – всё урок окончен, – даже, если еще не прозвенел звонок.

Но нашлись вторые, которые и протрубили настоящую тревогу, выдав на свет божий слова Иисуса Христа:

– Вы называете их своими отцами – следовательно, и не отреклись от прошлого беззакония.