Виола Редж – Бюро добрых услуг на Абрикосовой улице (страница 4)

– Мопс, – отступая назад, выдохнула я. – Негодяй, немедленно домой!

– Ну что уж ты с ним так, – пожурила тётка, – с собаками нужно соблюдать баланс между строгостью и лаской, а ты...

– Это его кличка, – быстро сказала я, – между прочим, дядюшка Рудж придумал. Всё, прощаюсь, мне надо загнать псину в дом.

И как это сделать без поводка и намордника, я не представляла. В голове пролетела шальная мыслишка – а может, пусть его идёт на все четыре стороны? Но... ответственность. Приходится о ней помнить. Эта собака – не просто собака. Это ключ от портала. Во всяком случае, пока я не отведу мопса к ветеринару.

– Негодяй, – мне удалось широко улыбнуться, демонстрируя дружелюбие, – если сейчас же вернёшься домой, принесу тебе вкусного корма.

Собак остался равнодушен. Хорошо хоть не убегал. И чем его так заинтересовали мои туфли?

Я стала отступать в сторону двери, периодически останавливаясь, чтобы он мог опять обнюхать каблуки. Руки-ноги тряслись, но я держалась стойко. Нет, взять мопса в руки, как дедуля Огюстен, не смогла, но панику кое-как подавила.

– Может, хочешь костей? – спросила я, когда до двери оставался один шаг, а псина сидела с вываленным языком, смотрела в упор своими глазками-бусинками и делать этот шаг явно не собиралась.

Оканские учёные установили, что интеллект взрослой собаки приблизительно равен интеллекту пятилетнего ребёнка. У этого мопса развитие слегка отставало, но на слово «мясо» он среагировал сразу. То есть ни корм, ни кости его не привлекают, а мясо подавай?

Тут до меня дошло, что собаку надо кормить, причём регулярно. Ещё одна статья расходов. А будут ли тут в принципе доходы?

Открыв дверь, я сначала впустила Негодяя, а уж потом вошла сама. И снова тоскливо огляделась. Дому срочно нужен ремонт, а для ремонта нужны деньги, а чтоб появились деньги, нужно их заработать. Как?

– Негодяй, – заметил приблуду дедуля Огюстен, – а ты тут откуда?

– Вот и мне интересно, – сказала я. – Поймала его на улице. В доме есть второй выход?

– Вообще-то нет, – задумался артефактор, – если только собачка не пользуется порталом. Он ведь очень умный пёс, да, Негодяй?

– А чем вы его кормите? – поинтересовалась я.

– Да по-всякому, – замялся дедуля, – но чаще мясом. На рынке покупаю самое дешёвое.

– И где у вас рынок?

– Как где? На Торговой площади, конечно, – в своей манере ответил он. – Только сейчас уже поздно, все к обеду расходятся.

Точно. Уже обед. А я думаю, что ж мне так некомфортно?

Собакену тоже было некомфортно скакать по захламлённой мастерской, и он безошибочно выбрал себе под лежанку диванчик для посетителей, с которого я смела мусор, прежде чем положить туда свою сумку. Её я сразу забрала, повесила на плечо от греха подальше и спросила:

– А есть где поблизости кафе или просто место, где перекусить?

Старик всерьёз задумался. Потом просиял и ответил:

– В булочной госпожи Борк есть кафетерий! Там, конечно, супа не найдёшь, но пироги достойные.

– Спасибо, – обрадовалась я и стала выяснять, где находится эта булочная.

Заодно и на постоянную клиентку посмотрю. Это ведь у неё постоянно ломается метлолёт?

– Кстати, а что такое метлолёт? – уточнила я, потому что в моём воображении рисовался исключительно летучий веник, который сам собой выметал весь мусор с любой площади заданных параметров.

– Как тебе объяснить, – дедуля почесал в затылке, – выглядит, как метла, но с таким, знаешь, велосипедным сиденьем на метловине. Ведьмы тоже идут в ногу с прогрессом, перестали доверять простым ивовым метёлкам.

Значит, госпожа Борк – ведьма? Занятно. Ну что же, прогуляюсь до углового дома по Абрикосовой улице и попробую её пирогов.

– Присмотрите за псом, – попросила я дедулю, – а лучше отведите его наверх.

– Я пока лучше поищу артефакт, который сделал ему твой дядя, – неопределённо ответил старик. – А ты иди, иди, от голода хорошего настроения не прибавляется.

И как тут не согласиться?

На улице было по-прежнему спокойно и безлюдно. Ах да, обед! В маленьком городке, должно быть, свято чтут традиции дневной сиесты, хотя вон, дедуля Огюстен сидит на рабочем месте и мастерскую не закрывает.

Я решительно прошла вдоль соседних домов до углового. Он заметно выделялся среди прочих, во-первых, цветом – весёленьким голубым с белыми наличниками на окнах, а во-вторых, двумя башенками на крыше. Над белой полукруглой дверью была такая же выгнутая дугой кверху вывеска «Булочная».

