Влада Медведникова – Предвестники Мельтиара (страница 28)

– Стань незаметной, – сказал я ей.

Нима улыбнулась и запела – еле слышно. Песня теней потекла, сплелась с ее дыханием. Нима словно растаяла – стала бликом света, неясным отражением, тенью среди теней.

– Что делать мне? – спросил Лаэнар. – У меня нет оружия.

Мне некогда было думать.

Я бегом пересек двор, добрался до лодки. Ее напев вспыхнул, зазвенел под моими ладонями.

– Мы полетим, – пообещал я ей. – Но позже.

Шар лежал на дне лодки, никто не трогал его со дня прилета. В хрустальной глубине не было сейчас ни звука, ни света, словно в простой безделушке, лишенной магии.

Я осторожно поднял шар, протянул Лаэнару и сказал:

– Не выпускай из рук.

В темном полуподвальном переходе, соединяющем внешнюю крепость с дворцом, ждал гвардеец. Он повел нас наверх – по широкой лестнице, застеленной коврами. Я не видел ни придворных, ни вечно снующих слуг, зато на каждом этаже у каждой двери стояла стража.

Мы шли, и гвардеец рассказывал: они появились рано утром, возникли прямо во дворце из ниоткуда, назвались послами магического народа, требовали отвести их к королю. Они безоружны, а во дворце сейчас один из верховных всадников, поэтому король согласился.

Гвардеец говорил торопливо и сбивчиво и поминутно оглядывался, словно боялся погони. Встретившись взглядом с Лаэнаром, он замолкал, а Ниму не видел – песня теней скрывала ее, ковер заглушал шаги.

Мы миновали последний пролет лестницы, стражники расступились, пропустили нас в главный зал.

Потолок был так высоко, что я мог бы взлететь. Распахнутые окна смотрели на восток и на запад, и в них было видно лишь небо. Сотни людей стояли вдоль стен и ждали: придворные, гвардейцы и городская стража. Воздух гудел от напряжения и голосов.

В торце зала на возвышении сидел король. На коленях у него, словно знак власти, лежало ружье, позолоченное, старинное. Солнечные искры вспыхивали на причудливом узоре приклада, сияли на диадеме и ожерелье. Справа от короля сидел его сын, слева – дочь. Близнецы, вся страна отмечала их день рожденья, и этим летом им исполнилось восемь.

Опасно приводить детей на собрание, где будут враги.

Король заметил меня, кивнул, и я направился к трону. Лаэнар не отставал от меня ни на шаг, шар в его ладонях по-прежнему был прозрачным и тихим.

– Эли! – Кто-то сжал мое плечо, и я оглянулся, узнал Кергена. – Я думал, ты в Роще!

Здесь были и другие советники, одетые, словно на праздник – шелк, драгоценности, цветы в волосах. Всадник, не поверивший мне на совете, тоже стоял неподалеку: серый плащ струился, заслоняя крылья, и в воздухе таял едва различимый привкус горького дыма.

Король поднял руку. Шелест голосов прошел по толпе, как волна, и все затихли. Стражники расступились, распахнули дальние двери, и в зал вошли послы врагов.

Толпа шелохнулась, отхлынула к стенам. Послы двинулись по открывшейся дороге – четыре фигуры в черном – и остановились в нескольких шагах от трона.

На миг мне показалось, что они неотличимы друг от друга и похожи на Лаэнара, но повзрослевшего на десять лет. Но нет – они были разными, просто все четверо темноволосые, бледные, в черной одежде. Я попытался уловить их песню, звук чужого волшебства, но тишина была оглушительной, затишье перед грозой. Я не услышал ничего.

Один из послов шагнул вперед, взглянул на короля, на придворных, застывших возле трона, и заговорил:

– Шестьсот лет назад вы приплыли. Вы напали на нас, не объявив войну. – Голос врага, спокойный и легкий, летел над толпой. – Вы победили тогда. Сегодня мы объявляем войну вам.

Я не заметил, как это произошло, но в руках у врага появилась флейта, серебристая, сияющая и тонкая. Он приник к ней, и призывная, ясная мелодия – жившая все эти дни в моем сердце – вырвалась, заполнила воздух, заполнила все. Звучала все громче, пронзала душу, я мчался вместе со звуком, восторг опалял меня, не давал дышать.

Лаэнар вскрикнул, и я сделал вдох, обернулся к нему.

Шар в его руках сиял. Тысячи цветов преломлялись, менялись, лучи водоворотом текли к посланникам врагов. Флейтист горел в этом радужном свете, пальцы скользили по телу флейты, мелодия становилась все сильней, поднималась все выше.

Вот их волшебство, вот их песня – она захлестнула весь мир.

Флейта смолкла – звук исчез в недосягаемой вышине.

Шар в руках Лаэнара взорвался, окатил нас сияющими осколками. Я зажмурился на миг, а когда открыл глаза, увидел, как все изменилось.

Они проявились.

