Виталий Держапольский – Халява (страница 13)

– Угольный, – произнес я.

– Серега, ты чего, так и не поделишься секретом чудесных приобретений с лучшими друзьями, – вновь заныл Патлас.

– Пацаны, давай так, – предложил я, – вы меня не спрашиваете, а мне не придется вам лапшу на уши вешать. Не могу я…

– Ладно-ладно! – ухмыльнулся Васек. – Только ты это, если еще чего интересного подбросят, ты меня свистни… Я на продажу если. Поднимемся. Моньки, они знаешь, всегда на кармане нужны. А лучше сведи меня с тем челом, через которого барахлишко достал. Процент от сделки обещаю хороший… Честно-честно! Ну, какой смысл мне тебя кидать?

– Если что – не забуду, – «чистосердечно» пообещал я.

Патлас раздал всем по сигаретке, а пачку припрятал себе в карман.

– У тебя же еще есть, – озвучил он свои действия, – а я хоть попантуюсь чуток.

– Пантуйся на здоровье! – Отмахнулся я от него.

– Вот же поганые буржуины живут, – выпуская ароматный дым, произнес Васек. – Какие сигареты курят? Разве сравнить их с «Примой»? Даже «Космос» им в подметки не годиться…

– Ты еще «Беломор» с ними сравни, – произнес Леньчик-молчун, в несколько крупных затяжек докуривший сигарету до фильтра. – Приятный дымок, но слишком быстро они тлеют. Алеха, дай еще одну – не распробовал чего-то.

– Болгарщиной накуришься! – Мотнул головой Патлас, не собираясь больше раздавать ценные дефицит. – Дай тебе волю, так ты всю пачку в воздух выпустишь! Попробовал? Хватит!

– Эх, когда же и у нас такое будет? – Вздохнул Васек, бросая окурок на землю.

– Скоро! – уверенно произнес я. – Еще пара-тройка лет – и все будет. Перестройка, мать её…

– Серж, ты чё, Нострадамусом заделался? – подковырнул меня Васек.

«И вправду, чего это я раздухарился? – мелькнула мысль. – Не нужно мне показывать свою осведомленность насчет будущих событий. Даже лучшим друзьям. Осторожнее надо! Осторожнее…»

– Да так, читал обзор одного аналитика в «Комсомолке». Он уверен, что если СССР будет следовать тем же курсом…

– Слышь, Серж, кончай нам политинформацию устраивать! – Фырнул Патлас, «подавившись» дымом. – Этой хрени по телику хватает. Чё, пацаны, куда похиляем?

Целый день мы бессмысленно таскались по поселку. С одной стороны, конечно, мне было интересно посетить родные места. Вспомнить, как в действительности все это было. Утолить, так сказать, ностальгический голод…

Ведь наша память такая странная штука, которая покрывает события прошедших дней радужным лаком. Как говорили старики: раньше и солнце светило ярче и девки были краше. Так вот, нифига подобного!

К вечеру мне весьма наскучило подобное бессмысленное времяпрепровождение. Любому взрослому мужику, пускай даже и пребывающему в теле прыщавого юнца, обязательно нужен смысл, план и цель. А как же год кругосветки, спросите вы? А вот как раз в кругосветке у меня лишней минуты не было! Столько нужно было успеть…

Часа в четыре я, сославшись на придуманные неотложные дела, покинул веселую компанию корешков и вернулся домой. Общение с друзьями не прошло для меня даром: нужно было срочно обдумать дальнейшую модель поведения. Если я не могу вернуться назад в будущее, мне придется приспосабливаться к здешней жизни.

Фирменные шмотки и сигареты, остальная заграничная атрибутика даже у моих товарищей вызвали нездоровый интерес. Что же тогда будет с родителями? Да их просто удар хватит! Сын – спекулянт, это перебор для их неокрепшей социалистической психики.

Но и жить, как обычный подросток я уже не могу. Нет, какое-то время япродержусь, имитируя подростковую беззаботность. Но могу и сорваться… Все-таки я взрослый пятидесятилетний мужик, отвыкший отчитываться за свои поступки кому бы то ни было. У меня родители сейчас на добрый десяток лет меня моложе! А еще и школа на носу… Черт, что же делать?

Я вытащил из пакета, притараканенного из альтернативки бутылку пятизвездочного армянского коньяка, построгал колбасу, открыл банку красной икры. Достал в буфете стандартную граненую стопку, и до краев наполнил её кониной. Без долгих раздумий я влил в себя обжигающее спиртное.

Когда в желудке взорвалась маленькая бомба, я закинул в рот ломтик салями, а следом столовую ложку икры. Задумчиво пережевывая закуску, я налил себе вторую стопку – нужно было снять неожиданно навалившуюся нервозность. Вторая стопка последовала вслед за первой. Потом третья за второй.

– Хватит на сегодня! – сказал я сам себе, закручивая пробку на бутылке.

