Виктория Ветрова – Выкрутасы (страница 6)

К большому сожалению, из-за постоянных головных болей и высокого давления, свое обучение в школе я прервал еще в седьмом классе, да и заниматься дома тоже не всегда представлялось возможным, потому что большую часть времени я валялся в постели с гипертоническими кризами, а поэтому к двадцати годам я так и остался больным, никому не нужным, толстым (из-за невозможности много и активно двигаться, и из-за гормональных сбоев в организме, вызванных приемом определенных лекарств) и печальным неучем, единственным источником радости которого всегда были и оставались книги, кино и интернет.

Дни мои протекали несчастливо, скучно и однообразно, так что мне временами казалось, что я заточен в какую-то хитрую тюрьму, выходом из которой является только полное и скорейшее выздоровление или же такая же скорая, но довольно мучительная кончина. Но моя тюрьма, в отличие от всех остальных тюрем, в которых содержались преступники, была куда хуже, поскольку в ней даже не выпускали на прогулку. С одной стороны, гулять мне никто не запрещал, но с другой стороны, сам я никак не мог этого сделать, потому что из-за лишнего веса и вечных проблем с сосудами, у меня практически отнялись ноги и даже по своей клетушке я с трудом передвигался на двух своих опорках, похожих на слоновьи.

Так что, как бы я не старался познать мир во всем его великолепии, как бы не желал попутешествовать по экзотическим странам и поглазеть на девчонок в купальниках, ни мое здоровье, ни тем более кошелек, не позволяли мне совершить ничего подобного. А чем еще довольствоваться такому бедолаге, как я? Только попытками превратить свою унылую жизнь в маленький праздник за чужой счет. Так уж повелось, что я проживал чужие жизни на страницах своих любимых книг, любил красивых женщин на экране своего ноутбука, наслаждался обществом веселых подростков, с которыми познакомился через интернет и бесконечно долго смотрел в окно на бескровно-серый двор с поломанными качелями и облезлыми лавочками, на паркующиеся возле подъезда дорогие иномарки, на проходящих туда-сюда людей, одетых соответственно погоде или же наоборот раздетых согласно ей же, на соседний дом с рядами загорающихся к вечеру окон, похожих на желтые зубы бетонной акулы, выросшие в восемнадцать рядов и на клочок глубокого неба над домом, где каждый день на какое-то время появлялось солнце, потом пробегали облака или тучи, а потом загорались яркие блестки круглых и выпуклых звездочек, на которые я смотрел в надежде загадать желание, но ни одна из них так и не упала.

Так я проводил свои бессмысленные дни, стараясь не особо задумываться о сути своего существования, как такового, до тех пор, пока в один прекрасный день все не изменилось настолько кардинально, что я вообще поначалу сомневался, что это правда, а не проказы какого-нибудь не совсем порядочного волшебника.

Не имея возможности устроиться на нормальную работу и приобрести более или менее престижную профессию, я тем не менее, еще десять лет назад научился печатать на компьютере, при чем очень быстро и грамотно и тем самым обеспечил себе довольно сносное в отношении заработка будущее, получив должность внештатного наборщика и верстальщика в одном из больших издательств. Конечно, работа со сложными и не всегда внятно написанными текстами давалась мне с трудом, в том плане, что от нее у меня обычно повышалось давление, но оплачивался такой труд вполне прилично, на повышение давления я уже давно махнул рукой, а поэтому своим новым призванием был доволен, раз уж судьба не предоставила мне никаких более симпатичных возможностей.

Раз в неделю большая, пожилая тетка с бараньими завитками на голове по имени Адель Самуиловна, работавшая в издательстве (ха-ха!) курьером, посещала мои “шикарные апартаменты”, для того чтобы не без отвращения посидеть пять минут в моей комнатке, передать мне новую рукопись или забрать старую вместе с флешками, сообщить последние сплетни и умчаться восвояси, звеня своими грудями-пельменями по длинной лестнице, в надежде больше никогда не встречать такое жалкое подобие человека, которое по ее мнению всегда представлял собой бедный несчастный я.

Раз в неделю меня удостаивала своим визитом моя домработница Нина Михайловна – женщина во всех смыслах слова видная и аппетитная, на которую я несомненно бы повелся, окажись она хотя бы лет на тридцать помоложе. Нина Михайловна – доблестный пенсионер и ветеран труда еженедельно вывозила из моей квартиры тонны грязи и пыли, делала закупки съестного для моих холодильника и желудка, устраивала большую стирку и глажку и даже иногда делала вполне модельную стрижку на бурной растительности волосяной части моей головы, и все было бы ничего, если бы эта золотая женщина не была глухой, как пробка и немой, как табуретка, что делало общение с ней практически невозможным. А поэтому что называется “А поговорить?” мне было совершенно не с кем. Не говоря уже обо всем остальном.

