Вивиан Шарп – Все эти чувства (страница 2)

Хотя это было логично. Барб уехала в Лондон по работе и теперь приезжает лишь раз в год, на Рождество. Сэм и Эбигейл, получив офферы от IT-гигантов, теперь живут в Сан-Франциско. А Трэвис и Лилиан после свадьбы и вовсе обосновались во Флагстаффе, потому что во время свадебного путешествия их просто покорил Гранд-Каньон – они купили там небольшой домик с видом на красные скалы и открыли свою кофейню.

А Николь осталась в Нью-Йорке. В городе, который никогда не спит, но который сейчас, без них, казался ей слишком шумным и пустым одновременно. Вообще, после окончания университета она могла бы поехать куда угодно. Человек, занимающийся графическим дизайном, не привязан к одному месту. Она вполне могла бы путешествовать хоть всю жизнь, навещать друзей так часто, как ей хочется, и единственным её ограничением стали бы только деньги. На вполне логичный вопрос, который она иногда задавала себе сама – почему же она осталась? – у девушки был ответ. Она любила этот город. Его энергию, его ритм, его бесконечные возможности. А ещё, возможно, только возможно, у неё просто не было человека, с которым она была бы готова сорваться с места и поехать куда глаза глядят. Того самого человека, для которого не жалко бросить всё и начать искать приключения.

– Николь Кирни! – голос Барбары, усиленный динамиками ноутбука, врезался в её мысли, как пожарная сирена. – Ау! Земля вызывает Николь!

Николь вздрогнула и моргнула, возвращаясь в реальность. Судя по нахмуренным бровям подруги, она отсутствовала в эфире слишком долго.

– Наконец-то! – Барбара всплеснула руками. – Я уж было подумала, что ты просто зависла, как процессор компьютера при перегрузе.

– Или как робот? – Николь улыбнулась, пытаясь перевести всё в шутку.

Кивок головы по ту сторону экрана подтвердил, что метафору оценили. Николь рассмеялась, чувствуя, как отпускает напряжение от собственных невесёлых мыслей.

– Прости. Просто немного задумалась. Итак, я выбрала фото, что мне делать дальше?

– Ничего особенного, – пожала плечами Барбара. – Просматривай анкеты других и, если кто-то тебе понравится, просто свайпни вправо и напиши какое-нибудь милое сообщение.

– «Милое»? – саркастически ухмыльнулась Николь, представив, как она пишет что-то вроде «Привет, как дела?» незнакомому мужчине. А потом вдруг спохватилась: – А если кто-то сам напишет мне?

– Если это произойдёт, просто ответь, – Барбара снова посмотрела на неё как на ребёнка, который спрашивает, дышит ли он носом. – Ты ведь знаешь, как писать сообщения в этом приложении?

Николь выглядела чертовски оскорблённой. Она аж рот открыла от возмущения. Конечно, она знает, как писать сообщения, черт возьми! Она не в каменном веке живёт. Просто она нервничает. Сильно нервничает. После её немного агрессивного кивка головой, подруга удовлетворенно кивнула в ответ.

– Отлично, милая. Тогда я могу лишь пожелать тебе удачи.

– Стоп, погоди, что?! – слова подруги заставили Николь встрепенуться и вцепиться в край стола. – Ты что, собираешься бросить меня одну? Прямо сейчас? Хочешь, чтобы я разбиралась со всем этим дерьмом самостоятельно?

– Во-первых, – Барбара загнула палец, – мне всё ещё нужно работать. Но через два месяца, когда начнётся мой отпуск, я приеду и обещаю тебе помочь лично. Если моя помощь всё ещё будет тебе нужна. А во-вторых, – она загнула второй палец и посмотрела на Николь с той особенной, старшесестринской теплотой, – ты можешь писать мне в любое время дня и ночи. Но это твоя жизнь и твои потенциальные отношения. И разбираться с этим, как ты выразилась, дерьмом, тебе действительно нужно самой. Только так можно найти что-то стоящее.

Николь открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что аргументов нет. Барбара, как всегда, была права.

– Чёрт. Ладно, – сдалась она. – Ты права. Иди, занимайся своими делами, я справлюсь, – заверила подругу Николь, кисло улыбнувшись.

Увидев сомнение, ясно читающееся на лице Барбары, она быстро сложила губы в более убедительную, как ей казалось, улыбку.

– Правда, Барб. Я взрослая, самостоятельная девочка. Двадцать четыре года, между прочим. Всё будет супер. Экстра-супер. Мега-супер. У меня всё под контролем.

– Хорошо, – тон Барбары все ещё выражал сомнение, но она кивнула. – Удачи, милая. Дай знать, если я тебе понадоблюсь. Серьёзно, в любое время.

Она махнула рукой на прощание и отключилась. Экран погас, и в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь отдаленным гулом города за окном.

