Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 81)

Артур бессознательно сжал деревянные поручни, ограждавшие его от стихии, бушевавшей внизу. Он даже не чувствовал, как грубо отшлифованное дерево безжалостно царапает ему ладони. Что ему делать, как поступить? Вновь и вновь он задавал себе один и тот же вопрос.

В первую очередь, он обязан не показывать своего волнения другим. Он должен быть твердым и мужественным, чтобы никто не подозревал, что дело обстоит настолько плохо. Ему нужно самому поверить во спасение, уверовать всем сердцем и заразить этой верой других. Только вместе, поддерживая друг друга, они смогут справиться с бедой!

Вдруг Артур почувствовал на своем плече чью-то руку. Обернувшись, он встретился с серыми глазами Инка.

– Мы, полагаю, все умрем… – тихо начал он. – Но я помогу тебе, чем смогу. Не стоит, конечно, особенно уповать на мои способности, поверь, они крайне ограничены, но рассчитывать на меня, как на любого члена своей команды, ты все-таки можешь. Да, и я, кстати, принял к сведению твои извинения.

– Значит, друзья? – широко улыбнулся Артур.

– Я бы не был так категоричен. Но не враги, по крайней мере, – так же улыбнулся Инк, и эта его робкая и немного неумелая улыбка вдруг так изменила все его лицо, что оно буквально осветилось изнутри, будто в нем зажегся ночник, наполненный светлячками.

– Я всегда на это надеялся, – хмыкнул Артур, почувствовав, словно кто-то своей доброй рукой убирает всю тяжесть с его сердца. – Давайте осмотрим еще трюм. Я, конечно, не питаю особых надежд, но…

– Глянем, какие крохи оставила нам команда… Надеюсь, мы найдем кое-что получше рыбной требухи, – унылым голосом поддержал его Тин, впрочем, немного оживившись при мысли, что они идут осматривать провизию.

Ребята спустились на нижнюю палубу. Здесь как-то еще больше ощущалась близость моря. Неровные удары волн о просмоленное днище судна вызывали неприятные эмоции: они словно предупреждали, что путешественники остались совсем одни, без поддержки бывалых моряков.

Артур открыл крышку и бесстрашно ступил на лестницу, ведущую в затхлое помещение, из которого доносились неприятные запахи рыбы и крысиной отравы.

– Кирим, дай мне фонарь, тут так темно, что хоть глаз выколи! – попросил он, спустившись еще на одну ступеньку. Лестница противно скрипела в такт шагам. Артур, не сумев совладать с порывистыми движениями «Балерины», шатался из стороны в сторону. Наконец он смог полностью спуститься и осветить помещение фонарем.

Из темноты, подобно пузатым стражам, выступали деревянные бочки с ворванью, повсюду лежали какие-то коробки с сыпучими продуктами – похоже, сахаром и мукой. В углу висела связка сушеной воблы, которая и распространяла тот самый мерзкий рыбный запах.

– Не очень-то разживешься… – озабоченно проговорил Тин, который тоже спустился и с важным видом начал инспектировать все эти коробки, бочки и свертки.

– Я, пожалуй, подожду вас наверху! – крикнул им Кирим. Самовлюбленный армут искренне полагал, что все, хоть как-то связанное с приготовлением пищи, должно касаться его в последнюю очередь, ибо готовка, по его мнению, отнюдь не являлась мужским занятием. Впрочем, он неплохо разбирался в мясе и даже любил варить армутскую похлебку; но это скорее было исключением из правила.

– Признайся, приятель, ты ведь просто боишься крыс? – с насмешкой поддел его Инк и, не дожидаясь пока гордый армут вспылит, начал спускаться к друзьям. В этот момент «Балерину» сильно тряхнуло на волнах; Артур неловко выронил фонарь, который с громким стуком упал на пол и чуть не разбился. Где-то в самом темном углу и впрямь послышался крысиный писк.

– Арч? Ты слышал? – дрожащим голосом прошептал Тин, ужасно побледнев. Юноша, конечно, был довольно смелым – в основном, в силу своего легкомыслия. Однако крыс Тин боялся очень давно, с самого детства. Может, это было связано с тем, что грызуны заводятся обычно в кладовках, где хранится еда, а к ней, как известно, у юного повара всегда было излишне серьезное отношение.

Артура же было не остановить упоминанием о крысах; он смело шагнул в темноту, освещая себе дорогу фонарем. К своему удивлению, он неожиданно обнаружил согнутого в три погибели юнгу, которого не так давно Дож Малый безжалостно исполосовал кнутом. Киль сидел на корточках и мелко дрожал всем телом, как от озноба. Встретившись взглядом с Артуром, он издал странный звук, похожий на всхлип.

– Киль? Что ты тут делаешь? – удивленно воскликнул Артур. Тот чуть привстал на своих коротких ногах и опасливо выглянул из-за бочки.