Так бы я и мучился от бесконечного одиночества, кошмарных снов, плохого настроения и изнурительной работы, если бы не тот случай и не мой любимый гомеопат. После того, как однажды вечером, сильно переработав, я ощутил онемение во всем теле и сильнейшую головную боль, и догадался вызвать “скорую”, мне был поставлен диагноз “микроинсульт”, с которым я и провалялся в больнице два месяца. Консервативное лечение дало весьма скромные результаты и, хотя из состояния инсульта я вышел с минимальными потерями (ни речь, ни память, ни двигательные функции утрачены не были) чувствовал я себя все равно плохо и тогда кто-то из моих соседей по палате и порекомендовал мне хорошего гомеопата.

Брал дядька дорого, но мне, как инвалиду, сделал скидку и после своего посещения, и долгих, и нудных разговоров, выписал мне кучу всяческих чудных препаратов, среди которых был и “Лахезис”. Надо сказать, что к моему величайшему удивлению, эти маленькие сладенькие горошинки возымели свое действие и спустя две недели после начала приема, я почувствовал себя значительно лучше, давление немного понизилось, отеки стали спадать и мое лицо в зеркале стало приобретать нормальные черты и все меньше и меньше походить на задницу.

Воодушевленный такими результатами, я уже начал было подумывать о том, а не прекратить ли мне валять дурака и начать серьезно и целенаправленно выздоравливать? Но совершенно неожиданно мой организм дал очередной сбой в виде сильнейшего гипертонического криза, а милый и дорогой гомеопат сообщил мне не менее пренеприятнейшее известие, что если я хотя бы на день прекращу лечение этими чудными шариками, то моя болезнь вернется ко мне снова и ударит по затылку с удвоенной силой. Так я и подсел на этот чертов “Лахезис”, чтоб он провалился, как наркоман подсаживается на какие-нибудь синодействующие опиаты.

Единственное, что спасало меня во всей этой ситуации, это то, что гомеопатия, в массе своей, стоит недорого и мне не приходилось раскошеливаться и выкладывать баснословные суммы за крохотный пузырек с лекарством, а поэтому я мог продолжать горстями заглатывать сладкие горошинки, не боясь скорого разорения. Так уж повелось, что в гомеопатическую аптеку за моими лекарствами ходила доблестная Нина Михайловна, позвякивая медалью “Ветеран труда”, приколотой на шикарной груди, на любую одежду, в любую погоду. Процедура покупки гомеопатии была проста до идиотизма и отработана месяцами дрессировки, так что она оказалась весьма доступной даже для человека лишенного слуха и голоса.

С торжественным видом, Нина Михайловна подходила к окошку в рецептурном отделе, просовывала в него рецепт, утвердительно кивала независимо от заданного ей вопроса, потом платила деньги и забирала пакетик с пузырьками и коробочками. Все. Акт гражданского мужества можно было считать совершенным. И все бы было ничего и вполне возможно так бы и продолжалось еще бесчисленное количество времени, возможно даже до моего полнейшего выздоровления, если бы моя любимейшая домработница не слегла в самый разгар лета с подозрительным воспалением легких и элементарно не вышла на работу, как раз в тот день, когда на дне пузырька остались последние заветные восемь горошин.

Пообщавшись по телефону с дочерью Нины Михайловны, которая и сообщила мне о болезни своей матери, я заметно приуныл, понимая, что мне придется какое-то время жить не только без хорошей уборки, но и без продуктов, и моего любимого печенья с маком, и что самое страшное без спасительного и гадкого “Лахезиса”, при одном упоминании которого у меня перед глазами представала хитрая и злобная, неизменно зеленая змеиная морда с нахальным прищуром и зловредной усмешкой, плюющаяся своим ядом в большую эмалированную кастрюлю с надписью “Опасно для жизни!”

Однако все мои душевные терзания и муки протянулись не так уж долго, поскольку я, как человек наделенный по крайней мере какими-то зачатками интеллекта, быстро понял, как разрешить данную на первый взгляд безвыходную ситуацию и выйти из нее максимально красиво и изящно. Доставка! Любой современный человек прекрасно знает, что в наше время через интернет можно совершить любую покупку, не выходя из дома, и она будет незамедлительно тебе доставлена по указанному тобой адресу в лучшем виде, что меня несомненно радовало и утешало.