Виталий Колточихин – Три дьявола власти: книга первая (страница 5)

Когда вампир закончил, он вытер руки о плащ, оставляя кровавые следы на золотых узорах.

— Вот и всё, — сказал демон, поднимаясь. — Отнеси её в тихое место, она будет спать ещё долго.

Демоны Крови

Самые разумные из демонов, что породило в них исключительное высокомерие. Своё название получили из-за способности черпать силу в крови.

В Аду демоны крови становились сильнее, испивая крови демонов тьмы или огня. Однако, попав в мир людей, они обнаружили, что человеческая кровь им больше по душе.

Предводитель:

Азазель, именуемый также Сотканный из Крови.

Демоны крови третьего ранга (Кровососы):

Неразумные существа, внешне напоминающие диких зверей, которые как животные нападают и пытаются высасывать кровь из жертв. Вампиры часто используют их, чтобы натравить на врагов.

Демоны крови второго ранга (Вурдалаки):

Крылатые монстроподобные существа, обладающие зачаточным разумом, но мыслящие примитивно. Опасны своей численностью и жестокостью.

Демоны крови первого ранга (Вампиры):

Внешне почти неотличимы от людей, за исключением чрезвычайно бледной кожи и ярко-красных глаз, которые выдают их истинную природу. Обладают высоким интеллектом, хитростью и способностью к манипуляции. После Второй войны начали вести разведывательную деятельность, живя и скрываясь среди людей.

Высшие вампиры:

Отдельная категория. Приближённые Азазеля, наделённые им особой силой. Элитная гвардия владыки крови. Обычно их не более трёх.

Азазель:

Внешне напоминает человека с чрезвычайно развитой мускулатурой. Обладает невероятной быстротой и реакцией. Не восприимчив к святой воде и святой пыли. Владеет телекинезом. Способен принимать монстр-форму, превращаясь в огромное крылатое существо, способное к полёту.

Лана медленно открыла глаза, и мир обрушился на неё ослепительной белизной. Небо было таким голубым, таким бездонным, что казалось ненастоящим. Солнце слепило так ярко, что пришлось щуриться, словно сама жизнь пыталась доказать ей: ты ещё здесь, ты дышишь, ты жива.

Она лежала на мягкой траве у берега реки. Травинки кололи спину через тонкую ткань нательного белья. Воздух пах водой, сырой землёй и полевыми цветами — запах жизни, чистый и не испорченный гарью. На ткани виднелись бурые пятна засохшей крови. Её крови. На мгновение Лана испугалась даже не боли — пустоты. Где доспехи? Где мечи? Где земля, которая секунду назад горела адским пламенем?

Приподнявшись, она почувствовала слабость, словно из неё выкачали все силы. Но боль была приглушённой, далёкой, скованной чужеродным жаром в венах. Через высокую траву она увидела Фелдара у берега реки. Он стоял на коленях в холодной воде и отмывал её доспехи. Его движения были механическими, ритмичными. Он тёр металл тряпкой, но кровь, казалось, въелась в поры стали, впиталась в швы. Он делал это не ради чистоты, а чтобы руки не начали дрожать. Чтобы не думать. Взгляд жнеца был погружён в тяжёлые мысли, которые он запер глубоко за рёбрами, не выпуская наружу ни звука.

Лана хотела позвать его, но поняла, что у неё не хватает сил произнести ни слова. Горло пересохло. Она просто смотрела.

Какое удивительное место. Простая природа — вода, трава, воздух — а ей казалось, будто она заново родилась и видит всё впервые. Редко удаётся остановиться и почувствовать момент, но сейчас, ощутив близость смерти, Лана вдруг ясно поняла: такие мгновения надо создавать самому. Никто не знает, когда его часы остановятся.

Фелдар заметил движение и резко повернул голову. Он поспешил к ней, вытирая мокрые руки о штаны. Сел рядом на траву и осторожно взял её за руку. Его ладонь была горячей, шершавой от мозолей и холодной речной воды.

И в этот момент Лана почувствовала странное. Не боль и не слабость, а лёгкий всплеск чего-то живого внутри. Сердце забилось чуть быстрее, откликаясь на его тепло. По венам пробежала лёгкая вибрация, словно где-то глубоко под рёбрами натянулась невидимая струна, отозвавшись на его касание. Это было слишком тихо, чтобы назвать это «чувством», но слишком явственно, чтобы отмахнуться. Раньше при касании к нему с ней такого не происходило. Они были друзьями, соратниками. Но сейчас воздух между ними стал плотнее.

Что-то изменилось. Не в нём. В ней. В самой ткани её существования.

— Как ты? — спросил Фелдар заботливо. В его зелёных глазах плескалось облегчение, смешанное с виной.

— Вроде… нормально, — Лана попыталась улыбнуться, но уголки губ дрогнули. — Только слабость. Будто выкачали всё.

— Конечно, — тихо заметил он, не отпуская её руки. — Ты потеряла много крови. Я думал… я уже думал, что опоздал.

