Виталий Конеев – Тайна Пророка Моисея (страница 13)

Павел "подрубил" под корень религию евреев. Он давал надежду людям и "убивал" иудаизм. За это синедреон два раза приговаривал его к смерти.

Но более всего прочего меня интересовал другой вопрос: как евреи оказались в Египте?

Жрец Манефон с ненавистью написал, что евреев егоиптяне спали от голода, "пригрели".

Манефону и ныне все историки верили и старались обходить эту тему, якобы постыдную для евреев. а на самом деле евреи спасли Египет от голодной смерти.

Из учебника по истории за пятый класс известно, что после изгнания гиксосов армия Египта ворвалась в Палестину и захватила гигантские территории, подчинила своей власти десятки царств.

в Город Н, который греки назвали "Фивы", непрерывным потоком хлынула дань. Её каждый день Правительство раздавало египтянам. Наступил коммунизм. Люди развлекались и не хотели работать. А пшеница главное богатство.

Если бы дань престала поступать в Египет, то царство могло погибнуть. И вот тогда Правительство насильно переселило на брошенные земли самый трудолюбивый народ, евреев, не в качестве рабов, а в качестве вольных поселенцев.

Египтяне развлекались, а евреи – трудились.

Египтяне не хотели служить в армии, а евреи охотно становились солдатами. Вот почему рядом с могучим египтом сущетствовало маленькое царсиво "Иудея", независимое. Потому что египетские евреи были опорой могучего Египта. И Правительство заботилось о евреях, что вызывало лютую ненависть у египтян.

Так три тысячи четыреста лет назад началась вражда между египтянами и евреями.

Шли столетия, а вражда между египтянами и евреями, которые считали Египет своей родиной – усиливалась. И в тридцать восьмом году Новой эры египтяне убили в Александрии двести десять тысяч НЕВИННЫХ евреев....убили, смеясь и играя…Вырезали у живых людей мясо, жарили на кострых и ели, заставляя окровавленных евреев смотреть. А потом начался ад для египтян и всех эллинов.

Я написал научную статью и отправил её в исторический журнал, в США. Статья была опубликована, и я получил свой первый гонорар. Мной заинтересовались исторки СШа и Израиля. Мне было предложено после окончания школы поступить в университет США или Израиля.

Передо мной открывался блистающий мир. Но мне было страшно уезжать из России, поэтому после окончания школы, выбрал университет в сибирском городе.

Золотую медаль я не получил, как и квартиру в Москве.

В университета у меня "прорезался" талант рассказчика и умение быть центром любого коллектива. Я стал "нужным" для всех. И всё реже и реже отвечал на письма Кати и тёти Гали....А потом перестал отвечать.

Я защтитл диплом и подал документы в аспирантуру, уже имя официальное приглашение на конференцию египтологов в Египет.

Блистающий мир разворачивался передо мной. Я забыл свои странные сны и предупреждение Латуша о том, что однажды я должен был увидеть картуш Рамсеса.

Но перед поездкой в Египет я решил встретиться с тётей Галей и Катей. Я приехал в детсткий дом, но никто не знал адрес Кати. а тётя Галя и дядя Миша переехали в Москву.

Мне было противно, что я быстро забыл тех, кого любил.

Разумеется, я не собирался встречаться с Хрычем, и не видел его, потому что после коротких расспросов о Кате и тёте Гали, я быстро пошёл на остановку электропоездов.

Нужно было скорей вернуться в Сибирь и оформить заграничный паспорт. Но на душе было очень плохо. Катя любила меня, а я легко забыл её. Словно издалека я услышал голос Ромы:

– А ты чо не говоришь со мной?

– Рома, ну, что ты привязался к нему?

Он стоял в проходе передо мной, играя мускулами груди, постукивая огромным кулаком правой руки по своей ладони.

Слова и поведение ромы меня ничуть не интересовали и не отвлекали от моих тягостных размышлений о том, что я забыл свою первую любовь, Катю. Но то, что Рома пытался привлечь к нему моё внимание заставило меня подасадовать на себя6 почему я не встал и не ушёл в соседний вагон?

Я чуть напрягся, чтобы рывком подняться на ноги и уйти в тамбур, как вдруг заметил, что Рома исчез. Его как ветром сдуло. И девушка исчезла.

Я откинулся на спинку сиденья и вновь начал смотреть в окно. Секунду или две секунды, спустя в передней части вагона прозвучал звук открываемой двери. И в вагон – видел боковым зрением – впрыгнула юная девушка, лет четырнадцати. Та, в стильном кожанном костюме, которую я принял за парня.

Я глянул в её сторону и отвернулся. Девушку преследовали парни. Я плохо относился к девушкам, которые нарочно соблазняли своим поведением парней, а потом кричали:"Помогите кто – нибудь!"

