Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 59)

– Ничто… не оправдывает жестокость и насилие, ни одна благая цель, – возразил Артур. Юноша уже вполне решил про себя, что будет поддерживать игру Шафран так долго, насколько это возможно, ибо подобная линия поведения могла как-то помочь его друзьям.

– Хорошо, тогда я проведу с тобой небольшой психологический эксперимент, – вдруг весело улыбнулась девушка. Грациозно подойдя к Артуру, она аккуратно положила ему на колени три маленьких армутских ножика, остро заточенных и чуть кривоватых.

– У меня такие же три. Все честно, – проговорила Шафран, отступив от своей жертвы на несколько шагов. – Я не буду просто стрелять в тебя из лука. Попробуем устроить честный поединок, ты этого заслуживаешь, как близкий друг Кирима. По очереди мы будем кидать эти ножики друг в друга. Ты вполне можешь совершить правосудие, то есть убить меня, и тем самым спасти своих товарищей. Так как ты считаешь, что я – мерзость, то с твоей стороны будет вполне естественным избавиться от меня как можно скорее. Так ты поможешь не только друзьям, но еще и моим будущим жертвам. Я же буду метать ножи в тебя, правда, говорю сразу, кидаю ножи я гораздо хуже, чем стреляю из лука. У тебя, без преувеличения, есть все шансы.

Артур с заметным презрением посмотрел на Шафран. Сейчас она была ему противна до крайности; возможно, даже сам господин Ролли не внушал ему столько отвращения, как эта женщина, внешне вполне миловидная, однако, по сути, являвшаяся совершенным чудовищем.

– Давай, мой хороший. Ты можешь кинуть первым, так как я очень добрая сегодня, – ласково проговорила Шафран.

– Не хочу, – резко ответил Артур.

– Неужели? – рыжеволосая девушка весело рассмеялась. – Не хочешь даже помочь той смазливой девице, за которой ты все время наблюдаешь? Я видела, как ты на нее смотришь. Она, кстати, в этом плане более решительная, чем я, сама заявилась ко мне, попыталась даже напасть, точно дикая кошка. Но ты же понимаешь, что обычная девчонка вряд ли сможет справиться с охотницей? Впрочем, я не стала ее убивать, думаю, оставлю до того момента, пока не закончу с тобой… – произнося все эти слова, Шафран лукаво наблюдала за Артуром, чье лицо изменялось по мере того, как она добавляла каждое новое слово. При одном только упоминании Дианы ярость такой страшной силы поднялась в его сердце, что он забыл про боль в груди, холод, усталость, да и вообще про все на свете. С искаженным от гнева лицом он кинул в сторону кривлявшейся охотницы один из ножей; конечно, Артур вовсе не умел метать ножи, однако, по случайности, ему удалось точно попасть ей в руку. Сила удара была такова, что нож вошел в предплечье почти по рукоятку.

Шафран сильно вздрогнула и, побледнев от боли, другой рукой с усилием выдернула лезвие из раны. Зеленые глаза ее были холодными и страшными.

– Вот тебе первый урок, мой милый. Когда кто-то угрожает твоим близким, ты готов пойти на все, даже на убийство, не так ли? Идея правосудия становится не такой уж и плохой в данной ситуации? Какой же ты лицемерный, на самом деле. Теперь моя очередь, уж прости.

Шафран прицелилась здоровой рукой в беззащитного юношу. Кажется, охотница направляла нож тому в горло, однако, когда она его, наконец, кинула, то он полетел совершенно не туда. Осознанно или невольно, но девушка не попала в свою мишень. Впрочем, Артур и так уже догадался, чего она от него добивается. Шафран намеревалась вывести его из себя, чтобы он сам захотел ее убить. Так охотница лишний раз доказала бы свою правоту. Скорее всего, она хотела показать Артуру, что убийство порой оправдано, а значит, ее действия не являются такими уж и преступными. Юноша, в порыве гнева, кинул бы в нее все свои оставшиеся ножи, но, учитывая его теперешнее состояние и отсутствие навыка, конечно же, он не причинил бы ей серьезного вреда. И тогда коварная Шафран своим последним, третьим ножом безжалостно прикончила бы его, ибо, судя по всему, она метала их так же хорошо, как и стреляла из лука, а все ее слова про неумение это делать – сплошное притворство и ложь. Вряд ли охотнице, жестокой убийце стольких людей, неведомо, как пользоваться армутским оружием.

Юноша ужасно разозлился на себя за то, что позволил ей манипулировать собой, а главное, что потерял контроль над ситуацией, разгневался, проявил неразумную вспыльчивость. Кажется, то же самое ему говорил Даг де Вайт, упоминая его несдержанность, упрямство и неспособность контролировать эмоции. Поэтому, приняв решение, юноша в сердцах один за другим отправил свои ножи в другую от Шафран сторону.

