Влад Эверест – Артефактор S-ранга. Книга I (страница 1)
Влад Эверест
Артефактор S-ранга. Книга I
Глава 1. Желудок сильнее страха.
Солнце над Ржавым Морем не грело – оно пыталось испепелить всё живое, что имело неосторожность выбраться на поверхность до заката. Раскаленный воздух дрожал над бесконечными дюнами красного песка, искажая горизонт и превращая торчащие из земли остовы древних небоскребов в пляшущих призраков. Эти гигантские металлические ребра, изъеденные коррозией, напоминали скелеты титанических зверей, павших здесь тысячелетия назад, и единственный звук, нарушавший мертвую тишину пустыни, – это тоскливый вой ветра, гуляющего в пустых оконных проемах. Но на вершине одной из мусорных гор, под выцветшим брезентом, присыпанным песком, скрывалось существо, которому было плевать на жару и ветер. Его волновала только пустота в собственном животе.
Рейн лежал абсолютно неподвижно, сливаясь с ландшафтом благодаря своему рваному плащу цвета ржавчины и пыли. Его тело, худое и жилистое, казалось натянутой струной, готовой лопнуть в любой момент. Огромные защитные очки-гогглы с треснувшим левым стеклом скрывали глаза, внимательно сканирующие подножие дюны, а пересохшие губы беззвучно считали секунды. Желудок предательски сжался, издав низкий, вибрирующий звук, похожий на работу сломанного двигателя, и Рейн поморщился, прижав руку к животу.
Голод в этом мире был не просто ощущением, он был топливным датчиком, чья стрелка сейчас опасно билась в красной зоне. Каждое движение, каждый вздох стоили калорий, а использование артефактов и вовсе сжигало их с чудовищной скоростью. Рейн не ел двое суток, и его «внутренний реактор» уже начинал переваривать собственные запасы организма, вызывая легкое головокружение и дрожь в пальцах.
Внизу, метрах в пятидесяти от его засады, песок вдруг вздыбился, словно под ним проходила волна. По поверхности заскользили треугольные металлические плавники, оставляя за собой борозды. Это была Железная Акула – мутировавший хищник, чья плоть давно срослась с механизмами древних войн. Тварь «плыла» сквозь песок так же легко, как рыба в воде, ориентируясь на вибрации шагов неосторожных путников. Рейн медленно, стараясь не издавать ни звука, вытащил из кармана свой главный козырь на сегодня – тяжелую, изъеденную временем стальную гайку. Это была жалкая наживка для такой твари, но у мусорщика с окраин не было выбора. Он глубоко вдохнул горячий воздух, успокаивая бешено колотящееся сердце, и активировал устройство на своей правой руке.
Громоздкая перчатка, собранная из медных проводов, кусков кожи и старых транзисторов, тихо гудела, пробуждаясь ото сна. Лампочка-индикатор на запястье мигнула тусклым желтым светом, сигнализируя о низком заряде, но Рейну было достаточно и этого.
Это был «Магнитный Коготь» – артефакт презренного ранга D, мусор для элиты из Пантеона, но единственное средство выживания для крысы вроде него. Рейн почувствовал привычную тяжесть в мышцах – плата за активацию магии – и резко швырнул гайку в сторону, целясь в полузасыпанный металлический столб, торчащий в десяти метрах от маршрута хищника. В полете он щелкнул пальцами, посылая магнитный импульс: траектория гайки неестественно изогнулась, она ускорилась и с оглушительным звоном врезалась в металл.
Эффект был мгновенным. Акула, ведомая примитивными инстинктами и сенсорами движения, резко сменила курс. Фонтан песка взметнулся вверх, когда двухметровая туша, покрытая чешуей из шестеренок и бронепластин, выпрыгнула из дюны, лязгая челюстями-пилами в попытке схватить невидимую добычу. Это был шанс, ради которого Рейн рисковал жизнью. Игнорируя слабость в ногах, он сорвался с места, скатываясь по склону мусорной кучи. Перчатка снова загудела, на этот раз требовательнее, высасывая остатки глюкозы из крови парня. Рейн направил ладонь на открытое брюхо зверя, где среди пластин пульсировал тусклым синим светом управляющий энергоблок.
– Прости, подруга, но мне нужнее! – прохрипел он, сжимая пальцы в кулак.
Магнитное поле, сконцентрированное в узкий луч, ударило точно в цель. Энергоблок акулы, не выдержав направленного притяжения, с тошнотворным хрустом вырвался из гнезда, разрывая провода и живую плоть. Хищница дернулась в конвульсиях, ее челюсти-пилы замерли в сантиметре от металлического столба, и туша с глухим стуком рухнула на песок, превратившись в гору бесполезного лома. Рейн затормозил рядом, тяжело дыша и вытирая пот со лба. Его руки дрожали – атака забрала больше сил, чем он рассчитывал.
