Влад Генделев – Последняя Печать (страница 13)

— Тогда почему покойный не звал на помощь?

— Возможно, узнал голос.

Елизавета сказала:

— Он боялся человека в сером пальто.

— Откуда вам известно?

— В записке была еще одна строка.

Соболев медленно повернулся.

— Вы утверждали, что повторили текст полностью.

— Я передумала.

— Это плохая привычка во время допроса.

— Это не допрос.

— Ошибаетесь.

Княгиня выдержала его взгляд.

— Николай Егорович написал: «Если увидите серое пальто, не называйте имени мужа».

— Почему вы скрыли это?

— Хотела понять, знаете ли вы о нем сами.

— Удовлетворены?

— Нет.

— Почему?

— Потому что вы не удивились.

Соболев не стал отрицать.

— Мы нашли письмо покойного, — сказал он. — На нем стояла уничтоженная государственная печать.

Елизавета впервые посмотрела на его карман открыто.

— Покажите.

— Нет.

— Почему?

— Потому что вы слишком заинтересованы.

— А вы недостаточно?

— Именно это меня и беспокоит.

Она отвернулась.

На несколько секунд в комнате снова стало тихо.

Затем Лебедев подошел к книжному шкафу.

— Здесь чего-то не хватает.

Соболев посмотрел.

На нижней полке среди толстых томов оставался узкий промежуток. Пыль вокруг была нарушена.

— Зеленого дела? — спросил Лебедев.

— Нет. Для архивного тома место слишком узкое.

Елизавета приблизилась.

— Здесь стоял «Свод законов».

Соболев взглянул на нее.

— Откуда вы знаете?

— Николай Егорович однажды показывал мне кабинет.

— Когда?

— Два месяца назад.

— Вы встречались с ним раньше?

— Несколько раз.

— И снова решили сообщить об этом постепенно?

— Я еще не решила, насколько могу вам доверять.

— Удивительное совпадение. Я думаю о вас то же самое.

Лебедев провел пальцем по корешкам.

— Третий том отсутствует.

На верхней полке стояли первый, второй, четвертый и пятый тома издания 1885 года.

Соболев наклонился и осмотрел пол.

У ножки шкафа лежала крошечная полоска темной кожи.

Он поднял ее пинцетом.

— Переплет разрезали.

— Чтобы спрятать документ? — спросил Лебедев.

— Или вынуть.

Елизавета побледнела.

— Если книга исчезла, значит, человек в сером пальто нашел признание.

— Какое признание?

Она поняла ошибку слишком поздно.

Соболев медленно распрямился.

— Вы знаете, что искал Артемьев.

— Я предполагала.