– Прячусь, что же еще, – буркнул молодой матрос, вытерев мокрый нос рукавом своей грязной синей рубахи. Он уже вполне пришел в себя. Это может показаться забавным, но Киль чем-то походил на крысу. И только сейчас, пристально разглядывая его, Артур это увидел. Удивительное дело, но раньше он вообще как-то не замечал матросов, которые находились с ними на одном судне. Неужели Инк в чем-то прав, и он действительно слишком расслабился, забыл, что хороший руководитель никогда не перестает контролировать ситуацию?

Киль был одет в длинную синюю рубаху, красный плащ, короткие штаны серого цвета; на голове у него была суконная шапка, отороченная мехом, которая ужасно походила на аккуратную крысиную мордочку. Впрочем, и само лицо юноши тоже весьма ее напоминало, ибо было узким и вытянутым, с тонким розовым носиком и маленькими шустрыми глазками необычного цвета – темно-желтыми, как древесная смола.

Несмотря на это поразительное сходство с грызунами, лицо юного моряка вовсе не казалось отталкивающим или же неприятным. Напротив, оно было вполне миловидным, аккуратным, даже каким-то трогательным. Было ощущение, что этот человек совершенно неспособен выдерживать жизненные трудности, бороться, преодолевать невзгоды, и поэтому хотелось его от всего уберечь, защитить, как-то помочь. У него были короткие, жесткие и чуть вьющиеся волосы, которые беспорядочно выглядывали из-под шапки. Киль был столь мал ростом, что, когда он выпрямился рядом с Артуром, оказалось, что парень почти наполовину его ниже. На лице у него уродливо багровели следы от плети, которые, по всей видимости, воспалились и чуть припухли.

– Зачем ты тут сидел? – удивленно поинтересовался Тин, которой тоже подошел к Артуру и во все глаза смотрел на юнгу.

Тот ужасно удивился.

– Скорее это я у вас должен спросить, почему вы шастаете по кораблю, когда я предупредил вас об опасности? Или я неправильно написал, с ошибками? – сказав последнюю фразу, Киль вдруг ужасно покраснел; было видно, что ему стыдно признаваться в своей неграмотности.

Артур пожал плечами.

– Да нет, все правильно, только… Матросов на корабле нет. Так же, как и капитана. На самом деле, это большая удача, что мы тебя нашли, так как ты моряк и… – юноша не успел договорить. Киль, услышав новости, вздрогнул, как от удара, и в совершенной панике бросился наверх из трюма. Инк, Тин и Артур удивленно переглянулись.

– Еще один полоумный, – сквозь зубы пробормотал Инк.

– Наверное, он не ожидал такого… Впрочем, как и все мы, – резонно заметил Артур.

– Ладно, давайте подниматься.

Оказавшись на палубе, юноши с облегчением вдохнули в легкие свежий морской воздух. Между тем Киль суматошно бегал из одного конца судна в другой, выкрикивая какие-то имена, ругательства, названия морских обитателей и еще много того, что сложно было расслышать из-за внезапно поднявшегося ветра. Наконец юнга вновь оказался на нижней палубе; лицо его раскраснелось и выглядело таким несчастным и жалким, что у друзей возникло острое желание как-то утешить его, ободрить и сказать, что все непременно будет хорошо.

– Это невероятно! – воскликнул Киль. – Никого нет!

– По-моему, Артур говорил тебе то же самое, если мне не изменяет память, – язвительно пробормотал Инк.

– Нет, но я не понимаю… Просто не понимаю, куда все делись?

– Кстати, а почему ты сам сидел в трюме?

Киль смутился и опустил глаза.

– Я самый молодой член команды… Мне не позволили участвовать в расправе над капитаном, – тихо пробормотал он.

– Значит, капитана все-таки хотели убить?

– Конечно, он ведь настоящий зверь.

– А что вы хотели делать потом?

Тут бедный Киль смутился еще больше.

– Увы, меня совсем не посвящали в эти дела. Мне стыдно об этом говорить, но я ничего не знаю. Есть одно предположение… После убийства капитана и его охраны мы уже не смогли бы плыть на остров Черепаха. Если бы я был на их месте, то держал бы курс к Лунным берегам. Там матросы смогли бы продать корабль, а вырученные деньги прокутить.

– А что они собирались делать с нами? – спросил Тин, в упор глядя на краснощекого юнгу. Тот пожал плечами.

– Я очень просил вас не трогать. Вы спасли меня, уберегли от расправы. Теперь я твой должник, – последнюю фразу Киль адресовал Артуру. – Я думал, что уже вернул долг, положив вам записку под дверь, но теперь, когда все пропали, получается, что я никого не спас и по-прежнему обязан тебе жизнью.

– Да ладно тебе! – смущенно улыбнулся Артур.

– Не слушай его, – холодно заявил Инк. – Он всегда такой скромный. Но ты и впрямь обязан ему жизнью, а значит, должен сделать все возможное, чтобы он, равно как и все мы, спаслись. То есть благополучно добрались до острова Черепаха.

И без того узкое лицо моряка, казалось, еще больше вытянулось вперед. Нижняя губа у него задрожала, словно Киль собирается заплакать. Он так походил на хорошего маленького мальчика, которого незаслуженно обидели хулиганы, что Инк даже пожалел, что взял с ним такой холодный тон.