Владимир Андриенко – Республика: Пуля для бригаденфюрера (страница 10)
– Готов службой оправдать оказанное мне доверие.
– Прошу вас, Владимир Николаевич.
Лорингер назвал Синицына по имени отчеству в первый раз. До этого он был только Тополем.
– Присвоение вам офицерского звания, позволяет мне отправить вас на новое место службы.
– На новое?
– В Югославии ваш соотечественник полковник Михаил Александрович Семенов формирует полк из русских. И ему нужен офицер контрразведки. Опытный и знающий офицер. Лучше вас не найти, Владимир Николаевич.
– Так это вы рекомендовали меня, герр оберштурмбаннфюрер?
– Я. Вы хорошо себя зарекомендовали, и я доволен вашей службой. Пора вам переходить на более серьезные масштабы.
– Но меня готовили как разведчика-диверсанта. В этом у меня есть опыт. Контрразведка — это не совсем моё, герр оберштурмбаннфюрер.
– Не стоит вам принижать своих способностей, Владимир Николаевич. Вы способны принимать решения. А это главное. Вы быстро войдёте в курс дела. Да и ничего сложного там вас не ждет.
– Но могу я задать вопрос, герр оберштурмбаннфюрер?
– Прошу.
– Что это за полк?
– Как я уже сказал русский полк в составе войск СС. Формируется в Югославии из русских эмигрантов. Во главе полка стоит бывший офицер русской императорской армии Михаил Александрович Семёнов. С 1922 года он проживал в Югославии, это бывшее Королевство сербов, хорватов и словенцев. В марте 1942 года он выступил с инициативой создания русского батальона для проведения десантной операции в районе Новороссийска.
– Но ему отказали?
– Нет. Он сформировал свою часть, был зачислен в СС, получил звание гауптштрумфюрера29. Однако сформированную часть отправили не на Восток, а в Югославию в город Баннице.
– И эта часть занимается…
– Борьбой с партизанами, Владимир Николаевич. В Югославии они тоже есть. И у нас есть планы на Семенова и его полк. Вам нужно отбыть из «Лагеря А» уже через час.
– Так скоро?
– Разве вам долго собираться?
– Дело не в моих сборах, герр оберштурмбаннфюрер. Но передача дел…
– С этим не будет проблем, господин лейтенант. Сейчас вы пойдете к себе и соберете личные вещи. Ни с кем не разговаривать и никому не сообщать в школе о вашем отъезде. Вам понятно?
– Так точно, герр оберштурмбаннфюрер.
– Идите.
Так агент «Мангуст» потерял связь с центром. И в Москве про него не слышали почти год. Его куратор старший майор НКГБ Иван Артурович Нольман даже записал Синицына в погибшие…
***
В полку «Варяг» лейтенанта Синицына встретили холодно. Заместитель командира майор Гринёв скрупулёзно изучал его документы. Затем открыл какую-то папку и просмотрел документы.
Синицын удивился, поняв, что перед майором его дело.
«Быстро сработали, – подумал он. – Не успел прибыть. А меня уже детально изучили».
Майор положил листки обратно и закрыл папку.
– Вы бывший капитан Красной Армии? – спросил он.
– Да. Служил в полковой разведке.
– И хорошо служили?
– Много раз ходил за линию фронта. Но к чему эти вопросы о моей службе у красных? Я давно порвал с ними. И доказал, что мне можно верить.
– Верить? – Гринёв посмотрел на Синицына.
– Я перешел на сторону Германии добровольно.
– Иными словами вы дезертир?
– Дезертир из Красной Армии.
– И вы считаете, что будете полезны здесь?
– Я выполняю приказ, господин майор. Сюда меня направили для службы. И мое начальство считает, что я буду вам полезен.
– Видите ли, господин лейтенант. Мы формируем полк из русских. Но не советских русских, а тех, кто искренне ненавидит большевизм. А я не думаю, что вы из таких.
– Я служил в специальном подразделении, если вы внимательно прочитали мое дело, господин майор. Я был на трёх заданиях в тылу у большевиков. И там есть отчеты о моей работе в качестве инструктора разведшколы для подготовки специальных агентов. Неужели вам этого мало?
– С вами будет говорить наш командир, полковник Семёнов. И это ему решать вопрос о вашей дальнейшей службе.
– И когда я могу говорить с полковником?
– Вас уведомят о времени, господин лейтенант. А пока заселяйтесь в отель. Комнату для вас уде приготовили.
Гринёв вернул Синицыну офицерскую книжку и пожелал удачной службы…
***
***
Синицын вошел в кабинет и увидел высокого статного мужчину средних лет. Он был в военном френче без знаков различия.
– Лейтенант Синицын!
– Полковник Семёнов. Проходите, лейтенант. Прошу вас располагайтесь в кресле. Вот здесь. Я знаю, что приняли вас не слишком любезно.
– Майор Гринёв показал, что мне не слишком рады.
– Но ведь вы понимаете, лейтенант, что вас прислали сюда не просто так. А в качестве наблюдателя. Мое подразделение создается под эгидой организации «Цеппелин». И вы здесь представитель «Цеппелина».
– Мне сказали, что вы нуждаетесь в руководителе службы контрразведки.
– Нас пока только 600 человек, лейтенант. И службу контрразведки нам навязали сверху. Это требование наших кураторов. И они прислали русского офицера из «Цеппелин». А значит ваше мнение о том, что вы здесь увидите, будет иметь значение.
– Господин полковник…
– Михаил Александрович. Вы можете обращаться ко мне по имени отчеству. Сейчас я хочу узнать вас, Владимир Николаевич. Я, конечно, читал ваше дело, но хочу услышать все от вас лично. И вы узнаете немного обо мне.
– Как прикажете, господин полковник.
– Михаил Александрович.
– Как вам будет угодно, Михаил Александрович.
– Я по своим убеждениям монархист, Владимир Николаевич. И всегда им был. Присяге царю не изменял. И в ту войну воевал честно за свою Родину. Имею награды. Вы еще человек молодой и про ту войну знаете мало.
– Её у нас называют империалистической.
Семёнов усмехнулся.