Виола Редж – Бюро добрых услуг на Абрикосовой улице (страница 19)

– Ирма, дорогая, а что ещё любопытного про неё знаешь? – не скрывая интерес, спросила я.

– Да вроде ничего особенного, девчонка как девчонка, ведёт себя скромно, шашни не крутит, претензий по работе никто не высказывал, – тут же ответила Ирма, – а почему это тебя так интересует?

С Ирмой легко. Сначала ответит на все вопросы, а потом уж сама уточнит, зачем мне это нужно. Ну и я не стала вилять, призналась, что дело с жалобой дошло до начальника отдела кадров холдинга, а уж он поручил его мне.

– Дора, так тебя продвигают! – обрадовалась подруга.

Ещё одно редкое и очень ценное качество – искренне радоваться чужим успехам.

– Ну пока мне надо решить это дело с жалобой, – вздохнула я. – А ведь Колин мой бывший наставник, сама понимаешь, как тяжело быть объективной.

– Ну так в дирекции простых дел тоже не будет, – задумчиво ответила Ирма, – и знаешь что? Давай-ка я перешлю тебе номер Лиззи Бульвер-Стоун, мне кажется

– Это удачная идея! – подхватила я, перебив подругу. – Ирма, ты прелесть!

– Я знаю, – горделиво ответила та, – но учти, если тебя повысят – будешь проставляться.

– Это уж само собой, – пообещала я, услышала, как зашелестели странички рабочего блокнота, куда Ирма уже отправила номер дочки Колина, и стала прощаться.

Перед тем, как вызвать Лиззи, я поискала всё, что могло иметь отношение к ней и двум матросам в информационном пространстве блокнота. В холдинге «Золотой круиз» была собственная сеть связанных между собой артефактов – таких же блокнотов, как мой. Конечно, у разных людей был доступ к информации разного уровня. И я особенно не надеялась что-то узнать, но, задав свой вопрос, вдруг провалилась прямиком в дело Лиззи Бульвер-Стоун – горничной второго ранга на испытательном сроке.

И это означало, что мои подозрения относительно повышения не просто верны – верны на сто пятьдесят процентов, раз господин Монтгомери дал мне доступ к кадровым делам всего персонала!

Я посидела немного, осознавая новый уровень ответственности, но после всё же заставила себя вернуться в реальность из радужных мечтаний о собственном кабинете в центральном офисе.

Лиззи действительно прошла собеседование не в кадрах «Симфонии», а в главном отделе заботы холдинга, и вначале её собирались определить на лайнер «Лазурная кантата», но внезапно всё же девушка оказалась под крылом у собственного отца. И тут особо искать варианты не приходилось: наверняка к этому приложил руку опытный Колин, решив, что раз не смог воспрепятствовать, надо хотя бы присмотреть.

Постепенно вопросы, которые я собиралась ему задать, стали складываться в систему. Но пока нужно было определиться, о чём спросить у Лиззи. Никаких намёков на контакты девушки с другими служащими лайнера противоположного пола в деле не содержалось. Пересечений ни с Финчем, ни с Сурсунгом на берегу я тоже не нашла, хотя искала.

Искала практически до того самого момента, когда бормотунчик задребезжал вызовом от Мауро.

– Привет, Анри, – обрадовалась я, – у нас всё в силе?

– Здравствуй, Дора, – ответил он чуть приглушённо, – ты уже выбрала ресторан?

– Я тут не местная, – напомнила я со смешком, – так что выбор предоставлю тебе. Кстати, – продолжила я, пока он молчал, – ресторан – это не слишком? Может, обойдёмся чем попроще?

– Давай, – согласился он, – а то с ресторанами вечно морока: пока закажешь, пока дождёшься – на еду и времени не остаётся.

– Ну так говори, куда и когда приходить, – предложила я, и, услышав недовольное «тяв», быстро добавила: – только чтобы туда пускали со шпицем.

– Не вопрос, – развеселился Анри, – у дона Рафаэля никто ничего не скажет, приди ты хоть с быком на верёвочке.

Я представила на секунду, что дядя Рудж вместо шпица оставил бы в наследство бычка, зажмурилась и повертела головой, чтобы изгнать этот образ навсегда.

– И где заведение этого дона Рафаэля? – чтобы закрепить эффект, лучше отвлечься и переспросить адрес.

– Дора, я заеду через час, – объявил Мауро, – а то объяснять слишком долго. Ты куда тащишь балку? – вдруг рявкнул он так, что я чуть не подскочила.

Далее последовала пара крепких слов, а потом быстрые извинения:

– Дора, это не тебе, прости, мне надо – он отключился, но я ещё услышала обрывочное «идио».

Добродетель украшает человека, если только он не строитель. Их, наоборот, ценят за умение доступно объяснить, что именно сделано не так.

Я какое-то время похихикала над превратностями разных профессий, а потом вернулась к собственным баранам. За час я успею и связаться с дочкой Колина, и подготовиться к обеду у дона Рафаэля.

Если я всё рассчитала правильно, то сейчас у Лиззи обеденный перерыв, а значит, вызов не отвлечёт её от работы.