Придворные больше не стояли единой толпой, гвардейцы не держали строй. Каждый третий или четвертый – сколько их тут? – сделал шаг в сторону. Черные повязки, оружие в руках – когда они успели достать его? Я видел Кергена, черную ленту на рукаве, меч в руках. Видел, как всадник сбросил плащ и крылья – и вместе с ними исчез дымный шелест, песня пришла ему на смену, пылающая, рвущаяся к небесам.

Я знал: мгновение – и начнется битва, нельзя медлить.

Я запел. Моя песня теней скользнула, сомкнулась с тенями Нимы. Я видел ее теперь и видел Лаэнара – для остальных мы исчезли.

Первые выстрелы рассекли тишину, следом за ними, словно шквал, обрушилась магия. Не оборачиваясь, я рванулся к трону, словно сеть, метнул вперед песню теней. Она накрыла короля, его детей, двух советников и нескольких гвардейцев. Король увидел меня, крикнул что-то – я не разобрал слов, стрельба заглушала все, и следом за ней поднимался запах пороха и крови.

Чужая песня, стремительная и яркая, ударила в стену. Я схватил Ниму, упал с ней на пол. Вокруг был хаос – обломки дерева и камня сыпались сверху, гильзы стучали по полу, кто-то кричал. Когда я поднялся на ноги, в стене зияла огромная пробоина. Король и трое гвардейцев отстреливались, дети прятались за троном.

Я в два прыжка оказался возле короля, указал на пролом в стене.

– Нас не видят, – сказал я. – Надо уходить, скорее.

Путь по дворцу был похож на безумный сон. Поваленные колонны, горящие занавеси, мертвые тела в коридорах и живые люди, бегущие, стреляющие, кричащие на нашем языке и на языке врагов. Острие моего жезла было в крови, но я не помнил, как наносил удар.

Мы добрались до сторожевой башни, и я знал, что делать. Нужно лишь выйти на внешнюю лестницу и спуститься по ступеням, вырубленным в стене. Во дворе стоит наша лодка, я увезу короля в безопасное место.

Роща – самое безопасное место, волшебники защитят его.

Но, шагнув на первую ступень, я застыл.

Надо мной было небо, подо мной – город, и он бурлил, каждая улица, каждый дом были охвачены битвой. И в небе метались черные росчерки – волшебство врагов сверкало и пело.

А к западу от дворца, там, где всегда был зеленый остров, полыхало пламя и поднимался дым. Роща волшебников горела.

Я устремился душой туда, позвал учителя – моя мысль ушла в пустоту.

– Нельзя оставаться в Атанге! – крикнул кто-то за моей спиной. – Нам нужно на Королевский остров, враги не смогут переплыть море!

Сеть песни теней распалась – я понял, что Нима не удержала ее. Не могла больше петь, глядя, как горит наш дом, как рушится самое безопасное место в мире.

Мы спускались по каменным ступеням, и я знал, что враги видят нас. Пули свистели над головой. Оставалось лишь несколько метров до земли, когда на нас бросилась крылатая тень – и упала от выстрела Лаэнара.

Я даже не заметил, когда и где он подобрал ружье.

Двор крепости превратился в поле битвы. Гвардейцы прятались за обломками рухнувшей стены, отстреливались от врагов, пытались расчистить путь к воротам. Но наша лодка уцелела, я видел ее – нетронутую среди крошева и дыма. И рядом с ней был Джерри. Он обернулся, заряжая ружье, и крикнул:

– Эли! Они перекрыли все выходы!

– Где Рилэн? – Я пытался перекричать стрельбу, гарь разъедала горло. – Нам нужно улетать!

– Он там! – Джерри указал на ворота и выстрелил. – Он один из них!

– Значит, лодку поведешь ты! – Я запрыгнул на корму, остальные забрались следом. – Сюда, скорее!

Джерри, ругаясь, перемахнул через борт, взялся за рычаги. Я потянул весло на себя.

И почти не поверил, когда мы оторвались от земли. Даже переполненная, лодка взлетала, медленно набирала высоту, поднималась над выстрелами и кровью, плыла сквозь чужие песни, заполнившие небо.

Я повернул в сторону моря, но мы летели слишком медленно. Площадь удалялась, но черные росчерки мчались к нам сквозь ветер, со всех сторон. Крылатые воины, каждый из которых мог оказаться Арцей.

Мне некогда было думать, я должен был выполнить свой долг.

– Лодка перегружена, – сказал я. – Мы с Лаэнаром выпрыгнем, я могу летать. Поднимайтесь как можно выше, летите быстрее.

Лаэнар взял меня за руку, взглянул без тени сомнения.

– Я останусь с тобой, – сказала Нима и сжала мою ладонь.

Я поднялся, и Лаэнар и Нима встали вместе со мной.

– Ты с ума сошел? – крикнул Джерри. – Тебя убьют тут! Как я один поведу лодку?! Я не смогу!

– Сможешь! – сказал я и прыгнул.

На миг мне показалось, что браслеты поют громче, чем прежде, – я поднимусь выше лодки, выше врагов. Держа Лаэнара и Ниму за руки, я промчусь сквозь ветра, пересеку море. Но весь мир пел сейчас другую песню, я слышал ее повсюду. Мои спутники влекли меня к земле, мы медленно опускались, крыши домов приближались к нам.