Её словно молнией ударило. Память вернулась сразу, хлынула мутной волной — огонь, бой, запах гари и озона. Холод стали, прошившей её насквозь. И он — демон в чёрном плаще. Красные глаза. Кровь, капающая на рану.

— Зачем ты заключил сделку? — спросила она, и в голосе прорезалась паника. — Не надо было...

— Я тоже хочу это обсудить, — перебил Фелдар, и в его голосе звякнула сталь. — Вампир назвал тебя по имени. Будто знал годами. Вы знакомы? И что за ритуал? У меня в руке до сих пор жар от того рукопожатия.

Лана слегка покачнулась и непроизвольно положила голову на плечо Фелдара, будто искала опору, хотя терпеть не могла выглядеть слабой. Ей нужно было его тепло, чтобы заглушить холод, оставленный демоном.

— Это сделка на крови, — произнесла она тихо, глядя на реку. Вода несла свои воды прочь, равнодушная к их бедам. — Очень сильный ритуал. Древний. Он влияет не на тело, Фелдар. Он влияет на линии судьбы.

Фелдар нахмурился. Он слушал внимательно, но в глазах было видно: он пытается ухватиться за логику, как за поручень в шторм. Магия Ордена была простой: зелья, святая сталь. А это… это было нечто иное.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Ты, я, Ансанат — объясняла Лана, и имя демона прозвучало как приговор. — Теперь мы связаны. Моя линия жизни должна была оборваться сегодня. Обрывок нити уже был в руках смерти. Но ты вмешался и помешал этому.

— Не понимаю. Лекарь тоже спасает умирающих. Это что, тоже вмешательство в судьбу? Это просто жизнь.

— Нет, — возразила Лана, и её голос стал твёрже. — Суть в сделке. Это заклинание обязывает вас выполнить обещанное друг другу. Это не долг чести. Это магическая цепь. Если ты не сделаешь то, что он у тебя попросит… его услуга по спасению меня сгорит. Как свеча на ветру.

— И что тогда? — спросил Фелдар, хотя уже знал ответ.

— Я умру, — просто сказала Лана. — В ту же секунду. Сердце остановится. Камень упадёт на голову. Судьба заберёт то, что ей не заплатили.

Она говорила спокойно, но пальцы, лежавшие на траве, сжались в кулак. Спокойствие было не смирением, а последней стеной, за которой начиналась паника.

— А в чём здесь влияние на судьбу? — спросил жнец. — Это больше похоже на сделку с обязательным выполнением. Как контракт.

— Подумай, — Лана повернула к нему лицо. В её голубых глазах стояли слёзы, которые она не позволяла себе пролить. — Ансанату было всё равно. Но ритуал обязал его спасти меня — это было твоё условие. Теперь моя жизнь зависит от твоего выбора. Сделаешь ли ты то, что он попросит. Поэтому я связана не с судьбой… а с тобой. Моя жизнь теперь зависит от тебя.

Фелдар молчал. Ветер шевелил его чёрные волосы. Он смотрел на реку, на свои руки, на Лану. Он понял. Чтобы спасти её, он продал не свою душу — он поставил на кон её жизнь.

Он прижал Лану к себе правой рукой — без лишних слов, будто хотел закрыть её от самого мира. Его объятие было крепким, отчаянным.

— Не сомневайся, — сказал он, и в его голосе не было сомнений. Только холодная решимость. — Я не дам тебе умереть. Что бы он ни попросил… я сделаю.

Лана тяжело выдохнула, чувствуя, как его слова ложатся на неё грузом. Она боялась не смерти. Она боялась того, во что он может превратиться ради неё.

— Этого я и боюсь, — тихо сказала она, закрывая глаза. — Что ты сделаешь всё, что он скажет.

Фелдар молчал секунду, потом спросил, и в голосе его прозвучала тень подозрения:

— Откуда ты его знаешь? Это он рассказал тебе про сделку?

— Да, — ответила Алая жница, и голос её дрогнул. — Я познакомилась с ним давно. Ещё до того, как я стала жнецом.

Кровь вампира наделена удивительными целительными свойствами. Согласно имеющимся у нас данным, эти демоны крови бессмертны и не подвержены старению. Это происходит благодаря уникальному составу их крови, которая, бесконечно циркулируя по телу, предотвращает процесс старения.

Если вампир добровольно пожертвует свою кровь, она способна исцелить тяжёлые раны на человеческом теле. Мы не раз пытались захватить вампиров и извлечь из них кровь против их воли. Увы, кровь, добытая насильственным путём, не обладает теми же целебными свойствами и лишь на короткое время усиливает регенерацию человеческого организма при незначительных повреждениях.

Таким образом, мы пришли к созданию зелья Кровь, где основным компонентом является именно кровь вампира.

1262 год.

Беловолосая Лана стояла в строю у кромки Нонденского леса. Тогда её волосы ещё не были окрашены в цвет крови — они были светлыми, почти прозрачными на солнце, но солнце не грело. Оно лишь освещало поле, выжигая тени до блеска, оставляя воздух пустым и холодным. Вокруг простиралось зелёное море травы, но ветер шёл без запаха, без пения, без жизни.