Влад Волков – Маскарад (страница 26)

– Покупали! – нахмурилась женщина с диадемой.

– Ага, пробовали, крошили птицам и больше не подходили. Держались подальше, как от прокажённой и проклятой. Даже птахи, небось, не склевали, – хмыкнула женщина в красно-белом.

– Да это я на тебя сейчас проклятье навешу! – грозила соперница.

– Только это и можешь. То отворот, то проклятье, – закатила дама напротив глаза и повернулась к императору. – Ваше Величество не желает охоту на ведьм тут устроить? Вдруг она и вправду колдунья? Сожжение на площади там сегодня не намечается?

– Обожаю их, просто обожаю, – стояла и улыбалась Фелиция. – Можно им обеим место в сенате?

– Так! Хватит, все. Солнце с вами… Академия всех колдунов похоронила в руинах большого единого склепа, – рявкнул тут император. – Брандт, что вы планируете? – развернулся он к двум выжившим чародеям и иноземной гномке.

– Прошу выделить средства на восстановление, мой император, – мягким, но уверенным тоном, глядя правителю в глаза, проговорил помолодевший проректор.

– Куда столько денег на это всё? Поставим из обломков мемориал в честь павших, сделаем капище в память, будут приходить маги-паломники, вешать венки, жечь костры, – предложил Фондрак.

– А обучение? Академия?! – яростно сверкнул Маркус глазами.

– Создадите школы где-нибудь в других городах, – пожал старый священник плечами. – Я знаю примерно принципы вашей работы. А ученики постоянно совершают ошибки. В этом вся суть обучения. И своими откатами за неправильные действия нагоняют бед на Селестию. Почему бы не возвести Академию где-то ещё? – скакал после предложения взглядом Фондрак на проректора и на императора.

– Я согласен насчёт мемориала, господа, но как же столица – и без академии?! – вмешался Вильгельм. – Мой дядя… Кхм-кхм… Мой отец погиб под этим завалом!

– А представьте, что взорвавший все Великие Дома человек не собирался уничтожать колдунов Академии, – заявил Фондрак. – Если они просто попались под горячую руку, чтобы побольше строений обрушилось? Хотите вы снова так рисковать детьми, что приедут учиться и овладевать своим даром? У нас есть святой город Квинтесберг, почему бы не основать и город для чародеев?

– Сейчас, это, возможно, кощунственно прозвучит, – вслух задумался Лир де Рон, – но среди погибших представителей Великих Домов были те, кто приехал издалека, у кого остались имения, особняки, замки… И если у них нет наследников, у хотя бы кого-то из десятков погибших это действительно так, лишь в моей власти передать такую недвижимость и их земли в новые руки. Что скажете? – взглянул он на Маркуса и на Мельхиора. – Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Решения сейчас принимать надо быстро и чётко.

– Они на пару со святошами желают выжать магов с земель Селестии, – заявил седой некромант проректору.

– Но он прав, что, если возвести академию, её могут обрушить вновь! – оглянулся к старому приятелю альбинос.

– Совсем тебе молодильное яблоко извилины в мозгу распрямило, – хмыкнул недовольно мужчина в широкой шляпе.

– Надо выживать! Надо адаптироваться! – рявкнул Маркус. – Брать, пока хоть что-то дают. Эти прихвостни сейчас растащат казну кто куда, или ты не видишь, что происходит?!

– Ты пока адаптируешься, другие уже эволюционируют. Зачем тебе жабры в мире, где все уже машут крыльями? – процедил недовольно ему Мельхиор.

– Всему своё время, – заверил его альбинос.

– Что-то решили? – поторапливал их Лир де Рон.

– Мы возьмём три, – не желая пререкаться с приятелем, взглянув на монарха, сделал шаг вперёд Мельхиор, опираясь на тросточку с черепом в изваянии.

– Три? – поднял брови в удивлении император.

– Империя не допустит больше гибели сразу всех ведущих своих чародеев, преподавателей и учеников, правда же? Новые времена, новые идеи, новые законы, новый император, – произнёс седой чернокнижник монарху его же слова. – Мы откроем, как минимум, три академии в наиболее подходящих местах в отдалении друг от друга. У людей будет выбор, куда поехать, к кому обратиться. Мы охватим больше пространства для деятельности вместо того, чтобы всех направлять в разные концы из столицы, – заявил он грубым и гремящим голосом.

– Ты же децентрализуешь чародейскую власть! – прорычал за его спиной Маркус Брандт.

– Клир захватывает своими храмами все города. Хочешь конкурировать с прелатом в столице или получить полный карт-бланш сразу на нескольких территориях? – оглянулся на него чернокнижник. – Если что, у меня даже есть сыновья, способные всё организовать и возглавить.

– Это же земли погибших! – был явно возмущён альбинос.

– А я – некромант, я на погибших специализируюсь. И всё это как раз в память о наших друзьях и коллегах, – отчеканил ему Мельхиор и развернулся к своему императору.

– Шикарный мужчина! – отметила Фелиция такой ответ.

– Брандт, вы согласны? – явно нехотя уточнял, переведя взгляд с некроманта на проректора, Лир де Рон.

– С тем, что он шикарный? – посмеялся альбинос. – Это, уж простите, ваше величество, не ко мне. Это его жену спрашиваете.

