Влад Волков – Три сокровища (страница 25)

Было видно, что она не разыгрывает. Не притворяется, чтобы усыпить бдительность и напасть, не давит на жалость, пытаясь спасти свою шкуру. Раскаивалась ли жрица всерьёз? Понять было непросто. Но она и вправду явно была в панике из-за полыхающего ствола священного дерева, выглядела напуганной, сильно переживающей и готова была буквально на всё, лишь бы потушили пожар и не дали огню разрастись да пожрать всё вокруг.

– Вот что сила всемогущей сковородки творит! – крутанула ту в руках Шанти с довольным видом. – Ни дать, ни взять!

– А те, кто уже мертвы? Как это их воскресит?! – воскликнула дочка друида.

– Знаешь, все иногда заслуживают второй шанс… – произнесла ей цыганка.

– Нет! – сделала бровки домиком, глянув на неё, Ассоль. – Вот уж нет уж! Какой ещё второй шанс за всё это?! Вы что, шутите?! Вы спустите ей всё? Она меня хотела убить!

– Она много кого хотела убить и убила бы ещё, если б не мы, – хладнокровно проговорила цыганка.

– Это больше не повторится! В жертву Инари мы отныне будем сжигать курицу, рыбку, посадим здесь рис на территории… – в склонившейся позе, роняя капельки крови и слёзы, обещала Кьюби.

– Так не бывает же… Надо стражников привезти, дознавателей… – не соглашалась Ассоль.

– Тех, что схватили твоего отца? Мне казалось, твоё доверие к местным законам давно подорвано, – подметила Шанти. – А дело выслушивать должен, видимо, судья Грэй?

– Нет… Но нельзя просто так взять и простить убийства! – продолжила девушка возмущаться.

– Маленькая вредина, – фыркнул гном.

– А если б это были твои друзья? Родственники? Цверги-земляки? – повернулась к нему всхлипывающая Ассоль.

– Тогда бы это уже было лично моим делом, не пересаживай ответственность на гномьи плечи, – фыркнул тот. – Они крепкие, конечно, но все «если бы да кабы» не выдержат. Цверги – самый добрый народ Иггдрасиля, между прочим. Убить она пыталась тебя, твоё и дело: прощать или нет.

– Нет! – замотала девушка головой. – Я не согласна. Я протестую!

– Так убей тогда её, раз уж склонилась с косой над ней, словно Мортис, – развернулась Шанти и направилась в сторону гнома или скорее лестницы с верхней площадки, а Кьюби подняла на Ассоль, сжимавшую её косу, голубые глаза.

– Я… Я не могу так… – совсем растерялась дочка друида.

– Тогда сожги меня вместе с храмовым комплексом… Пригвозди к священному дереву и оставь умирать, чтобы я сгорела дотла! – роняя слёзы, пристыжено морщась и отводя взор, проговорила Кьюби-но Йоко.

– Хвост сгорел! – заявила снизу Лилу у полыхающего ствола.

– Как сгорите все вы… – прохрипел клокочущий, щёлкающий голосок, который Ассоль сразу узнала, прильнув к краю.

Из окружённого тлеющими бусами и амулетами места, где догорали ворсинки хвоста подле гвоздика, вытягивалась из дыма чёрная фигура птичьей головы с некоторыми людскими чертами. Фигура того самого незнакомца, который испепелил лорда Хепри.

– В этом месте больше нет твоей власти! Священные воды богини Аматерасу и лунного бога Цукиёми-но-ками изгоняют отсюда твой след! – с суровым видом заявила Лилу, подняла столп воды из бассейна, принявшей вид кобры, коронованной лотосом, и обрушила поток на горящее дерево, в один миг затушив весь пожар.

Её осьминога нигде рядом не было видно. Судя по всему, малышка развеяла свои чары, убрав его, чтобы не поджёг здесь что-то ещё. Несмотря на то, что после продолжительного ливня вокруг всё было мокрым и сырым, от пребывания пламенного существа всё близ него постепенно высыхало, а следовательно, могло загореться, так что гномочка решила обезопасить себя и всех остальных.

А вот рычащий, раскрывавший зубастую пасть и перебиравший когтистыми нижними лапами по плоским камням Чабсдер, приземлившийся между отрядом тануки и усачом с анимагом, не позволял вооружённым копьями созданиям пойти в атаку на гостей храмового комплекса.

– Я ведь не такая… – опустив голову, рыдала Кьюби. – Я не хотела никого убивать…

– Ой, да помолчи ты, крокодильи слёзки, – хмыкнула Ассоль, задрав носик и проходя мимо, двигаясь к Аргону и Шанти.

– Мне правда искренне жаль… – бросила жрица вслед, повернувшись на уходящую троицу.

Когда она нашла в себе силы спуститься, то возле бассейна её ждала вся компания и мирно настроенные теперь люди-собаки тануки. Лилу что-то разглядывала у дерева, прикасалась к почерневшей коре, иногда отбрасывая кусочки углей на землю.

– Вы… дадите мне шанс исправиться? – стыдливо не поднимая глаз, поинтересовалась Кьюби.

– Девятихвостые кицунэ живут очень долго. Она может спасти больше жизней, приютив и накормив в непогоду нищих и страждущих, обогревая, излечивая от ран, нежели загубила, – подметила вслух Лилу.

