Виталий Сейдов – #ЩукаДляМажора (страница 3)

Через несколько часов они вышли из паба на прохладный московский воздух, который после духоты бара казался почти таёжным.

На тротуаре Миша, держась за фонарный столб, как заправский мим, рисовал в воздухе контуры щуки-монстра. Димон, смеясь и покачиваясь, снимал его для сторис под хохот проходящих мимо девушек. Стёпа стоял чуть впереди, глядя в пустоту над крышами.

Под ногой у него хрустнул раздавленный пластиковый стаканчик – ярко-жёлтый, городской мусор. Он не глядя отшвырнул его в сторону урны. Не попал.

Там, над горизонтом, холодно сияли огни Москва-Сити. Теперь они казались ему не поминальным комплексом – гигантским, роскошным аквариумом с идеальным климат-контролем. И он только что добровольно сделал первый шаг, чтобы из него выпрыгнуть в грязную, холодную, непредсказуемую воду, где плавали настоящие щуки. И, возможно, крокодилы.

Город гудел вокруг, живя своей вечной, неостанавливающейся жизнью. А они трое уже плыли по её течению к своему странному, абсурдному и необходимому острову. Стёпа впервые за много лет не проверял вечерний курс доллара. Он уже купил билет. Не к щуке. К себе. Или к тому, что от него останется, когда с него снимут все эти навороченные, непромокаемые, бессмысленно дорогие слои городской идентичности.

«Интересно, сколько стоит билет в один конец из хрустального аквариума? – мысленно прикинул он, глядя на светящиеся башни. – Судя по списку в планшете – целое состояние. Но, возможно, это единственный товар, который нельзя купить. Его можно только получить… Или проиграть. Похоже, мы идём ставить на кон всё, что у нас есть. И чего у нас нет.»

Они ещё не знали, что их лодка с самого начала даёт течь.

Глава 2. Снаряжение для Звезды Смерти, или Шопинг-трип обречённых

.

Если бы Стёпин мозг был физическим предметом, в это утро он напоминал бы зависший процессор – при любой попытке мысли он выдавал синий экран. Виноват был не столько вчерашний вечер, сколько звонок Миши в восемь утра, прорезавший сон, как бензопила пень:

– Степан! Подъём! Поехали затовариваться!

– За… чем? – выдавил Стёпа, пытаясь понять, говорит ли Миша русским языком или это последствия ночного кошмара.

– За атмосферой, брат! За образами! За тем, что отделяет мужчину от мешка с костями в лесу! Я уже на пути, заезжаю за Димоном. Через час буду у тебя под домом.

«Залезай, герой!» – рявкнул Миша, который и в девять утра выглядел как человек, только что выигравший теннисный турнир. – Поехали в храм!

Их первой остановкой стал гипермаркет «Всё Для Суровых Мужчин» – кафедральный собор выживальщиков. Воздух здесь был многослойным и приторным. Верхние ноты – дорогой резины и пропитки, средние – воска для обуви и нового синдепона. А подложка состояла из несбыточных мечтаний. Они пахли, как новая нейлоновая ткань: синтетически и обманчиво.

Через пять минут у каждого в руках была своя тележка. Миша взял побольше, с надувными колёсами. Димон выбрал модель поаккуратнее, с мягким ходом. Стёпа шёл сзади, как интендант обречённой армии, с планшетом вместо карты сражения. Везде, в проходах между стеллажами, висели огромные, слегка искажающие зеркала в рамах под «ретро-сталь». Надпись на табличке у входа гласила: «Не спрашивай, сможешь ли ты. Спроси, сколько это стоит – и стань тем, кем хочешь быть».

– Вот это да! – Миша, словно ребёнок, которого выпустили в оружейную лавку с кредиткой министра обороны, замер у стеллажа со спиннингами. В зеркале напротив отражался его силуэт – раздутый от восторга, но почему-то казавшийся меньше, чем в жизни. – Смотри, «Титан-Х2»! Согласно описанию, его леска может удержать подводную лодку на приколе! Берём три! По одному на каждого, чтобы не ссориться!

– Миш, – попытался вставить слово Стёпа, загружая в приложение на планшете таблицу с колонками «Вес», «Габариты» и «Коэффициент идиотизма покупки». Он поймал в зеркале своё отражение: человек в очках, сжавший планшет как щит. – Наш сценарий подразумевает ловлю рыбы, а не морскую блокаду. Это тактическое излишество. И, к сведению, цена одного такого удилища равна средней зарплате твоего менеджера за два месяца.

– В природе всё может пригодиться! – парировал Миша, уже хватая с полки набор титановых карабинов, которые могли бы удержать на весу легковой автомобиль. – Эх, Стёпка, ты не понимаешь духа авантюры! Мы же не на пикник с шашлыками едем! Мы идём на войну со стихией, а на войне – все средства хороши! Представляешь, если лодка перевернётся? Мы пристегнёмся к ней этими карабинами и будем плыть, как буйки! Непотопляемые!

Тем временем Димон совершал свой марш-бросок по отделу одежды, прикладывая куртки к груди и критически оценивая своё отражение в зеркале, как модельер перед показом. Он ловил ракурс.

