Вивиан Шарп – Все эти чувства (страница 4)
Ничего не случилось. В этом-то и дело. То есть, не совсем ничего, конечно. Скажем так: ничего, что можно было бы расценивать как положительный результат.
Барбара 22:16
Прошли всего сутки, Николь. Всего одни сутки. Если бы за это время ты нашла кого-то, с кем была готова обручиться в ту же секунду, я бы начала сомневаться в твоём благоразумии. И вызвала бы бригаду, чтобы тебя обследовали.
Николь 22:18
Ладно, ты права. Я веду себя как идиотка. Наверное, мне нужно чуть больше терпения.
Барбара 22:20
И возможно, чуть больше валерьянки.
Николь 22:20
Ха-ха. Ты такая смешная, Барб. Просто обхохочешься.
Николь 22:21
Что ж, мне пора. Нужно поработать. Моё самобичевание меня не прокормит.
Барбара 22:22
Хорошего вечера, дорогая. Если ты к завтрашнему утру умотаешь в Вегас и выйдешь там замуж, я вышлю за тобой санитаров. Смирительную рубашку подберу под цвет твоих глаз.
Рассмеявшись, Николь отложила телефон и прошла на кухню, захватив с собой ноутбук. Поздний ужин (лапша с добавлением вчерашнего салата – кулинарный шедевр) параллельно с работой достаточно её отвлекли. Она доделала пятый вариант логотипа, отправила заказчику и почувствовала себя почти человеком.
Только оказавшись в постели, выключив свет и укрывшись старым пледом, рука Николь снова сама потянулась к телефону. Привычка, въевшаяся в подкорку. Она бездумно листала чужие анкеты, даже не вчитываясь, не заостряя внимания ни на одной. Фото сменяли друг друга: улыбки, машины, коты, горы, книги, спортзалы. Монотонные движения пальцем нагоняли на молодую женщину сон, веки тяжелели…
И вдруг её рука замерла.
Она не смогла пролистнуть эту анкету. Палец словно наткнулся на невидимую стену.
Николь повнимательней вгляделась в экран.
Йен. Тридцать один год.
Довольно привлекательный. Ладно, кого она обманывает? Этот мужик был чертовски, просто неприлично хорош собой. На фотографии он стоял с бокалом в руке, слегка пригубляя вино, и смотрел прямо в камеру. Взгляд – тяжёлый, уверенный, с искоркой насмешки. Худи на мужчине смотрелось так, будто это и не худи вовсе, а дизайнерский костюм за несколько тысяч долларов.
Описание анкеты Николь прочитала три раза. Коротко, сухо, с самоиронией:
«Одиночка. Люблю собак. Книги, виски, долгие прогулки, где никто не говорит. Ищу человека, с которым можно молчать и не чувствовать себя одиноко».
И конечно же, он наверняка очередной брутальный мачо, не предназначенный для серьёзных отношений. Такие, как Йен, не ищут любовь в приложениях. Они ищут развлечение на вечер.
Эта мысль, как ни странно, не вызвала у Николь огорчения. Вообще, она почему-то чертовски её рассмешила. Представила, как этот Йен с томным взглядом в худи за тысячу баксов пишет ей что-то банальное, и стало смешно до слёз.
Отсмеявшись, она выдохнула и снова взглянула на фото.
И вдруг осознала, что уже открыла чат с Йеном. Палец сам нажал на кнопку «Написать сообщение».
«О Господи. Какого хрена я творю? – пронеслось в голове. – Я что, собралась писать этому мистеру Великолепие? Серьёзно?»
В памяти всплыл давний совет Трэвиса: «Бери быка за рога, Никки. Не жди у моря погоды». Тогда этот совет казался дурацким. Сейчас…
«Хорошо, – решила она, чувствуя, как сердце начинает колотиться где-то в горле. – Да, я собираюсь ему написать. Всё равно ничего из этого не выйдет, так что плевать».
Если бы Николь была до конца с собой откровенна, она призналась бы, что не так уж ей и плевать. Что где-то в глубине души затеплилась крошечная, глупая надежда. Но она предпочла сделать вид, что вся эта ситуация – сущий пустяк, не стоящий её внимания. Просто игра. Просто проверка теории.
Снова протяжно выдохнув и закусив губу, девушка наконец написала:
Николь 1:34
Привет.
И, чтобы вдруг не передумать и не удалить сообщение, она мгновенно закрыла приложение. Поразмыслив несколько секунд (а не слишком ли она драматизирует?), отложила телефон на тумбочку у кровати, отвернулась к стене и закрыла глаза.
Усталость взяла своё. Не успев додумать какую-то мысль – кажется, о том, что завтра ей точно нужно купить подарок, или о том, какой у Йена гипнотический взгляд – Николь практически мгновенно провалилась в сон.
И не услышала звука уведомления, разрезавшего тишину её маленькой квартиры.
Йен 1:55
Здравствуй, Николь. Не спится?
Будем знакомы
Разлепив глаза следующим утром, Николь позволила себе понежиться в постели чуть дольше обычного. Солнечные лучи пробивались сквозь тонкие шторы, рисуя на стене тёплые золотистые полосы. Хорошо-то как. Тихо, уютно, и главное – никуда не надо спешить.