– Урок я понял. Но я не убийца, – отчетливо проговорил он ей. Это его неожиданное действие взбесило Шафран до крайности. Лицо ее страшно покраснело, скулы напряглись, глаза сузились. Было ощущение, что она сейчас безудержно кинется на него и растерзает голыми руками, как хищный зверь. С невероятным трудом женщина овладела собой и, еще дрожавшей от ярости рукой, навела на юношу смертоносный нож. Артур правильно понял: конечно же, она на самом деле являлась метким стрелком. Слова про шанс на спасение, возможность отомстить и убить ее – все это являлось не чем иным, как попыткой манипулировать его разумом. Больное желание лишний раз поиграть с ним, поиздеваться и поглумиться над его ценностями. Она уже готова была совершить свое преступное действие, как вдруг сильный удар по голове лишил ее этой возможности. От неожиданности и боли Шафран охнула и медленно осела на землю. Пребывая в лихорадочно-болезненном предвкушении от расправы над своей жертвой, она совсем не заметила, как сзади к ней подкралась Диана, с той самой дубинкой, которой не так давно жестоко избили Артура.

Отважная девушка с отвращением посмотрела на скорчившуюся на земле охотницу.

– Она еще жива, – тихо сказала Диана. Затем, перешагнув через ее обмякшее тело, приблизилась к своему другу. Достав из кармана платок, Диана опустила его в снег, а затем поднесла к бледному лицу юноши, пытаясь вытереть кровь.

– Я… все видела, – тихим взволнованным шепотом произнесла преданная подруга. – Как она говорила с тобой, как пустила в тебя стрелу… Я была за деревьями все это время. Я все боялась, что не смогу с ней справиться, поэтому ждала лучшего момента.

– Шафран… Сказала мне, что ты на нее напала и она тебя… – начал Артур, но Диана покачала головой.

– Я все время сидела в укрытии, все ждала, что она будет дальше делать. Шафран не видела меня; возможно, она была слишком занята предстоящей расправой над нами…

– Все же ты не… послушалась меня.

– Не послушалась, – серьезно сказала Диана. – Я хочу, чтобы ты знал. Я не брошу тебя ни при каких обстоятельствах.

Юноша с благодарностью и грустью посмотрел на серьезное и оттого такое прекрасное лицо Дианы. Как бы ему хотелось, чтобы в настоящий момент девушка находилась в безопасности Троссард-Холла, и как он в то же время был счастлив, что она все-таки рядом с ним!

– Нужно ее связать, – тихо и медленно сказал он. – У нас… в палатке… была веревка, – лицо юноши вновь покрылось по́том от того напряжения, которое он испытывал, произнося слова.

– Я уже взяла ее, – сказала Диана, с грустью улыбнувшись другу. Артур с каким-то удивлением смотрел, как девушка ловко связывает руки Шафран за спиной. Неожиданно в этот момент он вдруг внутренне восхитился острым умом своей подруги, ее невероятной выдержкой, несмотря на тяжелую ситуацию, в которую они попали, находчивостью, отчаянной смелостью, характерной скорее для мужчин, нежели для хрупких особ женского пола, поразительным самообладанием и этой восхитительной преданностью. Вопреки здравому разуму, Диана не оставила его, не бросила, а напротив, смогла прийти на помощь и защитить от ножа коварной охотницы. Никогда раньше Артур не думал о ней с такой стороны; для него она всегда представлялась хрупкой, невесомой, нежной особой, которую надо постоянно защищать и спасать. Теперь же юноша вполне осознал еще одну истину: некоторые девушки только хотят выглядеть слабыми и беспомощными, а на самом деле обладают хладнокровием и исключительной выдержкой, похвастаться которыми может далеко не всякий мужчина. Никогда не следует недооценивать других людей.

– Что теперь? – поинтересовалась Диана, прервав поток его размышлений.

– Надо все-таки найти остальных… Вместе мы… смогли бы оказать хоть какое-то сопротивление…

Диана усмехнулась.

– Простым школьникам вряд ли под силу одолеть четверых профессиональных убийц со стрелами.

– Ты же справилась с Шафран.

– Она была слишком одержима идеей тебе досадить… Иначе у меня бы ни за что это не получилось.

– В любом случае… Тебе все-таки придется меня здесь оставить, – твердо сказал Артур. – Идти с тобой… вряд ли получится… Оставаться здесь глупо и рискованно. Тем более нужно во что бы то ни стало отыскать ребят.

– Тебе очень плохо, да? – каким-то приглушенным и совершенно неестественным голосом произнесла девушка. Артур почувствовал, что она близка к истерике.

– Думаю, я.… подожду вас в палатке, – сказал юноша, не отвечая на ее вопрос. Да и что он мог ответить?

– Я помогу тебе, – с готовностью воскликнула Диана. Шатаясь на ходу, вдвоем они с трудом смогли все-таки добраться до спасительной палатки, которую так безжалостно разворотила Шафран. На коленях обессилевший юноша вполз внутрь и замер, пытаясь наладить дыхание. Кровь пульсировала в голове, руки его дрожали, кажется, у него начиналась лихорадка.