– Этот камуфляж, – с умным видом изрёк он, показывая пальцем на куртку «берсерк» цвета «гнилой болот», – абсолютно конфликтует с моим цветотипом «летняя ясность». Он делает лицо землистым, а ведь мне ещё в кадре надо быть. Это цвет безнадёги, Стёп. Цвет офисных стен в пять вечера сентября. Я не за тем туда еду, чтобы снова его надеть.

– Димон, цель камуфляжа – слиться с окружающей средой, а не выиграть конкурс «Мистер Тайга», – заметил Стёпа, с тоской глядя на ценник, где количество нулей вызывало приступ лёгкой паники. – Слияние предполагает незаметность.

– А я и хочу слиться! – оживился Димон, поворачиваясь к зеркалу вполоборота, чтобы поймать выгодный свет. – Слиться с топовым контентом! Если я буду на фото как мешок с картошкой в грязи, кто станет ставить лайки? Правильно, только моя мама и бабушка! А без лайков нет вовлечённости, а без вовлечённости – спонсорской поддержки. У меня, между прочим, на кону партнёрство с брендом спортивной экипировки. Мой личный имидж не должен пострадать из-за какой-то… биомассы.

– Коллеги, а что насчёт этого? – Миша, тем временем, обнаружил полку с походными грелками. Его глаза расширились, словно он разглядывал схемы запуска ракеты. В зеркале позади его энтузиазм выглядел почти маниакальным. – Берём с собой десяток. Штук пять электрических, от пауэрбанка, и пять химических – на всякий случай ледникового периода.

– На всякий случай чего? – насторожился Стёпа, чувствуя, как по спине пробегает холодная струйка предчувствия. – У нас по прогнозу +10 днём. Мы едем в Карелию в середине сентября, а не на покорение Эвереста в январе.

– А ночью-то? А если влажность? А если нас застигнет внезапное глобальное похолодание? – с непоколебимой уверенностью парировал Миша. – Я читал, что правильная терморегуляция – залог успешного выживания! Мы должны быть готовы к смене трёх климатических поясов в пределах одной поляны! Это базис!

Стёпа, не находя слов, просто добавил в таблицу строчку: «Тактический обогрев московского эго – пункт не подлежит обсуждению. Шансы на использование – ниже статистической погрешности».

В этот момент к ним, словно коршун, почуявший раненую добычу, примчался энергичный продавец с сединой на висках и тележкой, на которой красовался прибор, напоминающий то ли блендер, то ли старинный патефон.

– Господа, вижу, экипируетесь серьёзно! В лес? – без предисловий начал он, сияя белозубой улыбкой, отточенной на тысячах таких же встреч. – Тогда вам точно не хватает главного! Представляю «Ручеёк-Эко» – портативную мини-ГЭС! Работает от любого водного потока глубиной от десяти сантиметров! Заряжает все гаджеты, питает LED-лампы! Представьте: у вас в палатке – полноценный медиацентр с подсветкой! Розетка в глухой тайге!

Миша, чьи глаза всегда загорались при словах «гаджет» и «медиацентр», уже потянулся к блестящему корпусу. В зеркале его рука казалась рукой алхимика, тянущейся к философскому камню.

– Ого! Это же… это же гениально! Мы сможем обвесить палатку гирляндой! Создать правильную атмосферу для вечерних…

– Нет, – чётко и громко перебил Стёпа, делая шаг между Мишей и продавцом. Его голос, обычно звучавший устало или раздражённо, внезапно приобрёл стальные нотки, заставившие продавца на миг отступить. – Спасибо, не надо. Если понадобится, мы подойдём сами.

Продавец, привыкший, что его напор сметает любые возражения, на секунду опешил. Его взгляд метнулся к Мише – к самому щедрому и восторженному, но тот лишь пожал плечами, глядя на Стёпу. Тогда продавец перевёл взгляд на Димона, ища поддержки у самого стильного.

Димон, оценив кейс прибора взглядом профессионала, брезгливо сморщился.

– Да, нет, не надо, – поддержал он Стёпу, кивая на «Ручеёк». – Смотри, какой кейс… пластик глянцевый, но окантовка дешёвая. Царапины сразу будут видны. И цвет… простите, это что, «уныние хаки»? Даже не пантон. Это провал. Нее, не катит.

Продавец, получив двойной отпор по непонятным ему эстетико-техническим соображениям, только развёл руками и откатил свою тележку прочь, бормоча что-то про «уникальное предложение» и «заблуждения клиентов».

Миша некоторое время с тоской смотрел ему вслед, но, поймав каменный взгляд Стёпы, только вздохнул: «Ладно, ладно… без гирлянд…» И тут же отвлёкся на соседний стеллаж, как ребёнок на новую игрушку.

Далее их путь лежал через отдел палаток. Здесь Мишу ждал настоящий экстаз.

– Смотрите! Палатка «Альпийский Эдельвейс»! – он указал на изящную двухместную палатку в фиолетово-серебристых тонах, больше похожую на арт-объект для фестиваля современного искусства. – Весит всего полтора килограмма! Вместе с этой «Полярной Совой» – и у нас будет по личному пространству! Как в хорошем отеле!