Виталий Конеев – Тайна Пророка Моисея (страница 15)
– Ну, и ладно, – шёпотом ответил я и сильно сжал пальцами голову бандита, чтобы сломать ему шею.
– Сто…сто… – сипло бормотнул бандит.
– Говори.
– Я киллер. Я получил по электронной почте приказ. После того, как ты потеряешь сознание, заставить тебя…
– Врёшь! – сказал я и сильно сжал пальцами голову бандита. – Киллер таким делом не занимается. Ты сделал выбор!
– Стоп! Скажу!
Лицо вожака было чудовищно багровым, а из глаз непрерывно текли слёзы. Они были перемешаны с соплями и слюнями.
Чтобы поговорить наедине с моим врагом я попросил Юлию:
– Сходи в туалет, принеси подтирочную бумагу, чтобы он утёр свой мордоворот.
– Это западло, – прохрипел бандит.
Едва Юлия вышла из тамбура, я двумя ногами встал на голову вожака и заговорил тем ужасным голосом, при звуке которого у людей тряслись руки и ноги:
– Я шесть лет мечтал найти тебя, утащить в укромное место, а потом наслаждаться: резать тебя по кусочкам и кормить тебя твои мясом. Ты понял: кто я для тебя?
– Да, понял. Я скажу честно.
Когда вернулась Юлия с куском туалетной бумаги я, нарочито резко и грубо вырвал ладонь со спины вожака и приказал ему встать на ноги.
– И так, кто тот человек, котрого ты пытал и убил?
– Я не убивал, – сипло ответил бандит, утирая лицо подтирочной бумагой. – Он сам…у него сердце остановилось.
– Кто он?
– Вот и я пытался узнать: кто он? С кем должен был встретиться? А он молчал, поэтому я…
– Кто послал тебя схватить его?
– Он секретный.
– Говори правду, – сказал я тем голосом, каким говорил бандиту наедине.
У него заметно дрогнули руки, когда он возил по мордовороту уже мокрым куском бумагу.
– Я был у него в номере отеля. Он запретил смотреть на него. Стоял за моей спиной. Показывал по карте города, где остановится этот человек, где мы должны были увидеть его. Этот "Гость" долго ждал, а никто не пришёл. И тогда заказчик приказал схватить его и вырвать имя неизвестного.
– А почему твоего заказчика заинтересовал я?
– Не знаю.
– Говори подробней.
– Когда он указывал на карту, то пальцем постучал по линии электропоездов и сказал, что в такое – то время приедет в город Женя…ты…и отправится на такой – то вокзал. Сказал: "Он связан с этим делом. О том, что сделать с Женей, скажу после того, как вы допросите "Гостя". И он бросил передо мной пакетик с веществом, для тебя…Я так потом понял, что "Гость" ехал к тебе и ждал тебя, Женя.
– А Виталину где ты нашёл?
– Она проститутка. Рассказывала о тебе, что ты бабник. Я решил её использовать, когда "Гость" умер, а заказчик приказал заманить тебя.
– Сколько бабла обешал заказчик?
– Миллион евро, мне.
– А сейчас ты следил по приказу заказчика?
– Нет. Он болше не выходил со мной на связь.
– Ты поставил "жучок" в мащину. А как ты следил за нами?
– У неё в "мобильнике" есть программа. Кто поставил – я не знаю. Но я видел все ваши перемещения.
Я быстро ощупал карманы куртки на бандите, выхватил "мобильник" и протянул его Юлии.
– Забери "сим – карту".
– Я тебе, Женя, хотел предложить по – доброму – сотрудничество. А потом уйти по "крысиной тропе", потому что за тобой следят, тонко.
– Ты кому – нибудь говорил, что мы приехали в этот город?
– Нет. Я работаю только на себя.
– Как тебя зовут, по – фене?
– "Медведь". Я раньше был "медвежатником"
– Ладно, Медведь, я воспользуюсь твоей "крысиной торопой". И дам тебе миллион евро.
– В "симке" есть все мои адреса и номер телефона заказчика.
Я молчал и смотрел на бандита. И он, понимая, что разговор закончен, шагнул к двери тамбура, распахнул её и выпрыгнул вниз. В это время Юлия торопливо вынула из кармана свой "мобильник", вскрыла его корпус и протянул мне "сим – карту".
– Женя, я никому даже на секунду не давала свой "мобильник".
Я стремительным движением прижал палец к своим губам и тихо шепнул:
– Т – с – с…
Потому что в этот миг в моей голове что – то соединилось, в пордсознании, и я увидел уже в сознании мелькнувшее "Нечто", которое состояло из "правильного" первода той строчки на стене здания в городе Ахетатон: "Слово царя царей Эхнатона, переданное парасхиту Рамсесу".
Никакого отношения переведённое мной "СЛОВО" не имело отношения к речи царя царей. Оно означало что – то другое. И это "другое" мелькнуло в моём сознании и исчезло. И я не успел понять правильный перевод фразы.
Латуш знал моё будущее, видел его. А если бы предупредил, что меня в будущем ожидали тюрьма и концлагерь, то я, конечно, не вернулся бы в детсткий дом. А Юлия была бы убита…
Я посмотрел на прелестную девушку.
Я с ней общался первый день, а в моей душе было такое чувство, словно я знал её очень давно.
Юлия внимательно сомтрела в мои глаза – в один, потом – в другой. И я понял, что сейчас девушка думала.
– Женя, ты бабник? – спросила она, а потом с надломом в голосе добавила: – Ты мне будешь изменять?
– Нет, никогда.
– Но у тебя было много!
– У меня только ты. – Я обнял ладонями её лицо и сказал: – Ты моё восхищение, моё обожание, мой прекрасный мир. Отныне и всегда ты будешь центром этого мира. И всё, что будет происходить вокруг нас, я буду воспринимать через тебя.
Юлия топнула ногой и сердито воскликнула:
– Ты часто говорил это другим! Ты зазубрил текст. Какое у тебя образование? Почему ты скрываешь?
– Нет, Юличка, я это сказал в первый раз.
Очаровательная девушка прижалась ко мне всем телом, разулыбалась и нежно проговорила:
– Мне понравилось. Продолжай…
ГЛАВА
"Сталинский дом" был огромным, мрачным и угрюмым.