Виолетта Весна – Жена, которой не было в документах (страница 7)
— Гордей, — сказала она тихо.
Он не сразу повернулся.
— Что?
— У меня остались бумаги по первому проекту.
Она не знала, зачем сказала это именно сейчас.
Может, хотела увидеть его лицо.
Может, впервые за вечер не смогла удержать удар внутри.
Гордей повернулся медленно.
В его глазах не было удивления.
И это стало страшнее всего.
Было напряжение.
Расчет.
Мгновенная внутренняя проверка: какие бумаги, где, у кого, насколько опасно.
Не «Тая, о чем ты».
Не «какие бумаги».
Он понял сразу.
— Не начинай, — сказал он очень тихо.
— Значит, помнишь.
— Я сказал, не здесь.
— А где?
В кабинете, где ты положишь передо мной соглашение?
Его челюсть едва заметно напряглась.
— Ты услышала обрывки и делаешь выводы.
— Нет. Я много лет слышала обрывки. Сегодня они наконец сложились.
Ведущая со сцены радостно объявила:
— Три миллиона рублей! Раз! Два!
Зал аплодировал.
Таисия и Гордей стояли рядом с семейным портретом на экране за их спинами. Со стороны они, наверное, казались красивой парой, которая о чем-то тихо советуется во время аукциона.
— Тая, — произнес он так, будто пытался удержать ее на краю.
— Не устраивай сцену. Сегодня важный вечер.
Она посмотрела на него.
На мужчину, которого любила так долго, что любовь успела потерять человеческий голос и стать привычкой беречь его даже от правды.
— Я уже поняла, — сказала она.
— Важный вечер. Важная компания. Важная репутация.
— Ты передергиваешь.
— Нет. Я впервые называю вещи своими именами.
Он хотел ответить, но к ним подошел один из партнеров, и лицо Гордея мгновенно изменилось: с жесткого личного на спокойное деловое.
— Гордей, поздравляю, аукцион идет блестяще.
— Спасибо, — ответил он.
Таисия снова улыбнулась.
Партнер сказал что-то о фасадах, реставрации, культурном коде города.
Гордей ответил точно, уверенно.
Они обменялись двумя шутками.
Рената вновь оказалась рядом, вплелась в разговор цифрами и датами.
Таисия стояла чуть сбоку.
Как жена.
Как украшение.
Как женщина, которой не было в документах.
И вдруг это перестало быть только болью.
В этом появилась форма.
Название.
Точка, от которой можно оттолкнуться.
Если ее нет в их документах, это еще не значит, что ее не было в реальности. Если ее вычеркнули из презентации, это еще не значит, что она не помнит, кто держал первый лист.
Если ее хотят оставить с квартирой, машиной и расписанием материнства, это еще не значит, что она обязана благодарить за аккуратно оформленное исчезновение.
Музыка поднялась выше.
Первый лот продали за сумму, от которой гости одобрительно загудели.
На экране снова появился семейный портрет.
Таисия смотрела на собственное лицо в огромном размере. Женщина на фотографии улыбалась спокойно, почти нежно.
Рядом стоял Гордей.
Перед ними — дети.
За ними — дом.
И вдруг Таисии показалось, что та женщина на экране уже мертва.
Не физически.
Нет.
Ее просто похоронили живой в правильной позе, в дорогом платье, под фамилией мужа, под словами «сердце дома».