Не теряя времени, он выхватил зазубренный нож и принялся вспарывать брюхо поверженного монстра. В этом мире Железные Акулы часто глотали всё подряд: от потерянных артефактов до консервных банок незадачливых путешественников. Рейн молился всем известным и забытым Богам, чтобы внутри оказалось хоть что-то съедобное – банка тушенки, пакет сухпайка, хоть завалящий протеиновый батончик. Он по локоть погрузил руки в маслянистые, пахнущие гнилью внутренности, шаря в желудке твари. Его пальцы наткнулись на что-то твердое. Сердце Рейна пропустило удар. Еда? Он с надеждой выдернул находку на свет… и разочарованно взвыл, отшвырнув предмет в сторону. На песок упал старый, задубевший от времени кожаный ботинок, из которого сиротливо торчали шнурки. Акула была пуста.
Злость Рейна была настолько осязаемой, что казалось, она могла бы воспламенить сухой воздух пустыни. Он пнул безжизненную тушу акулы, но добился лишь того, что ушиб палец о бронированную чешую. Боль немного отрезвила его, заставив вспомнить главное правило Свалки: эмоции тратят энергию, а энергия – это жизнь. Он тяжело опустился на горячий песок рядом с поверженным монстром, пытаясь выровнять дыхание и подавить тошноту от голода. Небо над головой было ослепительно белым, равнодушным к страданиям маленького человека, чья удача сегодня явно решила взять выходной. Однако тишину пустыни, к которой он уже начал привыкать, внезапно разорвал звук, чуждый этому мертвому миру – нарастающий, низкий гул, от которого завибрировали даже металлические кости древних зданий.
Рейн поднял голову, прищурившись сквозь треснувшую линзу гогглов. Высоко в небе, разрезая облака, неслось нечто, что заставило бы любого нормального жителя пустошей вжаться в песок от ужаса. Это был корабль Корпорации «Пантеон» – изящная, хищная игла из белого композита и золота, слишком чистая и совершенная для этого грязного края. Но сейчас величие технологий S-ранга терпело крах: правый борт судна был объят черным, маслянистым пламенем, а за кормой тянулся длинный шлейф дыма. Двигатели выли, как раненые звери, пытаясь выровнять курс, но гравитация неумолимо тянула подбитого гиганта вниз.
– Да ладно… – прошептал Рейн, и в его голосе смешались страх и благоговение.
Корабль пронесся над ним с оглушительным ревом, ударная волна которого подняла тучу красной пыли, и с грохотом врезался в землю где-то в паре километров к востоку. Земля содрогнулась, словно от удара исполинского молота, и над дюнами поднялся гриб огня и песка. Обычный человек увидел бы в этом катастрофу, трагедию, смерть. Но Рейн увидел нечто иное. В его воспаленном от голода мозгу вспыхнула единственная, кристально ясная мысль, затмившая все инстинкты самосохранения.
«У этих снобов на борту наверняка есть кухня. А на кухне – холодильники. С настоящим мясом. С сыром. С холодной водой».
Эта мысль ударила ему в голову сильнее любого наркотика. Забыв про усталость, забыв про пустой желудок акулы, Рейн вскочил на ноги. Но тут же его острый слух уловил еще один звук, доносящийся с севера – рев моторов, агрессивный и неровный, смешанный с гиканьем и выстрелами в воздух. Он обернулся и увидел клубы пыли, стремительно приближающиеся к месту крушения. «Ржавые Шакалы». Банда мародеров на своих кустарных байках и багги, собранных из металлолома. Эти стервятники никогда не упускали свежую добычу, и если они доберутся до корабля первыми, от еды (и от выживших, если они там были) не останется и мокрого места.
– Чёрта с два! – рявкнул Рейн, и в его глазах загорелся азартный огонек. – Это мой обед!
Он окинул быстрым взглядом местность. Бежать по песку – слишком медленно, он просто не успеет. Байки «Шакалов» быстрее. Ему нужно было преимущество. Взгляд Рейна упал на оторванную панель обшивки акулы – длинный, изогнутый кусок металла, достаточно широкий, чтобы на нем устоять. Идея была безумной, опасной и требовала траты последних крох энергии, но выбора не было. Он схватил панель, бросил её на склон дюны и, разбежавшись, прыгнул на неё обеими ногами.
В тот же миг он активировал «Магнитный Коготь». Перчатка жалобно взвизгнула, высасывая силу прямо из мышц Рейна, но он стиснул зубы, игнорируя слабость. Он направил магнитный импульс вниз, не на песок, а сквозь него – к погребенным глубоко под дюнами магистралям древнего города. Невидимая сила оттолкнула его импровизированный сноуборд от скрытого металла, уменьшая трение почти до нуля. Рейн полетел вперед, набирая скорость, от которой перехватывало дыхание. Ветер бил в лицо, срывая капюшон, песок хлестал по коже, но он лишь крепче сжимал кулак, управляя своим скольжением. Он летел по волнам красной пустыни, обгоняя ветер, срезая путь напрямик через самые опасные участки, где байки «Шакалов» увязли бы или перевернулись. Впереди, среди клубов черного дыма, его ждала цель – горящий ковчег, полный сокровищ, вкуснее которых он не мог себе даже представить.