Владарг Дельсат – Притяжение (страница 5)

Девочки спят уж, но тарелки для них я оставляю, чтобы затем выйти из комнаты. В кухне появляются младшие, которым я выдаю ложки и по кусочку хрустящей лепешки. Знать бы мне раньше, что еды не будет, хоть брикетов бы запасла, их всем можно есть. Но сейчас уже поздно об этом говорить…

Опять мне слышится гром какой-то, но быстро темнеющее небо вроде бы спокойно, поэтому я просто пожимаю плечами. От голода, говорят, может казаться то, чего нет, поэтому пока не буду думать о плохом. В грозу я не верю, а, например, в бурю – очень даже. Выдержит ли наш «дом» бурю? Вот этого я и не знаю, потому буду надеяться на лучшее.

Я несу миску в комнату, проследив перед этим, чтобы младших не обижали. Никому в голову не придет, но я просто на всякий случай это делаю, потому что мало ли. На душе как-то неспокойно очень… Наверное, это из-за того, что старших девочек избили. Вот сейчас я покормлю малышей и химана тоже, а потом и сама поем. Не было у меня никогда мамы, не знала я, что это такое на самом деле, я только теперь понимаю. Как можно не любить этих малышей? Вот как?

Может быть, правильно, что расу кхраагов хотят уничтожить. Жаль, что нас убьют, я бы все-все отдала, лишь бы малыши выжили, и химан этот недоеденный тоже. Только сил у меня мало, и отдавать кроме жизни уже нечего. А кому нужна моя жизнь?

Первое новозара. Лана

Конечно, я волнуюсь, ведь о школе воспоминания у меня так себе, но, с другой стороны, здешняя школа очень отличается от того, что было в прошлом. Поэтому я полна надежды. Мы улетаем из верхнего дома, отобус на всех уже пристыкован, потому что летим не только мы, детей у Винокуровых много. Мы все успели передружиться, отчего мне радостно.

– Ланка! – визжит Ви, которую к нам родители ее привезли, чтобы мы полетели в первый раз все вместе и не боялись. Очень они понимающие, как и все Человечество.

– Ви! Привет! Познакомься… – я обнимаю подругу, принявшись знакомить со всеми. Младших достаточно, чтобы целый класс заполнить, а так как мы из одной, получается, семьи, то на группы нас не делят – нет в этом смысла: если кто-то не успевает, другие его обязательно подождут.

Нас много, конечно, но самый старший Винокуров говорит, что мы счастье и чудо. Он Наставник, его так многие зовут, наверное, поэтому он нам все объяснил: один цикл мы учимся все вместе – до метеона, а потом с орбитала нас начнут перемешивать с другими классами. Только мы четверо – Ви со мной и Сашка со своей Светозарой – обязательно останемся вместе. Нам это твердо обещали.

– Дети, ну-ка в отобус! – зовет нас Наставник, и мы все спешим внутрь длинной полупрозрачной «сосиски». Это дядя Витя его так назвал.

Дядя Витя – герой, он Защитник Человечества. Это звание особое, ведь он защитил всех-всех, оказавшись в прошлом. Чудесная у нас семья, просто чудо какое-то. Я уже считаю себя частью семьи, хотя фамилия у нас другая, но дедушка говорит, что это неважно, и он не обижается. Люди очень отличаются от химан, просто очень!

Вот мы залезаем внутрь отобуса, который фиксирует нас в креслах. Мягко, но намертво – это для безопасности, потому что мы самое большое сокровище Человечества. Не конкретно мы, а все дети. Могла ли я представить, что меня назовут самым большим сокровищем? Ви нервничает и вцепляется в меня обеими руками, а я ее обнимаю, рассказывая обо всем, что мы в окно видим. Меня этому папа научил – если страшно, то нужно болтать, и тогда не так жутко становится. Он прав, конечно, ведь это работает.

Школа – красивое здание в виде нескольких белых ажурных шаров, соединенных прозрачными галереями. Перед ней посадочная площадка электролетов и шлюзовой створ отобусов. Подлетать к школе можно только по необходимости, ну или детей привезти-отвезти, навигационная служба за этим очень тщательно следит. Разум разумом, а дядя Витя говорит, что лучше быть параноиком, чем трупом.

Отобус мягко входит в створ, я чувствую мимолетный укол страха, но Сашка незыблемой скалой поддерживает меня, что я хорошо ощущаю, и боязнь улетучивается. Мы входим в светлый круглый холл, и я смотрю на коммуникатор. Этот поистине сказочный прибор-помощник показывает мне, куда надо идти, поэтому я не теряюсь. Топаем мы плотной кучкой, так же и в класс входим. В нем парты стоят как в виртуале, отчего кажутся очень знакомыми и вопросов не вызывают.

Стоит нам только рассесться, звучит красивая мелодия, тем не менее заставляющая собраться, и в классе появляется учительница, очень похожая на Тинь Веденеевну из симуляции. Только она намного старше, отчего опять становится не по себе, но я справляюсь с этим ощущением.

