Виолетта Весна – Развод с драконом. Невеста без права на крылья (страница 14)
Серьезное.
Она видела каменный двор. Видела Дамиана на коленях. Видела серебряные нити, стягивающие его плечи. Это не было обычным недомоганием. И не было видением в привычном смысле, потому что у Арины никогда не было видений. У нее вообще ничего не было — так говорили все заключения Совета.
Пустая кровь.
Женщина без дара.
Несоответствие.
Она сорвала печать.
Внутри оказалось не письмо Дамиана.
Распоряжение.
Почерк был не его. Сухой, угловатый, канцелярский. Наверняка секретарь дома или один из людей Салкрофта.
«Госпоже Арине Лисвейн надлежит немедленно прибыть в резиденцию Ровенхольдов для участия в магической проверке состояния лорда Дамиана Ровенхольда. Ввиду особых обстоятельств отказ будет расценен как неуважение к решению Совета крыльев».
Арина дочитала до конца.
Там не было «пожалуйста».
Не было «просим».
Не было даже попытки объяснить, почему ее присутствие вдруг стало необходимым после того, как ее же объявили причиной ослабления родовой силы.
— Они не просят, — сказала она.
Ливия осторожно взяла лист из ее руки, пробежала глазами и нахмурилась.
— Но пишут про Совет. Это опасно.
— Все, что касается Совета, опасно.
— Они могут наказать вас?
Арина усмехнулась.
— Теоретически? Нет. Практически?
У них есть множество способов сделать жизнь неудобной и при этом остаться в рамках закона.
Она забрала письмо, сложила и положила на стол рядом с ключами.
Серебряная линия на запястье больше не светилась.
И все же кожа под манжетом казалась слишком теплой.
Ливия смотрела на нее внимательно.
— Вы видели что-то перед стуком.
Арина подняла глаза.
— Почему ты так решила?
— Вы смотрели не на дверь. Вы смотрели куда-то далеко.
Несколько секунд Арина молчала.
За окном дождь стучал по жестяному отливу. В коридоре архива снова воцарилась тишина. Где-то внизу ночной сторож, вероятно, ворчал из-за поздних посетителей. Все было так просто, так земно, что говорить о серебряных нитях и драконе без крыльев казалось почти безумием.
— Мне показалось, что Дамиан пытался обратиться, — сказала Арина наконец.
— И не смог.
Ливия перекрестила руки на груди, будто ей стало холодно.
— Дракон не смог обратиться?
— Я не уверена.
— Но вы видели?
— Да.
Ливия села на край стула.
— У вас есть дар?
Арина хотела ответить привычно: нет.
Слово уже было готово.
Оно прожило с ней всю жизнь, стало частью имени. Арина Лисвейн, без дара. Арина Лисвейн, пустая ветвь. Арина Лисвейн, удачно выданная за дракона и не оправдавшая надежд.
Но после серебряного следа в мраморе и видения каменного двора слово «нет» вдруг перестало быть честным.
— Не знаю, — сказала она.
Это оказалось страшнее, чем признать слабость.
Ливия не испугалась. Только кивнула, будто неизвестность была обычной хозяйственной задачей, вроде пятна на платье или сломанной застежки.
— Тогда утром надо идти не к Ровенхольдам, а в архив.
— Я и собиралась.
— Там есть записи про такие дары?
— Если господин Тарвик не солгал, в архиве есть записи почти обо всем, что кто-то когда-то пытался спрятать под законной формулировкой.
— Хорошо.
Арина посмотрела на нее.
— Хорошо?
— Да. Если люди лгут, надо искать бумагу. Бумага тоже лжет, но хотя бы одинаково на всех страницах.
Арина неожиданно улыбнулась.
— Ты слишком разумна для служанки.
— Я была слишком разумна и для прежней должности.
Они обе замолчали.
Письмо лежало на столе.
Приказ.
Не просьба.
Арина взяла его, поднесла к свече и дождалась, пока край бумаги вспыхнет.
Ливия ахнула.