Влад Волков – Маскарад (страница 10)

– Пополняем припасы и двигаемся дружно в Селестию, и прелата проведать, и проверить, верны ли все слухи… – заключил Берн. – А то тут или одно, или другое… Сам чёрт ногу сломит.

– Может, из-за этого ещё и планы все поменяются, – предположила Мари. – И прекращай уже кликать сюда чертей! – нахмурившись, наступила она усачу на ногу.

– Не поменяются! – повернулся к ней Берн, отставив ногу. – Твой брат нанимает команду. На острове и Мор, которого нельзя дать пробудить нашим врагам в качестве первого «всадника», и книга Эндимиона, вполне возможно. Как Альберт сказал: двух зайцев одной стрелой.

– Как же мы попытаемся не дать высвободить Мора из заточения, господа? – поинтересовался Вильгельм.

– А вот об этом нам уже расскажут в столице, надеюсь, – проворчал Берн, сам не имея никакого чёткого плана и явно не желая это всё признавать. – Тут уж либо одно, либо другое. Или всё выясним, или самим кумекать придётся. Мама всегда говорила: одна голова хорошо, а две – лучше. А нас вон сколько! Сообразили же, что безликие – это нежить, что Финч затевает нечто нехорошее, и так далее. Не глупцы собрались.

– Даю тогда своё на то благословление, – радушно кивнул архиепископ. – Несите свет, мои дорогие друзья. Что бы ни происходило вокруг, как бы ни было страшно и опасно, повсюду несите свет! Только так можно сохранить тепло и всем вместе выжить. Не важно, кто какой веры и у чьих алтарей молится. Главное, объединить силы и не позволить сгуститься разрушительной тьме, угрожающей миру. Пусть маяк надежды горит и мерцает всегда, даже в самые тёмные ночи.

– Вас же прошу, молю, заклинаю, – взяла первосвященника за руки Руби, – приглядывайте за советом кардиналов и слушайте их речи. Являйтесь на заседания. Ваши взгляды, ваша философия там очень нужны! Сейчас явно не время проводить часы в скриптории за памфлетами и делиться в трактатах личными рассуждениями и изысканиям.

– Это то, чем я обычно сейчас занимаюсь, – пояснил Фидель для гостей. – Клир сейчас крайне увлечён философией. Когда я заметил, как подаренный столичной академией кристалл в форме призмы разделяет солнечный луч на радугу, а другая призма вновь собирает её в белый свет, я о многом задумался. Что, если всё вокруг состоит из света? На неком мельчайшем уровне. Ведь синий, красный, зелёный, следовательно, всё, от небес до воды и растений – это свет! Однако же… Огонь даёт свет, свечи, зажжённые фонари и лампады дают свет, и солнце даёт свет. Является ли солнце своего рода огромным факелом? Являемся ли мы все тогда огнепоклонниками? И что будет, если факел этот однажды потухнет, ведь вокруг него царит ледяная ночь!

– Не потухнет, есть же множество солнечных богов! – с уверенностью заявила Ассоль.

– Не все из которых такие уж добренькие… – процедив, добавила Шанти.

– Есть ещё гномьи сияющие камни и небесные молнии, – проворчал тихо Аргон, закатив глаза: мол, ох уж эти людские изыскания и философия.

– У гномов ведь Соль солнечное божество? – уточнил архиепископ. – В честь неё с древних языков низкоросликов мы и зовём наше светило Солнцем. Заметьте, не «аполлонием» каким-нибудь, не «гелом» в честь Гелиоса, а именно «солнцем». И символы его зовутся «солярами».

– Соль-Цем, хм… «поцелуй богини Соль», – вертела пальчиками, словно складывая слоги в словечки, Клио.

– Её благодать в представлении древних гномов, – кивнул Фидель. – Такие тонкости языка вам мог с большим интересом рассказать проректор Брандт, глава Академии…

– Мы видели, как вернувшийся из долгого заточения Ра, мужчина с головой сокола, вступивший в тандем со своим заклятым врагом Амоном, затевает что-то недоброе… – сообщила дочка друида, начав детально пересказывать все их приключения за последнее время

– Ра с Амоном… – тяжко вздохнул после услышанного первосвященник. – Тревожные вести.

– Это ведь не может быть планом Ра, да? – вытаращила глаза Ассоль. – Погасить солнце.

– Глупости, сладкая моя, тогда и он сам же погибнет! Исчезнет! – заверила Мари.

– Что, если Амон, как соперник Ра и как бог ночного неба, убедит его пожертвовать собой? Или как-то заставит? – оглянулся Вильгельм на своих друзей. – Обманет, дабы снова получить власть! Мерзавец эдакий! Прошу прощения за свой таскарский…

– Тогда нужно другое солнечное божество, которое вступит с ним в противодействие! – предположила цыганка.

– Вы ведь обо всех божествах проповедуете, – взглянул в глаза Фиделю Бернхард. – Есть ли солярный дух, способный противостоять Ра, также являющийся хранителем энергии Солнца?

– С этим помочь вам для меня будет непросто, – призадумался Фидель, проведя по своей густой седой бороде. – Можете поискать Аполлона в Вольных Городах и Бушвале, ту же Соль в Норде, Гелиоса среди фольварков гномов Мимира, Шамаша в Таскарии, Аматерасу в Дайконе, в пустыне Нид есть святилища Митры и Сурьи…

– Это же всё очень далеко! – воскликнула Ассоль.

