Вира Лин – Завеса Даркамара (страница 10)

Я благоразумно пропустила его шутку мимо ушей.

Отцу не стоило затевать слежку, но определенные плюсы в этом есть.

Он ничего не ответил, и мне пришлось продолжать самой.

Поможем друг другу?

Ты не мог бы проследить за мной прямо сейчас?

Скажем, до одной больницы за городом.

С арендованным Энжелом авто на хвосте мне было хоть немного, но спокойней.

Конечно, я не боялась, что доктор Балаш пустит меня на органы или сотворит еще что-нибудь ужасное – в таком случае ему проще подождать, пока недуг убьет меня без его активного содействия… Но всякое было возможно.

До сих пор я вела себя на редкость беспечно, и с этим пора было заканчивать. Стоило вернуть контроль, пока проблемы, накручиваясь друг на друга клубком из плотных черных нитей, не погребли меня с головой.

Странностей вокруг становилось чересчур много, чтобы посчитать их за простое совпадение. В Будапеште явно намечалось нечто масштабное и опасное, до чего мне только предстояло докопаться. Уже совсем скоро, если удача снова решит покинуть меня в самый нужный момент.

– Это вы приказали запереть меня в номере? – спросила я Нину, едва мы выехали на широкую загородную трассу и прибавили газу. – Зачем?

Она посмотрела на мое отражение в водительском зеркале – мрачное и почти незнакомое – и на ее лице промелькнуло выражение, напоминающее тревогу и даже злость, а может – всего лишь сожаление об упущенной возможности.

– Нет, – твердо ответила она, и я почти ей поверила.

Почти.

Но разве не сомнение – прямая дорога к истине? Губить его на корню глупо и неправильно, особенно когда причин сомневаться так много.

– Доктор Балаш не просил вас «позаботиться», чтобы я никуда не делась до приема? – продолжила напирать я.

Нина пронзительно рассмеялась, и ее смех напомнил крик дикой оголодавшей птицы, низко парящей над водой в поисках пищи, столь же отчаявшейся и одинокой, как и она сама.

– Смешные вещи говорите, госпожа Грант.

Водитель, все тот же, что сопровождал нас вчера, нахмурился, крепче обхватил руками руль, но промолчал, оставив спор только между нами.

– С чего вы взяли, что могли куда-то деться, дорогая? Я безупречно выполняю свою работу, и мне хорошо за нее платят. Доктору нужны его пациенты, и я доставлю вас, какое бы препятствие ни встало на пути.

Прикинув, во что выльется новая колкость, я благоразумно прикусила язык и рассеянно подумала о возможности в последний момент повернуть назад…

Открыть дверь, которая, конечно, не заперта, и на полном ходу выпрыгнуть из машины, надеясь, что Энжел подберет меня живой и здоровой, а не по кусочкам. Хотя последнее казалось куда более вероятным после подобного трюка.

Неужели путь к спасению проложен только через особняк доктора?

– А теперь дайте мне свою вещь, – окончательно отбросив игру в добрую провожатую, потребовала Нина, а потом обернулась ко мне вполоборота и протянула руку.

– Хотите меня ограбить? – не сдержавшись, пошутила я.

– Разве вам есть что мне предложить?

– Я думала, наличных денег будет достаточно.

Она с вызовом посмотрела мне в глаза, словно желала пронзить взглядом насквозь, и я невольно поежилась, всухую проиграв спор в самом его начале.

– Чего вы хотите?

А если бы она попросила ноготь, глаз или ногу? Как бы я стала выкручиваться и что – врать?

Вновь вспомнив о кольце из самолета, единственной ценности, которую зачем-то переложила в карман джинсов и взяла с собой, я подумала назвать его, но осеклась.

Странное чувство, необъяснимое и властное, не позволяло мне говорить о проклятой драгоценности, показывать ее и даже думать про кольцо в присутствии Нины, словно я была хоббитом из сказки, а она – могучим Сауроном[1], мечтающим заполучить «мою прелесть».

– Я не причиню вам вреда, барышня. Доктор Балаш придерживается древних традиций, и, если вы все еще хотите попасть к нему на прием, вам стоит научиться прислушиваться к моим словам, – процедила Нина, не убирая протянутой руки. – Желаете продолжить спор?

От сердца отлегло. Может, все не так плохо, как я успела себе напридумывать?

Да, сопровождающая мне досталась со странностями, а дверь в номер кто-то все-таки закрыл, но не могло ли это быть простым наслоением случайных обстоятельств, никак не связанных между собой?

– Я хочу увидеть доктора, – твердо сказала я и, подумав секунду, сняла из ушей любимые сережки-капельки. – Это подойдет?

Нина бережно приняла безделушку из моих рук, разместила ее на ладони и поднесла к собственному мертвому глазу, будто на миг позабыв, что тот больше ничего не видел.

– Чудно, – резюмировала она, а потом убрала сережки в карман и вместо них извлекла старую, потемневшую от времени монету. – Это вам. Честная цена за дар.

Мне совсем не хотелось прикасаться к монете, но все же я ее взяла. Повертела в руках, рассмотрела с обеих сторон и только после подняла глаза на провожатую.

– Отдадите доктору вместо платы, – отстраненно бросила она.

– Значит, денег и правда оказалось мало… – протянула я задумчиво. – Неужели монета еще римского периода?

– Вовсе нет.

Изображенное на металле существо совсем не напоминало любого из римских императоров. По правде, и на человека оно не очень походило.

Суровое, жесткое лицо в профиль: борода, уши длинные, как у эльфов, а глаза зажмурены, но все равно смотрят на далекое солнце, пронзенное шипами. Или на звезду.

Я не могла не спросить.

– Что на ней изображено?

– Нечто более древнее, чем вы думаете.

– Кажется, я не совсем понимаю, к чему вы клоните, – призналась я. – Может, расскажите поподробнее?

– Не думаю, что это необходимо.

Не найдя сил на новые возражения, я устало откинулась на мягкое сиденье. Проплывавший за окном пейзаж не вызывал особого интереса, но внезапно я заметила среди редких елок нечто, заставившее меня забыть обо всем на свете.

Тревожное и знакомое. Худший кошмар или только его силуэт.

Огромный, будто рукотворная скала, собранный из желтого, побитого ветром и дождем камня, с башенками, зелеными террасами и окнами, напоминавшими бессчетные паучьи глаза, – он совсем не изменился за годы, что мы провели врозь.

Но как такое возможно?

Мое дыхание вдруг стало поверхностным и частым. Тахипноэ[2], так ведь это называется, если переходит в болезнь? Хорошее название для танца, но не чего-то, способного убить.

– Это и есть особняк доктора Балаша?

Я понадеялась, что новый приступ недуга накроет меня с головой и с обмороком унесет далеко-далеко, но этого так и не случилось. Недуг проявил жалость, когда я меньше всего ждала снисхождения.

Шурша гравием, машина проехала по широкой подъездной дорожке и остановилась у высокого крыльца с массивными, испещренными таинственными символами вроде рун дверями.

Я узнала их так же, как узнала остальное.

Прекрасное, монструозное, чудовищное здание, в котором все и случилось. С которого многое началось.

Место, что отняло у меня родителей и кое-кого еще…

Ну здравствуй, дом.

[1] Отсылка на книгу «Властелин колец» Дж. Р. Толкина

[2]Медицинский термин, подразумевающий частое поверхностное дыхание и связанное с ним состояние организма

Глава 6. Дом, милый дом

Дом. Ад, полный первородного огня и крови. Место, в котором я родилась и которое покинула так давно…