Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 266)

«Начинается! – со злостью подумал следователь. – Сейчас станет втирать, как она домогалась его, вешалась на шею, и он вынужден был вступить с ней в интимную связь. Продолжай, тварь, а мы постараемся тебе и брату обеспечить если не вышку[40], то максимальный срок!»

– Мы поехали за город, свернули с дороги и занялись тем самым. Девушка была совсем пьяна и не могла самостоятельно одеться. Тогда я накинул на нее шубу и поехал в сторону города в надежде, что она по пути протрезвеет и сама оденется. Вдруг она пришла в себя, стала кричать, что я изнасиловал ее и она заявит в милицию. Я испугался и задушил ее проводом. Затем выкинул на окраине города, а сам поехал домой.

– Все рассказал? – спросил его следователь, не скрывая своего негодования.

– Да, все.

– А где ее вещи?

– Выбросил в мусорный бак на улице Петровского.

– Можешь показать место, где происходило изнасилование?

– Не изнасилование, а добровольное… Могу, наверное.

– Что-нибудь из вещей оставил себе?

– Нет.

– А золотую цепочку?

– Нет, не брал.

Когда следователь допросил подозреваемого и конвоиры увели его в изолятор, Семин обратился к Глухову:

– Ну и как тебе все это?

– Да врет же, гад! – возмущенно воскликнул сыщик. – Они с братом однозначно перестукнулись в камере, чтобы Касым все взял на себя. Мой человек говорит, что они вдвоем совершили преступление. Касым очень уважает старшего брата, поэтому делает все, что он говорит, а Аладдин, в свою очередь, имеет связи в городе, поэтому попытается повлиять на ход следствия и суда.

– И как этот урод может повлиять на меня? – саркастически усмехнулся Семин.

– Ты не знаешь, Коля, что творил Аладдин раньше! Он же держал проституток-малолеток, у него в клиентах были большие люди! Он может обратиться к кому-нибудь из них.

– Тьфу! – плюнул в сторону Семин. – Не хватало, чтобы на меня наезжали любители малолеток! Не бывать этому!

– Она была не настолько пьяна, чтобы не контролировать свои действия, – предположил сыщик. – Коля, этот вопрос надо уточнить с помощью СМЭ[41].

– Обязательно уточним, – кивнул Семин. – И наличие спермы обоих братьев. А тебе, Андрей, надо найти одежду жертвы, а также установить свидетелей, которые видели братьев в ту ночь вместе в «Ниве».

– Содержимое мусорного бака, скорее всего, уже вывезли на свалку, – озадаченно проговорил оперативник. – Придется попотеть.

– А твой Фархад не сможет нам помочь со свидетелями? – поинтересовался Семин.

– Опасно, его светить нельзя, иначе перо под бок, – высказал свои опасения сыщик. – Он и так помог нам. Но я еще раз переговорю с ним, дам задание.

Утром прокурор заслушал доклад Семина.

– Тебе бы плотно взяться за убийство таксистов. Давай дела отпишем другому следователю?

– Азизбекова забирайте, это простое дело, – ответил ему Семин. – А убийство Лужиной оставлю себе, там много неясностей, лучше сам доведу до конца.

– Добро, – согласился прокурор. – Готовь постановление об аресте братьев, я подпишу.

В коридоре Семин встретился с Ликой. Девушка, увидев куратора, радостно улыбнулась и сообщила:

– Николай Иванович, я пришла немного поработать.

– Давай, работай, – кивнул ей следователь. – А я пошел за результатами СМЭ.

Судебный медик поделился своими наблюдениями при исследовании трупа Лужиной:

– Причиной смерти явилась асфиксия, но не от удавки.

– А от чего же? – удивленно спросил следователь.

– Ее задушили руками, а затем, уже на мертвую, накинули удавку из провода.

– А зачем?

– Наверное, преступники думали, что она недостаточно мертва, и таким образом решили добить ее.

– А что указывает на то, что душили руками?

– В местах приложения пальцев на шее остались ссадины полулунной формы от ногтей и кровоподтеки овальной формы от ногтевых фаланг пальцев. Душил физически сильный человек, в наличии перелом хрящей гортани. Все эти повреждения прижизненные, а удавка затянута уже на труп.

– Расскажите про сперму.

– Девушка перед смертью вступала в половую связь. Сперма изъята и отправлена на исследование, результаты будут готовы через неделю.

– Есть признаки того, что ее изнасиловали?

– Очевидных нет, только удушение и гематомы на предплечьях.

– Значит, она пыталась защищаться, а ее держали за руки. Преступник мог быть один?

– Девушка довольно крепкого телосложения, одному трудно было бы с ней совладать. Из личной практики знаю: чтобы подавить волю жертвы, насильник обычно бьет ее по голове, по лицу. В нашем случае на голове и лице жертвы следов побоев не обнаружено, да и на теле их нет. Соответственно, убийц могло быть двое: один держит, другой насилует.

– А степень опьянения девушки? Она могла напиться до беспамятства?

– Кровь сдал на анализ, ответа пока нет.

– А при вскрытии не чувствовали по запаху, что она была сильно выпившая?

– Вряд ли. Может быть, выпила пару бокалов вина.

– А осмотр Касыма что дал?

– Ничего. Если бы все происходило один на один, то у него как минимум были бы царапины на лице, а он совершенно чистый. Нет, он был не один.

– Это мы знаем. Свидетель, который обнаружил труп, говорит, что было как минимум два человека. Все это я уточняю для того, чтобы хорошенько обставить подозреваемых со всех сторон.

Поблагодарив судебного медика за консультацию, Семин поехал на работу.

Лика была на месте, сообщила ему, что звонила классная руководительница его дочери. Узнав, что Семин на выезде, она оставила свой номер телефона, попросив перезвонить ей. После безуспешных попыток дозвониться по оставленному учительницей номеру Семин попросил Лику:

– Тебе все равно идти домой мимо школы, зайди, пожалуйста, туда и переговори с классной руководительницей Оли, узнай, что она хотела мне сказать.

Когда Лика вышла из кабинета, Семин позвонил домой. Трубку подняла жена.

– Наташа, где Оленька?

– Дома.

– Что делает?

– Пришла со школы, играет, – ответила она и насторожилась: – А почему спрашиваешь?

– Спроси у нее, почему меня ищет классная руководительница.

– Софья Иосифовна? – удивленно спросила жена. – А почему она мне не позвонила?.. Погоди, сейчас спрошу у Оли.

На том конце провода Семин услышал, как жена зовет дочку:

– Оля, иди, папа хочет поговорить с тобой.

Когда дочка взяла трубку, отец спросил ее:

– Оля, ты не знаешь, почему меня ищет Софья Иосифовна?