– А вы как хотели? В Империи могли сохраниться капища Дажбога. Доброго, дающего свет божества, окружённого своими младшими соратниками, – припомнил архиепископ. – Но, скорее всего, их тоже отыскать возможно будет не здесь, а где-нибудь в Фуртхёгге или всё тех же Вольных Городах. За этим вам лучше куда-нибудь в Академию Магии, а она, насколько сообщили нам в тревожных вестях, уничтожена.

– А вот в храме Люцифера, где был пленён Агриман, были ведь фигуры его заклятого врага Ахура-Мазды, – произнесла Шанти, поглядев на Вильгельма.

– Да-да! Помню их, – кивнул анимаг.

– Мы ведь не уверены ещё, что Агриман именно на стороне Ра, – заметила справедливо Ассоль. – Но, с другой стороны, Агриман этот вряд ли что-то хорошее затевает, ёж-поварёш… – прикусила она в задумчивости губу, отведя взор.

– Ахура-Мазда – мудрый бог света, отец Митры, его зиккурат строили ещё гоги, но он не в Нид, а в Таскарии, куда ушли различные народы. Именно он там примирил Шеду и Ламасу, основав древнее государство, от которого после Войн Богов практически ничего не осталось, – утвердительно кивнул первосвященник. – Теперь там лишь кочевники каганата. Но зато зиккурат всё ещё есть. Внутри него располагается святилище Гародмана – Дом Песнопения. Возможно, Ахурамазда дремлет где-то внутри, и вам удастся его пробудить. Вы уже не первые, кто о нём спрашивает. Некоторое время назад был запрос из имперского дворца.

– Кто-то ещё ищет его… – догадалась Ассоль.

– Кто желает нас опередить, – тут же подметил Вильгельм.

– Мы в Империи не так уж много знаем о нём. Говорят, торс и всё, что выше пояса, у него человеческое, нижняя же часть подобна крылатой птице, – продолжил понтифик о солнечном божестве. – Но не бойтесь, слышал, он весьма благосклонен к людям. Ко всем, кто стремится с ним к дружбе. А вы ведь явитесь с добрыми помыслами. Его нередко именуют творцом и демиургом благодаря способности возводить города там, где были лишь скалы.

– Перстень! Это же то самое кольцо творения, Кольцо Зодчего, что было у Эндимиона Гростерна! – предположила, воскликнув, Ассоль.

– Так оно не у красных эльфов? – приподняла Мари правую бровь.

– У них, у них. Было когда-то, – пояснил Фидель. – И Ахура-Мазда, и Агриман, и многие другие божества как раз с гор Айда. Там жили урмахлуллу, наполовину люди, наполовину львы. А также люди-птицы и другие фералы.

– Так они и строили свои пещерные города и форты, выдолбленные в скалах, – предположила Мари.

– Скорее всего, и скалу превратил в форму черепа тоже Ахура-Мазда, будучи среди победителей Первой Войны Богов. Дабы от этого места все заблудшие мореплаватели держались подальше. Череп, знаете ли, символ отталкивающий, настораживающий, устрашающий и крайне непривлекательный, – подметил Фидель.

– А мне нравится! – сняла с головы свою металлическую маску Клина.

– И куда теперь нам? За книгой или за кольцом? – оглядывала Ассоль друзей.

– Тут уж или одно, мелюзга, или другое, – усмехнулся Берн. – Выбирай.

– Да не зови так! – отдавила ему другую ногу уже рассерженная дочка друида.

– Послушаем, что скажет нам император или верховный канцлер, – проговорила ей цыганка. – Посоветует, как лучше нам действовать. Всё равно же в столицу.

– Снова увижу младшего принца! – расцвела дочка друида с мечтательным восторгом в глазах. – Скорее бы!

– Лишь бы Хель не явилась за своей подопечной. Нам лучше поторапливаться. Без Клио на остров-череп уж точно никак. Да и в зикккурате тоже она смогла бы помочь, раз Аргуса завалила, – заверила Мари.

– Так и будем всюду прикрываться маленькой девочкой?! – фыркнула возмущённая Шанти.

– Пока Хель за ней не вернётся, она будет с нами, куда бы мы ни пошли, – строго взглянула на цыганку монахиня. – Придётся помогать.

– Нам или ей?! – уточнила женщина-кошка. – Она – не козырь в рукаве, – перебросила из руки в руку она свои карты. – Она нуждается в заботе и наставлении.

– Ни в каких няньках я не нуждаюсь! – фыркнула сама Клио, сложив руки. – Самостоятельная, как паук-волк!

– Одно другому не мешает, – пропустив возражения девочки, ответила Шанти монахиня. – И воспитывать, и попросить, чтобы ещё раз нас выручила, как было с Зиком. Раз уж судьба нас вместе свела.

– Судьба – удел гадателей, мы здесь такого слова не произносим, – заявил цыганке Фидель. – Даже пророчества – это предостережения, которые мы всегда в силах изменить или предотвратить. Как и свою «судьбу». То, что вы ею называете.