Виолетта Весна – Развод с драконом. Невеста без права на крылья (страница 7)
Бездарному.
Арина медленно положила документ обратно.
Потом открыла нижний ящик стола и достала тонкую тетрадь в серой обложке.
В ней не было дневника. Дневники в домах драконов заводили только глупые женщины или те, кому нечего терять. Арина не относилась ни к первым, ни ко вторым.
В тетради были выписки.
Статьи брачного закона. Правила защиты разведенных женщин. Устаревшие поправки. Особые случаи расторжения союзов между драконьими родами и младшими ветвями. Пометки на полях. Вопросы. Даты.
Она положила тетрадь в дорожную сумку первой.
Платья можно потерять.
Знание — нет.
За дверью послышались тяжелые шаги.
Не Ливия.
Не управляющий.
Арина знала эти шаги лучше, чем хотела бы.
Дамиан остановился на пороге, не входя.
Это тоже было запоздалое уважение. Раньше он входил в ее комнаты редко, но без вопроса. Как хозяин дома. Как муж. Как человек, которому никогда не объясняли разницу между правом и близостью.
Теперь стоял за порогом.
— Можно?
Арина посмотрела на него поверх раскрытой сумки.
Вот и новая странность дня.
Лорд Дамиан Ровенхольд спрашивал разрешения войти в комнату бывшей жены.
— Зачем? — спросила она.
Он чуть напрягся.
Не привык.
В его мире на «можно?» обычно отвечали «да, милорд».
— Нужно поговорить.
— О чем?
— Арина.
Она улыбнулась без радости.
— Имя вы уже произносили сегодня в зале. Ничего хорошего за ним не последовало.
Дамиан вошел.
Не дождавшись разрешения.
Конечно.
Привычки не ломаются за один развод.
Он закрыл дверь за собой, но остался возле нее, словно расстояние могло сделать разговор честнее. На нем все еще был тот самый темный камзол. Только серебряную застежку у горла он расстегнул, и это почему-то делало его менее официальным. Более живым. Более опасным для ее выдержки.
— Я не хотел, чтобы твои вещи собирали без тебя, — сказал он.
Арина взяла со стола флакон чернил, проверила крышку и положила в деревянный футляр.
— Но приказ отдали.
— Я сказал Келвину, чтобы помогли.
— Помощь предполагает вопрос.
Он молчал.
Она подняла глаза.
— Ты хотел поговорить о вещах?
— Нет.
— Тогда говори быстрее. Мне нужно покинуть резиденцию до заката. Так сказали в Совете. Кажется, ты присутствовал.
Его лицо осталось неподвижным, но по взгляду прошла тень.
— Я не хотел, чтобы все было так.
Арина замерла.
Фраза была хуже, чем молчание.
Потому что в ней почти было сожаление. И совсем не было ответственности.
— Как именно? — спросила она.
— Публично? Законно? Удобно? С новой невестой у твоего плеча?
— Мирена не моя невеста.
— Еще нет.
— Это решение Совета.
— Как и наш развод?
Дамиан сделал шаг вперед.
— Ты знаешь, что не все так просто.
Арина закрыла сумку.
Щелчок застежки прозвучал резко.
— Нет, Дамиан. Я знаю только то, что сегодня услышала в Зале Крыльев. Что я восемь лет была несоответствием. Что моя кровь гасила твою силу. Что твой род благодарит меня за службу и просит освободить помещение до заката. Если есть сложная часть, ты почему-то решил оставить ее при себе.
Он отвел взгляд к окну.
Дождь стекал по стеклу тонкими линиями. За ним внутренний двор казался еще более пустым.
— Совет уверен, что брачная печать была ошибкой.
— Совет уверен во всем, что ему выгодно.
— Арина.