– Здравствуйте, дети! – радостно здоровается с нами учительница, становясь будто более юной в этот момент. – Зовут меня Тинь Веденеевна, и некоторые из вас со мной уже знакомы. А я с вами познакомлюсь в процессе.

Что это значит, я сначала не понимаю, но затем осознаю: она всех нас знает! Винокуровых – потому что семья та же, а нас четверых по виртуалу. Поэтому, наверное, дополнительно знакомиться смысла нет. Тинь Веденеевна с улыбкой рассказывает нам о том, что нас ждет в течение этого цикла обучения, и я даже дыхание задерживаю от удивления.

– Сначала мы поговорим о Человечестве и всех Разумных, о том, что отличает нас от других, – произносит она, очень ласково глядя, кажется, прямо на меня. – Затем вспомним единицы времени и летоисчисления. А вот пото-о-ом… Потом мы читать будем! – с загадочным видом сообщает она.

И я понимаю: сказка продолжается, потому что никто из прежних учителей так не умел. И хотя я давно не первоклашка, меня захватывает ощущение загадки, которую мы все непременно раскроем. А Тинь Веденеевна тем временем рассказывает о времени: почему его отсчет такой неудобный, откуда пошло понимание дня и ночи, и почему дни отсчитываются в память о несуществующей уже планете.

– Издревле Человечество стремилось к звездам, – продолжает она очень интересный урок. – И, когда достигло их, возник вопрос – планет много, на каждой свои сутки, климат, смена времен года. Именно поэтому мы не разделяем месяцы по временам года. Кто знает, сколько у нас месяцев в году?

– Десять! – почти хором отвечает весь класс. Оно и понятно, это же всем известная информация.

– Правильно, десять, – кивает учительница, а затем начинает рассказывать о каждом.

Она говорит настолько интересные вещи, что я совершенно забываю и о страхе, и о времени, и о том, что мы в школе находимся. Такого опыта у меня, пожалуй, не было. Но о времени помнит квазиживой разум школы, поэтому радостную мелодию, извещающую о перемене, мы встречаем с сожалением. Еще хочется!

У школы есть разум, именно он ею управляет, приглядывая за каждым ребенком. Именно к нему локально стекаются медицинские данные наших коммуникаторов, и в случае чего реакция следует просто моментально. Это не слежка, как я вначале подумала, а забота. Целый разум, такой же, как на громадных космических кораблях, заботится о нас в школе.

Перемена дана для того, чтобы перекусить, побегать, попрыгать, но никто не заставляет, поэтому мы вчетвером, будто договорившись, остаемся в классе. На душе спокойно, в помещении очень комфортно, и никуда бежать не хочется. Просто посидеть так, посмотреть в потолок, пообнимать Ви, совершенно не ожидавшую такого отношения, хотя и родилась здесь. А Светозара сидит с мокрыми глазами – прошлое у нее так себе было, хоть и большую часть она забыла.

Я понимаю – в такую школу можно ходить только с удовольствием. Ведь нас не перегрузили знаниями, а просто рассказывали как сказку. Без этих «запишите и заучите наизусть», но тем не менее я все-все запомнила. Правда, и говорили нам сейчас о вещах, нам знакомых. Интересно, что будет дальше?

***

Из школы возвращаемся просто переполненные впечатлениями. Делимся мнениями, строим планы, и это так не похоже на школу химан, что даже ассоциаций не возникает никаких. Поэтому я улыбаюсь, а рядом со мной и подруга, которой уже совсем не страшно. Прекрасная у нас учительница, просто очень. И школа самая лучшая.

Я и не заметила, как пролетело время, а коммуникатор говорит, что подступает время ужина. Обедали мы в школе, и перекусы еще были – в основном фруктами, потому что Аристотель, так разум школы зовется, бдит. И вот теперь, весь день проведя в школе, но совершенно этого не заметив, я возвращаюсь домой. Зря я думала, что будет сложно весь день учиться.

Отобус паркуется у нашего дома, а я уже вижу родителей Ви, к которым она с визгом устремляется. Мы прощаемся до завтра, и я иду в дом. Им, конечно, остаться предложили, чтобы вместе поужинать, но у семьи Ви традиция – только в семейном кругу, а традиции очень важны, я знаю это, поэтому не настаиваю. Есть у меня какое-то странное предчувствие…

– Ну как первый день в школе? – задает уже за столом вопрос Наставник, который глава семьи.

И тут все наперебой начинают рассказывать, а я закрываю уже открытый рот и просто смотрю. Я вижу горящие глаза, искреннюю радость, понимая, как же мне повезло. И мне, и Светозаре, и малышкам нашим очень повезло, что Сашка такой. Спасший нас братик настоящий герой, ведь если бы не он, всего этого не было бы, точнее было бы, но без нас. От этих мыслей мне хочется плакать, что мгновенно замечают все! И взрослые, и дети тянутся ко мне, узнать, что случилось! Это просто… Просто… И я плачу, конечно, потому как уместить в себе все эмоции не выходит.