Не хватало еще встретить родителей в сиську пьяным. Три стопочки – в самый раз! У меня в запасе было порядка двух часов, чтобы что-то придумать. Я прошел в комнату и плюхнулся в кресло. Я пробежался взглядом по скудному набору книжек, стоявших в лакированной «стенке». Книжный голод в самом разгаре. Скоро, скоро начнется настоящее книжное раздолье. У меня дома, в будущем, когда-то была неплохая библиотека. Однако, после развития цифровых технологий, бумага капитально устарела. Сегодня я таскал собственную библиотеку в одном кармане штанов!

– Ух, ты – Хогбены! – Руки сами потянулись к сборнику рассказов Генри Каттнера, который я заприметил на полке. – Прохфессор накрылся! Это обо мне. – Я усмехнулся, держа в руках книжку любимого автора. – Этот рассказ, брал начало на двадцать седьмой странице…. – Неожиданно для самого себя с поразительной четкостью вспомнил я. – Черт! Да я же помню его наизусть! – Этого не могло быть в принципе – раньше я не мог похвастаться такой вот феноменальной памятью. А тут три десятка лет пробежало.

Дрожащими руками я раскрыл книгу на двадцать седьмой странице. Так и есть – «Прохфессор накрылся!». Пробежав глазами несколько строчек рассказа, я убедился, что действительно могу воспроизвести его по памяти. Слово в слово. И не только «Прохфессора»! Я мог воспроизвести по памяти всю книгу! От корки, до корки!

Я бросил сборник на пол, словно шипящую гадюку и выхватил из шкафа первую попавшуюся книгу. Ей оказался Максим Горький со своим «Детством». Ситуация повторилась один в один. Я загадывал страницу, закрывал глаза, а память услужливо открывала мне соответствующую архивную ячейку. Текст совпадал.

Помимо текста, я мог вспомнить, на какой странице есть жирные пятна, заломы, разрывы бумаги. После пятой книжки я остановился. Черт! Я помнил наизусть все, ну, или почти все тексты! Во дела! Я метнулся в свою комнату и вытащил из письменного стола старую ученическую тетрадь по геометрии за девятый класс. Стоило мне лишь взять ее в руки, как я понял, что в состоянии воспроизвести все чертежи и задания. Я взял чистый листок и ручку:

– Пятая страница.

Через десять минут я сравнивал копию тетрадной странички с оригиналом. Стоит ли говорить, что я ни в чем не ошибся и на этот раз? А перстенек-то, оказывается, таил в себе не один секрет! Я помню наизусть все, что когда-либо читал или писал. А как обстоят дела с книжками, которые я никогда не брал в руки?

Я вернулся в комнату родителей и вновь пробежался глазами по книжным полкам. Вот! «Сад и огород». Это брошюру я точно никогда не брал в руки. Я достал книжку, несколько минут подержал её в руках, не раскрывая. Пусто. Никой информации. Затем я раскрыл ее и бегло пролистал, не вчитываясь в содержимое.

Закрыл книгу. Зажмурился и представил семнадцатую страничку. Пожалуйста – результат последовал незамедлительно: перед моим мысленным взором стояла искомая страничка, которую я мог без труда прочитать! Ну, прям Штирлиц, один раз взглянул и запомнил! Вот это действительно здорово! Значит, со школой у меня проблем не будет!

И вообще, не хочу я опять в школу. Это ж я столько времени там зря потеряю! Нужно попытаться и закончить десятый класс экстерном. А что, это мысль! Так, а вот что делать с родителями я так и не решил. Может приоткрыть перед ними завесу тайны? Попытаться заручиться их поддержкой? Ведь они же здравомыслящие люди, должны понять! Вдруг я здесь надолго застрял? Приведу кучу доказательств… Хм… Была, не была! Попытка – не пытка. Только нужно поэффектнее все обставить! Есть у меня одна мыслишка…

[1] ОРС – отдел рабочего снабжения

Глава 7

К приходу родителей все было готово. В общем-то, ничего особенного и не потребовалось. Я утащил шмотки, принесенные из альтернативки обратно, чтобы не волновать родителей раньше времени. Мой план был прост: я хотел переместиться в альтернативный мир будущего вместе с матерью и отцом.

Единственный нюанс: я не знал, смогу ли я проделать это с людьми из прошлого. Ведь сюда-то я переместился в тело подростка, а не в своем настоящем обличье. Хотя, с другой стороны, в альтернативном мире будущего я оставался все тем же шестнадцатилетним пацаном. Должно получиться. Ну, а если нет, постараюсь придумать что-нибудь еще.

Мама появилась чуть раньше отца, чмокнула меня в щеку и скрылась на кухне готовить ужин. Я с трудом унял внутреннюю дрожь: черт возьми, она такая молодая! Я, по сравнению с ней, совсем старик. Да еще и такая красивая и привлекательная! Почему же детям всегда кажется, что родители, по сравнению с нами, глубокие старики?

– Серега, чего дома сидишь! – В комнату заглянул отец. Погрузившись в мысли, я пропустил его приход. – Последний день последних школьных каникул, – напомнил он мне.

– Привет, пап, – рассеянно кивнул я.

Черт, отец тоже не выглядел даже моим сверстником. Ну да, ему же сейчас чуть за сорок! Крепкий, поджарый, ничего лишнего. У меня в его годы живот-то куда как посолиднее был.