Улыбка на лице Николь исчезла так же быстро, как картинка с монитора. Она опустила взгляд на экран телефона, где всё ещё было открыто приложение, и тяжело, обречённо вздохнула.

«И зачем я только согласилась на это? – пронеслось в голове. – Ведь абсолютно очевидно, что из этого не выйдет ничего хорошего. Это же даже не закономерность, это закон подлости».

Она покрутила телефон в руках, разглядывая яркий интерфейс с предложениями «найти свою любовь сегодня».

«Ладно, – решила она наконец. – Я ведь обещала, значит, попробую. По-честному попробую. А если ничего не получится, что ж… Продам квартиру, куплю билет в один конец до Тибета и стану монахом, постигающим дзен. Буду сидеть в горах, медитировать на облака и забывать этот дурацкий мир дейтинга».

Мысль о тибетском монастыре показалась ей одновременно абсурдной и успокаивающей. Она снова вздохнула, на этот раз чуть увереннее, и ткнула пальцем в иконку приложения.

– Что ж, – пробормотала она себе под нос, когда на экране загрузилась лента анкет. – Сейчас или никогда. Вулкан Утурунку, надеюсь, ты меня простишь.

Смелость половина счастья

Это было плохой идеей. Очень, просто катастрофически плохой.

Весь прошлый вечер Николь провела в этом идиотском приложении, и что в итоге? Ноль. Абсолютный, оглушительный ноль. То есть, не совсем ничего, конечно. Она пролистала, наверное, пару сотен чужих анкет – бородатых, гладко выбритых, с детьми, с котами, на фоне Эйфелевой башни и просто на фоне стены в ванной – но так и не решилась никому написать. Может, из-за банального страха быть отвергнутой. А может, из-за того, что все те парни, анкеты которых она видела, не вызывали ровным счётом ничего, кроме лёгкого недоумения: «И это ты хочешь, чтобы я на это тратила свой вечер?».

Зато ей написали. О, да. Написали аж несколько парней. Хотя слово «написали» в общепринятом смысле было бы откровенно неверным. Потому что это были не слова. Это были фотографии. Фотографии их достоинств, членов, причиндалов – называйте как хотите. Кратко, ёмко и без лишних предисловий. Снова всё сводилось к тому, от чего Николь так отчаянно бежала, соглашаясь на эту авантюру – к банальному, ни к чему не обязывающему сексу.

Это открытие сильно расстроило девушку. Она сидела на диване, сжимая телефон в руке, и смотрела на очередное «привет, красотка, хочешь встретиться?», сопровождаемое откровенным снимком, с таким выражением лица, будто её только что предали. Она уже подумывала о том, чтобы удалить свою грёбанную анкету к чертям собачьим, но вовремя вспомнила о Барбаре и своём обещании. Та потратила целую неделю на её уговоры. Неделю! Если она сдастся в первый же день, это будет верхом неуважения. Или, что ещё хуже, Барбара просто прилетит в Нью-Йорк раньше срока и лично заставит её страдать.

Раз уж нельзя было удалить приложение, она решила сменить тактику.

Именно поэтому следующим утром она сидела на диване в гостиной, уткнувшись в ноутбук. А её телефон одиноко лежал на прикроватной тумбочке и с завидной регулярностью оповещал о новых сообщениях, которые Николь упорно игнорировала. Вибрация сменялась вибрацией, экран загорался снова и снова, но девушка даже не поворачивала головы.

В этом и заключалась её новая тактика – просто не обращать внимания на телефон. Совсем. А через некоторое время, скажем, через пару часов, великодушно взять его в руки и, как она наивно надеялась, обнаружить там сообщение от «того самого». Не от очередного любителя присылать фото интимных мест, а от нормального, адекватного человека, который хочет узнать её, Николь, а не только то, что скрыто под одеждой.

Чёрт. Даже в её собственной голове это звучало по-идиотски.

Телефон вновь разразился мелодией, но на этот раз – звонком. Это была не бездушная трель уведомления из приложения, а настойчивая, требующая внимания трель входящего вызова. Как раз в тот момент, когда Николь стояла напротив открытого холодильника и смотрела на его содержимое с таким выражением лица, будто решает проблему вселенского масштаба (спойлер: проблема заключалась в выборе между засохшим сыром и вчерашним салатом). Обречённо вздохнув, она поплелась к телефону, шлёпая босыми ногами по паркету. На экране высветилось имя звонившего – «Сэм».

– Эй, Сэмми, как оно? – подняв трубку, сказала Николь, одновременно пытаясь зажать телефон плечом и натянуть джинсы.

– Привет, красотка. Прости, если отвлекаю, – голос Сэма звучал немного взволнованно. – Просто ты не отвечала на мои сообщения последние пару часов. Я решил, что стоит позвонить и убедиться, что ты в порядке. Если ты занята, можем поговорить позже.

Пока Сэм говорил, Николь наконец справилась с джинсами и рухнула обратно на диван, поджав под себя ноги.