– Не до шуточек ваших, Брандт, я этих терплю, хоть вы себя в руках держите! – недовольно нахмурился император.

– Он просто душой и телом помолодел, ведёт себя как мальчишка, – проговорил Мельхиор. – А у меня большая семья, они знают, как всё обустроить. Вам не надо тратить казну на постройку зданий. Всё уже построено за вас, – заявил он о замках Великих Домов.

– Гр-р-р… пусть берётся! – дал добро альбинос.

– Что ж… – призадумался император. – Клир поддержит? – оглянулся он на Фондрака.

– Куда они денутся… – пробубнил Маркус себе под нос. – Избавить столицу от гильдий магов…

– Сложное решение, чтобы его принимать вот так без прелата, но, как его представитель, я идею, пожалуй, одобрю, – заявил старый священник.

– Кто б сомневался… – хмыкнул тихо под нос альбинос.

– Солнце с вами. Нам повезло, что выжил господин Брандт, – заявил Лир де Рон. – Глава академии.

– А сам он считает, что не повезло, – с ухмылкой на приятеля оглядывался Мельхиор.

– Он, кстати, женат? – выглядывая на некроманта в шляпе, уточнила Фелиция.

– Он знает, кого из его людей… ну, и нелюдей, – вновь, оглядывая всех, остановился Лир взглядом на Шанти, – не было в момент обрушения в нашей столице. Кто выпустился, закончив учёбу, и подавал большие надежды, кто остался на службе, кого можно позвать преподавать, кто отправлен был на задание и всё в таком духе, понимаете?

– Только не превращай одно из трёх зданий в академию некромантии… – попросил или скорее даже предостерёг, судя по недружелюбному тону, альбинос Мельхиора.

– Ах, опять помелочился, – ухмыльнулся тот. – Дали три, а надо было целых пять попросить. Зато теперь смогу пристроить всех внучат и Лоретту с Гаребом, они бы неплохо могли преподавать руны, астрологию, гороскопы…

– Ух ты! Ух ты! – захлопала гномочка. – Это теперь будет целых три академии? А Чабсдер найдёт к ним дорогу…

– Тебе будут рады в каждой, – погладил её по волосам Маркус.

– Когда вот ты уже своих детей заведёшь? – хмыкнул, возвращаясь на своё место подле него, Мельхиор.

– Мне и твоих повсюду хватает, – проворчал альбинос. – Развязал руки, брыть, клирикам…

– Так, стало быть, всё-таки не женат, – заключила по их диалогу Фелиция, хитренько улыбнувшись.

– Дети – это счастье, – проговорил приятелю Мельхиор.

– Скажи это скрягам, уверенным, что счастье – в деньгах, – проворчал Брандт.

– Может быть, старый друг, может быть… Но согласись, как-то глупо читать на ночь сказки деньгам?

– Не такой уж теперь и старый, – провёл по лицу ладонью проректор.

– Их не обнимешь, не научишь читать, с ними не поговоришь. На деньги не купишь друзей и детей, разве что питомца, вон, кошку, – бросил Мельхиор взор бирюзовых глаз на цыганку. – Но это уже к нашему канцлеру. Хоть с него пример бери: удочеряет, усыновляет. После этих взрывов, знаешь, теперь сколько детей в приюте? Поговорю с Марлен, может, кого приютим. Наши-то вырастают, кто куда разлетаются из гнезда, комнаты в доме пустуют. А в доме только тогда есть уют, когда в нём царит детский смех!

– Сказал некромант, – пробубнил Маркус.

– От некроманта и слышу, – посмеялся его товарищ. – Кто ведает смерть, тот больше всех ценит жизнь.

– Церковь займётся мемориалом по погибшим за собственный счёт, – тут же не упустил свою возможность довольный священник. – Вам следует сосредоточиться на более важных вещах, дабы спасти всю Империю от всякого зла.

– А кто должен спасать Империю от зла? – повернулся к нему Лир де Рон. -Добро или же император? Как уверяют философы, все наши мысли, желания и деяния преисполнены некой внутренней энергией. Силой духа. Если б каждый источал только доброту к ближнему, все и жили бы только в согласии. Но мир полон пороков!

– Уверен, после ваших реформ, касающихся богослужения, у Клира появится возможность лучше доносить до людей благодетели и избавлять их от пороков. Для начала следует все увеселительные заведения обязать на церковную десятину. Хотите иметь в городе рассадник разврата? Оплачивайте Клиру процент. Каждый градоначальник, каждый лорд, на чьей земле тот стоит, каждый клиент. С миру по нитке – голому рубаха, – заявил Фондрак.

– Я готов обсудить новые законы, мой император, – заверил правителя рыжий судья. – У меня давно копится масса идей, которыми не терпится поделиться. Знаете, с моим влиянием, уверен, мы справимся и без великих домов. Что вам нужно от лордов? Вы думаете, мира, партнёрства, улыбок, согласия… На самом же деле, если скинуть все эти маски лживых любезностей и лицемерия, от ваших земель вам нужна только покорность! Пора прекращать маскарад. Если лорды отказываются исполнять контракты поставок – есть закон, призывающий подобных карать. Империя должна подчиняться своему императору!