Толкнув дверь, я разбудила колокольчик, который издал мелодичную трель. Внутри находился типичный крошечный магазинчик с одним окном и стеклянной витриной, которая перегораживала всё пространство и заканчивалась узкой доской-прилавком. У окна стояли два высоких табурета – видимо, это и был «кафетерий». Но зато тут царили идеальная чистота и порядок, отчего я наконец-то смогла чуть-чуть расслабиться.

– Что желаете? – спросила возникшая из ниоткуда хозяйка.

Вот только что за прилавком было пусто, а сейчас напротив стоит яркая красотка в белоснежном накрахмаленном халате и такой же шапочке на тёмных волосах.

– Госпожа Борк? Здравствуйте, я Теодора Валь, – вежливо начала я, – мне сказали, что у вас очень вкусные пироги.

– А, вы новая хозяйка артефакторской мастерской? – тут же догадалась она. – Сейчас-сейчас, дайте на вас посмотреть... Вам срочно нужен мясной пирог и утешительная булочка.

Она открыла свою витрину и поставила на прилавок и то, и другое. По булочной поплыл изумительный аромат свежей выпечки, и я сглотнула набежавшую слюну.

– Вам с собой?

– Поем у вас, – отказалась я. – Мне ещё что-то попить. А с собой потом ещё одну утешительную булочку, – перед дедулей Огюстеном было неловко.

Я так орала, а он даже виду не подал, что ему неприятно. Надо загладить свою вину хотя бы утешительной булочкой.

Та, к слову, пахла корицей и чем-то ещё невыразимо сладким и приятным.

Госпожа Борк подала мне стакан компота и указала на табуреты возле окна. Подоконник был превращён ей в столешницу, где прекрасно уместились мои тарелки и стакан.

Пирог оказался выше всяких похвал. Уж на что мамуля мастерица, а госпожа Борк её переплюнула. Или это потому, что я была такой голодной?

– А что с вашим метлолётом? – уточнила я, когда расплачивалась и забирала пакет с булочкой для артефактора. – Мастер Огюстен говорит, вы часто приносите его чинить?

– Понятия не имею, – пожала она плечами, – должно быть, попалась бракованная модель. То летит, то не летит, я уж собралась новый покупать.

Я кивнула. Бывает всякое.

– Кстати, не подскажете, можно ли у вас в городе нанять кого-то для уборки?

– Что, дядюшка оставил после себя свинарник? – понимающе улыбнулась она.

Неужели привычки дяди Руджа были известны всему городку? Хотя чему удивляться, если артефакторская мастерская здесь одна?

– Не свинарник, конечно, – вступилась я за честь семьи, – но всё же уборка не помешает.

– Руджеро никому не позволял даже упоминать слово «уборка» в отношении своей мастерской, – покачала головой ведьма, – мол, у него там каждая вещь – артефакт, а что не артефакт – то важнейшая запчасть.

– Вы были близко знакомы с дядюшкой? – сочла нужным уточнить я.

– Дружили когда-то, но в последние годы он стал совсем невыносим, – пожаловалась госпожа Борк. – Ну а на ваш вопрос пока не отвечу, но у покупательниц поспрашиваю.

– Если кто-нибудь из них согласится, пусть сразу найдёт меня, – я достала из сумки визитку и ручку и нацарапала на блестящей поверхности адрес отеля, – здесь или в мастерской.

Госпожа Борк взяла кусочек картона и убрала в карман. Я поблагодарила за помощь и вкусные пироги, попрощалась и вышла, раздумывая, сколько же на самом деле ей лет, если «когда-то» она дружила с дядей Руджем?

Среди лаурданцев – исконных обитателей Апарисьо и всей близлежащей округи (области Лаурто королевства Наралия) – всегда было много долгожителей. Моя бабуля Ограммон недавно отметила юбилей – восемьдесят восемь лет, что вообще не мешает ей руководить всем семейством и строить дальнейшие планы на подрастающее поколение. А её бабуля, которую я уже не застала, прожила до ста пятидесяти пяти! Трудно даже представить!

А может быть, ведьмы живут ещё дольше? Интересно, у кого бы спросить?

Глава 3

Обратная дорога заняла куда как меньше времени, потому что хотелось скорее порадовать дедулю Огюстена и угостить утешительной булочкой. Ну а потом я планировала ещё поразгребать завалы в бухгалтерии мастерской и вернуться в отель к ужину. Ах да, нужно же ещё погулять с мопсом. Или вдруг получится отвертеться от этой ужасной обязанности?

Но когда я вернулась, оптимизм дедули, который уже успел стать для меня привычным, вдруг дал трещину. Не успела я войти, как мастер Огюстен немедленно встал и снял с себя рабочий фартук.

– Дорочка, я принял решение. Ты теперь хозяйка, со всем справляешься, а я только мешаю. Ты права, пришла мне пора заняться садом, да и вообще...

– Да что вы такое говорите! – я подскочила к старику и вынула из сумки своё угощение. – Я, наоборот, извиниться за свой крик хотела, булочку вам от госпожи Борк принесла, и...

– Но ты ведь всё равно решила продавать мастерскую, так что днём раньше, днём позже – перебил меня он.