Но, отвернувшись, я тотчас вспомнил, что в поле моего зрения, кроме бежавшей девушки, попали Дятел и часть его банды. Причём, у Дятла было разорвано лицо, вероятно, ногтями – вертикальными кровавыми полосами. И он, настигая девушку, в замахе держал в правой руке кастет, целя ей в голову.

Я вновь глянул на девушку. Она смотрела влево. вправо, видя на лавках горожан. А те, судя по движению их голов, быстро отворачивались от девушки.

Я понял. что если сейчас встану на ноги, она, увидев надежду во мне, могла замедлить бег и получить смертельный удар от Дятла.

Я вскинул вверх правую руку и начал двигать ею из стороны в сторону, привлекая внимание незнакомки. Она увидела мою руку и ещё быстрей помчалась вперёд.

Я сидел на краю лавки у прохода. И девушка, подскочив ко мне, метнулась на лавку, сильно вцепилась в мою левую руку.

Парней было пятеро. Кроме окровавленного Дятла был и Хайло. Он бежал последним в группе и махал над головой, как саблей, ножом.

Я "пяткой" правой ладони ударил девушку в голову, чтобы освободить свою левую руку. Толчок был очень сильный, и девушка отлетела к стене. Согнулась и закрыла голову руками.

Дятел, стремительно подскочив к предпоследней лавке, крикнул на бегу:

– Ты поступил правильно!

Он прыгнул, словно нырнул, распластавшись в воздухе, с выброшенной вперёд рукой с кастетом, целя в голову девушки.

Я, вскакивая на ноги и падая спиной на стену, вонзил левый кулак Дятлу в висок. Он рухнул на грязный пол и затих с выкинутой вперёд рукой.

Я мышцами спиный оттолкнулся от стены, уже вскидывая над своей головой руку, потому что набежавший к лавке бандит рубяще наносил удар дубиной мне по голове. Второй – резко остановившись, замахнулся, чтобы горизонтально ударить дубиной тоже по моей голове.

Едва дубина коснулась моей левой руки, я круговым движением защемил её под мышкой и вонзил "феникс" в горло парня. И тотчас сделал головой "нырок", уходя от горизонтального удара дубиной. Она рубанула по лицу парня. Удар был очень сильный – брызнула кровь.

Я вонзил "фениксы" двух рук в горло двумя парням и повернулся к Хайлу. Тот, раскрыв хайло, стоял, держа в поднятой руке нож. Но быстро опомнился и бросился назад к противоположному входу в вагон.

От Хайло воняло. Он "наложил" в штаны.

Я не стал бы преследовать Хайло, но заметил боковым зрением, что в тамбуре моего вагона появилась другая часть банды Дятла. И нужно было запугать их.

Хайло пытался открыть дверь, и не смог. Повернулся ко мне лицом, которое было перекошено гримасой дикого ужаса, и, двигая перед собой дрожавшей рукой нож, истерично завопил:

– Не подходи, убью!

Я прыгнул на него и снизу вонзил переднюю часть туфли в челюсть Хайло. Отскочил вбок и повернулся лицом к банде.

Они бежали по проходу изо всех сил, взбадривая себя истерическими криками и матами, размахивая дубинами.

Я тоже изо всех сил бросился им навстречу. Знал, что банду сейчас начнёт пугать моя агрессия. И бандиты замедлили свой бег.

Я вонзился в толпу, не обращая внимания на удары дубинами в пах, по плечам, в грудь. Бил, как пулемётными очередями – в горло, в печень, в солнечное сплетение. Бил ногами в колено. в голень и отскакивал вбок, но не назад.

И боковым зрением во время жуткого боя, я заметил, что девушка, переоезая через спинки лавок, двигалась в мою сторону. Её толкали бабы и мужики. Кричали ей:

– Ты чо лезешь по головам?!

И кричали мне:

– Прекрати бить хороших парней!

"Остатки" банды быстро пятились, махая перед собоц дубинами.

Я заметил лежавшего под лавкой Рому, который показывал мне средний палец руки. Я рванул его палец, выдернул из сустава.

– За что ?! – завопил Рома.

Его девушка, которая тоже лежала под лавкой, крикнула ему:

– Заткнись, дурак, а то парни тебя найдут!

Когда "остатки" выскочили из вагона, ко мне метнулась девушка и вцепилась в мою руку. Я, следя за вопившему бандитами, которые катались между ног дачников, быстро спросил:

– Он тебя ограбил?

– Да.

Я шагнул к лежавшему Дятлу, перевернул его на спину.

– Что он взял у тебя?

– Мобильник, паспорт, кредитку, деньги.