Хотя, наверное, стоило заняться работой. Чёртовы дедлайны.
Она с усилием заставила себя сесть и потянуться. Спать хотелось невыносимо, но мозг уже включился в рабочий режим, прокручивая список дел на сегодня.
Ещё не помешало бы добраться до автосервиса и забрать джип. С недавних пор изолента – её универсальное лекарство от всех бед – больше не котировалась. Неисправные тормозные диски лентой не починишь, как ни старайся. Механик вчера звонил, сказал, что всё готово, и даже позволил себе пошутить насчёт того, что «девушка на такой машине – это опасно для окружающих». Николь тогда фыркнула в трубку, но про себя согласилась: джип у неё и правда зверь. Старый, прожорливый, но любимый.
Поэтому, сделав над собой усилие (огромное, просто гигантское), она откинула одеяло и побрела в душ. Холодная вода помогла проснуться окончательно, и уже через час, натянув любимые потёртые джинсы и футболку с принтом какой-то забытой рок-группы, Николь ловила такси до сервиса.
Добравшись до места и забрав машину (которая радостно рычала двигателем, будто благодарила за заботу), обратно девушка возвращалась уже на своём железном коне. По пути решила заскочить в кафе недалеко от дома. «Кофеин и сахар» – так называлось это заведение, и Николь частенько зависала там, когда холодильник в квартире пустовал (что случалось, признаться, чаще, чем хотелось бы). К тому же, с бесплатным Wi-Fi работать гораздо приятнее, чем в душной квартире, где единственным развлечением был вид на соседнюю стену.
Она толкнула стеклянную дверь, и знакомый аромат свежесваренного кофе и ванили окутал её с головой. В кафе было уютно, играла тихая музыка, пара посетителей сидела за столиками с ноутбуками.
– Чего сегодня хочется моему самому любимому клиенту? – Джослин, девушка за стойкой, расплылась в тёплой улыбке. Она работала здесь с тех пор, как Николь приехала в Нью-Йорк, может быть, даже дольше. И она души не чаяла в этой вечно взлохмаченной девушке с ноутбуком наперевес. Чувство было абсолютно взаимным.
Николь подошла к стойке, облокотилась на неё и состроила максимально умильную физиономию.
– Джос, только ты можешь меня спасти, – проворковала она. – Выручай.
Заискивающая улыбка Николь и её бесстыдная лесть заставили девушку рассмеяться. Джослин закатила глаза, но было видно, что ей приятно.
– Умираю, – продолжила Николь, прижимая руку к груди в театральном жесте. – Просто умираю, как хочу вишнёвого пирога с большой чашкой зелёного чая. Спаси меня, добрая волшебница.
– Для тебя – всё что угодно, маленькая гнусная подлиза, – Джослин уже разворачивалась к витрине с десертами, но Николь всё равно улыбнулась ей вслед.
Она устроилась за своим любимым столиком у окна, откуда открывался вид на оживлённую улицу. Люди спешили по делам, кто-то вёл собаку, кто-то тащил ребёнка за руку – обычная нью-йоркская утренняя суета. Николь любила на неё смотреть. Это успокаивало и настраивало на рабочий лад.
Открыв ноутбук, она с головой погрузилась в правки. Заказчик по логотипу для кофейни оказался тем ещё перфекционистом, но Николь нравилось, когда перед ней ставили сложные задачи. Это заставляло мозг шевелиться. Она двигала элементы, меняла шрифты, подбирала оттенки зелёного, пока не получилось именно то, что, как ей казалось, нужно.
Наконец, закончив, она отправила финальный вариант в офис и устало потянулась, хрустнув затёкшей шеей. Часы на экране ноутбука показывали, что давно перевалило за полдень. Желудок требовательно заурчал, напоминая, что кроме утреннего пирога во рту ничего не было.
«Ладно, – решила Николь. – Останусь-ка я здесь и пообедаю. Дома всё равно шаром покати».
В ожидании заказа она взяла в руки телефон, чтобы бессмысленно полистать ленту, и вдруг вспомнила о вчерашнем вечере. О Йене. О своём дурацком сообщении, отправленном в час ночи, когда мозг уже отключился, а руки продолжали жить своей жизнью.
Она ощутила лёгкое, щекочущее где-то под ложечкой волнение.
«Что если он не ответил? Что если ответил какой-нибудь гадостью? Что если вообще удалил приложение, увидев моё "привет"?»
С замирающим сердцем Николь открыла их чат и увидела, что мужчина ответил. Ещё ночью.
Йен 1:55
Здравствуй, Николь. Не спится?
Вот чёрт.
Он и правда ей ответил.
Николь уставилась на экран, пытаясь понять, что её смущает в этом коротком, совершенно обычном сообщении. Два слова. Всего два слова. Но почему-то в голове они звучали так, будто адресованы кому-то давно знакомому. Будто Йен не впервые пишет ей, а продолжает давний разговор. Это было странно, если учесть, что в общей сложности они написали друг другу ровно три слова. «Привет» и «здравствуй».