Владимир Буров – Графские развалины. Эссе (страница 14)
– Солженицын лихо ниспровергает коммунизм!
– Дак, мил херц, для того и ниспровергает, читобы у наз был повод иво ремонтировать-ь!
Как Штирлиц, без абсолютной боязни идет и даже не спешит в лапы Мюллера:
– Везде же ж наши люди дела-то подшивают. – Но:
– Деньги на ремонт благоустройства власти – тоже нужны, а без разбитого – что там было на съемке Ивана Грозного и другой Эйзенштейн-овской Мейерхольд-овщины – вентилятор или прожектор – уже тогда Перестройка:
– Ура, – как говорится:
– За этого козла все заплатите! – И:
– Издавали, и изучали, и кричали.
Тоже самое слова Андропова, что этот хулиганствующий элемент, Солженицын, разгулялся, развертелся на пупе – добавьте еще немного на ему противостояние.
Прием известный, как лечение подобного подобным:
– От нечего делать распространять такую дэзу, чтобы:
– Назад, бляди, у вас полезло! – А:
– Мы – как обычно – нечаянно победили.
И даже более того:
– Иначе-то и вообще нам делать нечего, так как все настолько пристрастились к коммунизму, что как мухи на мёд:
– Лезут и лезут, а нашим умнейшим в мире дрозофилам уже и даже:
– Пролету нет никакого! – Глаза красные уже начали расти у них на жопе, а всё мало.
Спрашивается:
– Кому иму?
Однако, далеко не пустому разглагольствованию. Обычное дело, сэр, чтобы ничего не делать в светлом будущем, а только отдыхать в Ялте:
– Сегодня делаем прививки, – так как все ЗА?
– А нам мало!
Ибо:
– Противоударные силы полностью слабеют на этом безрыбье.
Поэтому и решили сделать из Солженицына колбасу, хорошую – докторскую, чтобы так лечила от Нестояния:
– Все кушали, да только Наз и слушали.
Можно сказать, что только и прямо Из Этого и состоял Октябрьский Переворот 17-го года.
Как и привет: берите земли, сколько хотите – теперь она ваша, – а:
– То, что она УЖЕ была в собственности у деревень – как и не бывает никогда.
Что и значит:
– Дак ведь подавись, скотобаза!
И вот все и подавились Солженицыным, привезшим курьерским весть:
– Чацкий – если ишшо не спился, то очень-очень близок к этому, что значит, и ученым-моченым – даже За-ХГраницей:
– Никогда не был!
Ми – живем, как у ся дома. И даже преподаем ИМ Солженицына в их Ситетах.
Вряд ли количество наград участникам этой оперэйшэн ограничилось сотней – тысячи были награждены, – и:
– Правильно, да, правильно, так как чё-то делать надо.
Ибо: они не лезут, так полезут, а и:
– Прозевать можно!
Поэтому самим, самим всё надо делать, готовить Солженицыных.
Говорит Сол-н:
– Ле лучше знал Запад, чем Россию.
Может быть, но надо иметь в виду именно атаку с бэкхэнда. Что значит – как был случай в фильме с телкой Красные – Зеленые, золото-погонные – Бумбараш – Валерия Золотухина, которую чуть не засудили ни за что:
– Именно это и есть метод резервации-пропедевтики!
Поэтому Ле применил простой способ:
– Чтоб все! – что значит, сдали даже последние ласапеды, – т.к.:
– Твари! За козу мне ответите?
– Дак, разумеется, мил херц.
Как и было подытожено Владимиром Высоцким:
– Ему и знать ни-че-го не-на-до.
И, действительно, если все должны ответить за козу, которую к нашему приходу уже успели продать, а деньги нечаянно спрятали себе в личный сундучино, – то и:
– Нет никакого ЕСЛИ, – а уже так и было всё предусмотрено, как:
– Переводы и издания книг за границей, с которой непроворотицей так замучился Владимир Набоков:
– То воруют в Нью-Йоркере сюжет Лолиты, то денег нет, но читать – авось – и будем.
Здесь:
– Все читают, наперегонки переводят, но не затем, чтобы показать, кака она така Рассея, а чтобы, как и советовал Петр Первый опять и снова:
– Встала на дыбы.
Сама буржуазия нам ее и продаст, – говорит сейчас Сол-н.
И, знаете, почему? – только не добавил:
– Она так и так только родилась в Лондоне, а училась Здеся!
Так и получается, что ОНИ всегда только у нас:
– Учатся, – как ничего не делать, а всё было.
Интонация голоса у Солженицына о веревке, которую не все знают, где взять за бесплатно или по сходной цене – один в один – выступление на съезде народных депутатов, победившего социализма:
– Сдобно-радостная, пасхальная, – так как:
– Праздник!