– Если только она сама прекратит эту самую непогоду вызывать, – подметила Шанти.

– Слышал бы братик вас… – пробубнила Ассоль.

– Я, наоборот, буду молить ками воды и ветра, чтобы разогнали тучи, чтобы уняли буран и вьюгу, чтобы благословили дорогу всех, кто путешествует мимо, кто отправится дальше, побыв в гостях… – забормотала Кьюби. – Я исправлюсь, клянусь вам! – ещё раз показала она окровавленную ладонь.

– Слава богине Инари! – хором воскликнули перешёптывающиеся меж собой до сей поры воины-тануки.

– Да! Мы будем славить Инари отныне куда менее кровожадными ритуалами, друзья мои… Приглашаю вас здесь остаться и больше не маяться в путешествиях туда-сюда. Сообщите императрице Кацуми, что обрели новый дом, – проговорила им темновласая жрица.

– Приведите здесь хорошенько всё в порядок, душечка, вместе со своими помощниками, – властным тоном попросила Шанти.

– Милыми пушистиками! – обнималась по очереди абсолютно с каждым тануки Лилу на прощание.

– Господа, так что? Никакой драки не будет? – развёл руками Вильгельм.

– Вверху всё было, ты пропустил… – шумно выдохнув, сообщила ему Ассоль.

– Да ты драчун, оказывается, златовласка, хе! – протёр большим пальцем свои пышные усы Берн. – А по тебе, тощему и чопорному, то особо не скажешь!

– Обращайся конём, Вилли, да подсади старого друга-гнома! А я вам в пути что-нибудь о кицунэ спою, – заявил Аргон. – Я ведь скальд всё-таки!

– Вот ещё! Поедешь с Бернхардом, как обычно, – фыркнул аристократ.

– И с гитарой за спиной, а не в руках, – добавил тот.

– И восстановите статуи у входа. Не комаину, так закажите у каменщиков из Белунга двух лисиц из гранита, – посоветовала цыганка жрице и её помощникам, готовясь уже зашагать прочь вместе со своими вещичками.

– Вот так вот всё и оставим здесь?! – ноющим тоном ужаснулась Ассоль.

– Она же поклялась магией крови, ты видела. Ей незачем насылать на себя мучения и страдания, распространяя на весь свой род, ради какого-то куска человечины, душечка, – заверила Шанти. – Ты же помнишь, что больше всего на свете она любит тофу, а не мясо.

– Да-да, – кивала и кланялась сама Кьюби.

Ассоль лишь недовольно выдохнула и бросила той косу, вернув орудие, а то трансформировалось в парящую металлическую сферу, излучающую едва заметное белое сияние. Дочка друида же, насупившись и развернувшись к парадным воротам, направилась отвязывать Гейронуль, под навес рядом с местечком, где они омывали руки на входе. Такой исход явно девушку не устраивал. Внутри, в душе, всё металось, горело, вступало в переплетающееся противоборство эмоций.

Её там чуть не убили, несмотря на то, что они с Шанти, Лилу и остальными днём чётко обговорили втихаря на прогулке детали своего плана. Это всё равно был серьёзный риск даже со сковородкой, даже с чарами. Вон как легко эта коса вскрыла щит-панцирь. Перепугавшая сцена так и стояла у девушки перед глазами.

– Смотрите, дамочка. Мы ведь потом и ещё обратно пойдём, проверим, как тут у вас! – пригрозил Бернхард, убирая саблю.

– Вам вот это тоже нормально? Бывший стражник же, даже капитан! – развернулась к нему Ассоль. – А где же рука закона?

– Прикажешь мне её связать и на лошадь? Чтоб ты к ней прижималась? – криво усмехнулся усач. – Седлай кобылу давай снаружи храма. Всю ночь скакать до твоей этой деревни.

– Седлай-седлай… мне руку обычно подавали, – вздохнула Ассоль, двигаясь к помпезным воротам рамон.

– Оделась пажом – так играй роль до конца, – снова посмеялся Берн.

– Я бы мажореткой оделась, да холодно в юбке ходить… – хмыкнула девушка.

– Вовсе нет, – покачала головой цыганка в лоскутном платье.

– Раз уж мы так мирно уходим, – оглянулась Ассоль. – Можно мне… сельдерей тогда взять с собой? – смущённо отвела она взгляд и прикусила губу.

– Наберите припасов с собой самых разных, лапшу в котелке заварите, пряности кинете, сушёный имбирь. Тофу возьмите, – кивнула Кьюби.

– Тофу-тофу-тофу, – забормотали и заоблизывались тануки, потирая свои мохнатые животы.

– Шанс исправиться не всем выпадает, – отметила Шанти напоследок склонившейся жрице. – Вы забирали жизни, а вам её сохранили. Так не потратьте её остаток зазря.

Тайны Белунга

На рассвете путешественники достигли цели. По крайней мере, первого особняка знати, стоявшего в отдалении от деревенской суматохи, но всё же не так далеко от обнесённого частоколом небольшого поселения в северном краю Виракс Империи Гростерн. По пути сюда они даже миновали закрытое поместье Грэев в Селекате, где Ассоль когда-то украла нынешний свой наряд. А теперь приближались к ещё одному красивому двухэтажному дому, принадлежащему местной знати.