– Да? – насторожённо сказал тонкий голосок на другой стороне артефакта.

Я представилась – официально, по всей форме, а потом добавила, что звоню из-за жалобы, поданной её отцом на матросов Финча и Сурсунга.

– Но чем я могу помочь? – казалось, её голос стал ещё тоньше и выше.

– Лиззи, я знаю, господин Бульвер-Стоун был против того, чтобы вы работали горничной. Должно быть, он сильно переживает из-за сложившейся ситуации?

– А я уже совершеннолетняя и могу сама решать, работать мне или учиться, – ожесточённо ответила девчонка. – И, между прочим, я прошла собеседование в главном офисе, а он он

– Продолжайте, – вкрадчиво предложила я, – что же он?

– Надавил на кого-то, и меня взяли только на испытательный срок! – возмущённо выдала она.

– А почему он так поступил? – спросила я, надеясь уяснить для себя позицию Колина.

– Да потому что не хочет, чтобы я работала на лайнере! И сделает всё, чтобы выжить меня отсюда.

– А вы не разговаривали с ним об этом? – снова спросила я, чувствуя, что, с одной стороны, лезу не в своё дело, а с другой – что именно эта ситуация каким-то боком спровоцировала Колина подать жалобу на матросов.

– С ним невозможно разговаривать, – кажется, Лизи всхлипнула, – он сразу начинает кричать! И я же знаю, что он любит свою работу, и я всегда гордилась, что мой отец – старший стюард, а теперь...

– Вы хотели пойти по его стопам? Работать рядом? – догадалась я.

– Да, – девчонка снова всхлипнула, – но он считает, что девушкам на лайнерах не место!

– Та-ак, – протянула я, ощущая, что подошла совсем близко, – и вы, наверное, решили доказать, что он неправ? Подговорили Финча с Сурсунгом...

– Нет! – отчаянно отказалась она. – Я просто ну я сказала, что встречаюсь с Финчем. Ну чтобы он понял, что я уже взрослая...

– А вы действительно встречаетесь? – перебила я, поскольку на романтические отношения, к примеру, на «Принцессе морей» был наложен негласный запрет.

Уставом не были запрещены внеслужебные контакты, но во время рейса всё наше время было отдано работе. Лично у меня просто физически не было возможности выделить лишний час для развлечений: не выспишься ночью, не сможешь эффективно работать днём.

– Нет, что вы, – теперь Лиззи отчётливо хлюпнула носом, – я вообще матросов редко вижу, просто случайно запомнила эту фамилию.

– Дорогая, ты понимаешь, что из-за твоих слов у парня, да и у господина Бульвер-Стоуна возникли проблемы? – вздохнула я в артефакт. – Мы с тобой должны вместе всё исправить.

– Как? – вскинулась она с надеждой.

– Поговорить с твоим папой, – постановила я.

– Но что я ему скажу?

– Всё то же, что сейчас сказала мне. Докажи, что повзрослела, и объясни ему, что чувствуешь и как страдаешь от его гиперопеки.

И я постараюсь объяснить, что из-за семейных разборок не должны возникать жалобы, провоцирующие раздор между палубной командой и службой заботы.

Теперь появилась ясность, и я решила не откладывать разговор с Колином в долгий ящик. Правда, сейчас у него горячее время – подготовка к обеду, ну так и мне пора определиться с платьем, хоть это и не трудно, причесаться и подготовиться к выбору сантехники. Ну да, дом особенный, значит, и сантехника должна быть ему под стать. Тем более что деньги из тайника ещё остались. Правда, совсем чуть-чуть, но это в любом случае надо использовать.

Я неторопливо раскрыла дверцы шкафа и окинула взглядом все два своих платья. Остальное место занимали летние костюмы, брюки и майки: я же собиралась сюда ненадолго, была уверена, что разберусь с наследством и быстренько назад. Во-от, вот откуда было взяться отпускному настроению, если даже вещи в гардеробе делового стиля?

Ладно, сегодня я надену лёгкое платье без рукавов, с летящей юбкой и ярким цветочным принтом, которое подчёркивает грудь и талию, а к нему босоножки универсального бежевого цвета с множеством ремешков. Вместо сумочки у меня будет шпиц апельсинового цвета, который сейчас вальяжно развалился на диване и с хитрым видом наблюдал за моим преображением.

Последний штрих – помада, придающая губам естественный блеск и не слезающая во время еды, – и я готова. Нацепив Негодяю поводок, я закрыла номер и спустилась к выходу из «Сен-Сентуро».

Когда я толкнула дверь наружу, на другой стороне площади показался внедорожник Мауро.

– Тяв! – удовлетворённо выдал Негодяй. – Сама вижу, – ответила я и улыбнулась, не скрывая радость. Через минуту мы уже разместились в мобиле строителя. Анри действительно не стал ничего объяснять, а просто повёз нас по узким солнечным улочкам Апарисьо, где дома, казалось, склонялись друг к другу, делясь историями. В этойчасти города я ещё не бывала, поэтому смотрела во все глаза.