Виталий Колточихин – Три дьявола власти: книга первая (страница 4)

И вот из огненного моря навстречу ему по узкой улице вышли три фигуры. Вампиры в латных доспехах, сверкающих под солнцем, двигались с грацией хищников. Лица скрывали капюшоны, а глаза светились жадным голодом. Латы отливали красным, отражая и солнечные лучи, и пламя, будто сами были частью этого адского пейзажа. Каждый шаг вампиров был уверенным, беззвучным. Их присутствие давило так, что даже огонь, казалось, отступал перед ними — признавая власть крови.

Чёрный жнец с интересом наблюдал за приближающимися существами. Их движения были плавными и беспечными, словно они наслаждались зрелищем, которое оставили после себя. Фелдар знал, кто к нему идёт, поэтому отстегнул с пояса склянку с зельем «Кровь» и выпил до дна. Жидкость обожгла горло, разливаясь по венам теплом, заставляя мышцы невольно напрячься. Зелье давало временный эффект повышенной регенерации: мелкие порезы и раны затягивались за секунды, позволяя избежать лишней крови. Это было важно в бою с демонами крови — они становились сильнее от запаха и вкуса крови.

То были элитные вампиры владыки крови — Бельфегор, Авангор и Ирвита. Видимо, их отправили сжечь деревню дотла — чтобы не осталось следов нападения Кроатона.

Вампиры постепенно окружали жнеца, доставая из ножен двуручные мечи. Чёрный жнец казался самим спокойствием: не торопился, не суетился, не давал страху показать себя. Он медленно достал свои одноручные косы из‑за спины, на секунду закрыл глаза, сделал выдох — и резким выпадом напал на Ирвиту. Она пошатнулась от неожиданной атаки, но всё же успела парировать. Едва ли другие вампиры успели замахнуться, как жнец, раскручиваясь в ударах, словно юла, рубанул демонице по горлу. Лезвие косы крюком подцепило плоть. Она тут же схватилась за шею, пытаясь остановить хлеставшую кровь, и рухнула на землю, извиваясь от боли, словно змея.

Фелдар не успел её добить: со спины уже атаковали Бельфегор и Авангор. Жнец уворачивался и отбивал удары, пытаясь контратаковать. Это было непросто: вампиры сражались умело, а эффект неожиданности уже был потрачен. Фелдар бился как зверь — сильными, быстрыми ударами, крутясь и уходя от встречных атак. Со стороны могло показаться, что его удары беспорядочны, будто ураган, сметающий всё. Но в этом «хаосе» была отточенная техника: безумный, но упорядоченный рисунок боя.

Косы в его руках пели, разрезая воздух. Вампиры почти прижали жнеца, но в бой внезапно ворвалась Лана. На бегу она выхватила парные клинки и в прыжке обрушилась на Бельфегора. Ему пришлось отвлечься от Фелдара и парировать атаку Алой жницы. Лана дралась иначе: в её ударах и уклонениях было изящество и надменность. Казалось, она стремилась не просто победить, а унизить. Будто дерётся в половину силы — и от этого становилось ещё страшнее. Её движения напоминали танец, но танец смерти.

Бельфегор взбесился. Вампирское высокомерие не терпело, когда человек смотрит сверху вниз. Он начал бить мощно, но всё более бездумно, пытаясь хоть как‑то достать её. Лана отступала, но всё так же легко и точно парировала, её глаза были холодными льдинками. И вот, когда Бельфегор почти прижал её к стене горящего дома, он замахнулся и нанёс яростный удар сверху. Лана, как кошка, ушла в сторону — и меч воткнулся в деревянный забор, между досками. Вампир рванул руками назад, но клинок вышел не сразу, застряв в древесине. Этого мгновения Лане хватило, чтобы быстрым ударом снести противнику голову. Клинок сверкнул, и тело вампира рухнуло без головы.

Авангор, сражавшийся с Чёрным жнецом, увидел, как Лана стоит над трупом Бельфегора. И в тот же миг превратился в сгусток дыма, подлетел к Алой жнице, материализовался за её спиной — и проткнул её насквозь мечом. Удар вышел из груди, окровавленное лезвие блеснуло на солнце. На лице Ланы не сразу появилась боль. Сначала — удивление, почти детское, будто тело не поверило в предательство собственной прочности. Потом губы разомкнулись, но вместо слов вышел только слабый, влажный вдох. Всё произошло за несколько секунд, и Фелдар не сразу понял, что случилось.

— Лана! — закричал Чёрный жнец, и в голосе его был ужас.

Он бросился к Авангору в обезумевшей ярости. Вампир едва успел извлечь меч, и Лана рухнула на землю. Фелдар обрушил на врага шквал мощных ударов. Авангор пытался парировать — безуспешно. Жнец выбил меч из его рук, сильным ударом сверху воткнул косу ему в голову, а второй косой снёс голову. Тело упало рядом с телом Алой жницы.

Фелдар рухнул на колени рядом с Ланой. Кровь текла рекой — слишком быстро, слишком бесстыдно, будто сама жизнь решила уйти, не оглядываясь. Он пытался зажать рану, но пальцы скользили по теплой липкой жидкости. Рана была слишком серьёзной. Даже зелье не поможет. Он смотрел в её красивые голубые глаза — и видел, как из них уходит свет. Не «умирает человек», а гаснет что‑то очень человеческое, что он привык видеть рядом с собой с детства.

Мир вокруг замер. Огонь перестал трещать, ветер стих. Лана положила дрожащую, бледную ладонь на руку Фелдара, словно пыталась успокоить его, а не себя. Фелдар не выдержал и заплакал. Слёзы капали на её доспех. Он прижал её ладонь к своей груди и качался из стороны в сторону, раздражаясь от собственной беспомощности. Его бесило, что он ничего не может сделать. Что он — жнец, элита Ордена — а всё равно бессилен удержать жизнь в её теле.

Лана лишь слегка улыбнулась и попыталась что‑то прошептать. Губы едва шевельнулись. Фелдар наклонился ближе, но не разобрал ни слова — только почувствовал её тёплое дыхание, которое становилось всё слабее. Говорят, у умирающего вся жизнь проносится перед глазами. Но почему‑то жизнь пронеслась перед глазами Фелдара. Он отрывками вспоминал, как они тренировались вместе. Как ночами напролёт разговаривали, сидя у стены казармы, и воровали еду, предназначенную высшему совету Ордена. Фелдар всегда был сдержанным и малоэмоциональным, но Лане каким‑то образом удавалось вдыхать в него жизнь своей яркой, беззаботной энергией. И теперь она умирает — и вместе с ней умирает что‑то в нём самом. Часть его души гасла вместе с её дыханием.

В дыму, смешанном с серым пеплом, шагала фигура в тёмном плаще до колен, расшитом золотыми узорами. Длинные чёрные волосы слегка шевелились от ветра, хотя воздуха не было. На бледном лице ярко светились красные глаза. На руке выделялось кольцо с синим камнем, от которого шёл тонкий дымок. Фелдар видел, как он приближается, но не шевелился, крепко держа руку Ланы у своей груди. Ещё один вампир. Только не элитный, а, на первый взгляд, самый обыкновенный. Но аура вокруг него была тяжелой, древней, от неё холодило даже через латы.

— Неожиданный поворот, — произнёс незнакомец, подойдя ближе к жнецам. Голос его был спокойным, слишком спокойным для места, где только что кипела бойня.

— Твои собратья мертвы, — ответил Фелдар. — Хочешь быть следующим?

— Зачем грубить тому, — издевательски улыбнулся демон, — кто может тебе помочь?

Лана, услышав голос вампира, попыталась зашевелиться, но у неё не было сил. Хрип вырвался из её горла.

— Ей уже не помочь, — прошептал Фелдар.

— Не соглашусь, — демон наклонился к телу Ланы и приложил два пальца к её шее. — Я ещё успею её спасти.

— Зачем тебе это? — непонимающе спросил жнец, поднимая взгляд. В его глазах плескалась надежда, смешанная с подозрением.

— Время идёт, — усмехнулся вампир. — Ты правда сейчас хочешь разбираться в моих мотивах?

Фелдар посмотрел на Лану. Её дыхание стало прерывистым.

— Ладно, — Фелдар с надеждой посмотрел на демона. — Спасай.

— Люблю деловых людей, — демон достал кинжал и полоснул себе ладонь, из которой тут же побежала кровь. Затем он прошептал слова, похожие на заклинание. Воздух вокруг засветился слабым синим ореолом.

— У всего есть своя цена. Мы заключим сделку.

Фелдар почти не слушал. Он просто смотрел в красные глаза демона, которые на фоне горящей деревни казались ещё более жуткими, словно два угля в пепле.

— Я исцелю Лану, а за это ты окажешь мне услугу.

— Какую?

— Не надо… — тихо простонала умирающая жница, пытаясь мотнуть головой.

— Пока мне ничего от тебя не нужно, — демон протянул жнецу окровавленную руку. — Но наступит день, когда я приду и попрошу тебя о чём-то. Это и будет цена за мою помощь.

Фелдар молча провёл ладонью по острию своей косы — и из раны тут же потекла кровь. Он не колебался. Жизнь Ланы стоила любой цены.

Затем он пожал руку вампиру. В тот же миг он ощутил жар, прошедший сквозь всю руку, и увидел свет, пронизывающий их рукопожатие. Отпустив руку демона и взглянув на свою ладонь, жнец заметил: рана затянулась, и от крови не осталось и следа. Только белый шрам остался напоминанием.

— Что это за магия? — удивлённо спросил Фелдар.

Однако демон не ответил. Он лишь взял окровавленный кинжал и осторожно надрезал вену на запястье, и багровым ручьём побежала кровь прямо на рану жницы. Кровь демона шипела, касаясь человеческой плоти, заставляя её срастаться. Лана внезапно открыла глаза и начала извиваться от боли. Фелдар почувствовал, как она сильно сжала его руку, — так крепко, будто цеплялась за жизнь через него. Потом её пальцы ослабли, и она потеряла сознание, но дыхание стало ровным. Вампир продолжал свои действия предельно спокойно. Он точно знал, что делает.