Виктория Стрельцова – Лекарь Его Высочества (страница 5)

Тем не менее, это не отменяло того факта, что рядом с ним я чувствовала себя уязвимой. Тревога не покидала ни на мгновение. В тесном коридоре она лишь усиливалась.

– Повторюсь, мисс Винлер, – нарушил он тишину своим гнусавым голосом, – времени у меня мало. Не заставляйте тратить его впустую. Хватит того, что я провозился почти целый день с вашей свиньей!

– С мистером Бриксом! – поправила я целителя, стараясь сдержать раздражение.

– Вы можете величать этот кусок старого мяса как угодно, мисс, – начал было он, но быстро умолк, почувствовав неладное.

– Мистер Брикс! – шикнула я, силясь вытащить из поросячьего рта широкий рукав темно-фиолетового балахона целителя. – Отпустите же!

– Вы еще с ним на «вы», – закатил глаза мистер Фаргхольм и резким движением одернул рукав. – Проклятье! – выругался он, когда понял, что клок ткани остался зажат в поросячьем рту, из которого донеслось радостное «хрю».

Бледное лицо целителя побагровело от злости. Даже кончики ушей стали пунцовыми от гнева.

– Простите его, мистер Фирхольд, – взмолилась я, прижимая довольного поросенка к груди. – Такого впредь не повторится!

Теперь кровью налились и белесые глаза целителя, превратившись в два раскаленных уголька.

– Фаргхольм, – процедил он сквозь зубы по слогам, словно выплевывая яд. – Меня зовут Генри Фаргхольм!

– Прошу прощения, – совершенно искренне произнесла я. – Здесь для меня все в новинку.

– Еще бы, – буркнул себе под нос разгневанный целитель. – Все дело в том, мисс Винлер, что таким, как вы, не место в королевском дворце. Вашего хряка это тоже касается, – добавил он и зашагал вверх по узким ступеням.

Глава 7

– Ох, дитя, – причитаниями встретила меня в покоях рыжеволосая дама, – это никуда не годится! Вы же понимаете, что мне за вами не угнаться! А этот наряд… – Она трагически покачала головой, обхватив ее пухлыми руками. – Нельзя покидать покои в чем мать родила! – Тон стал нравоучительным. – Надеюсь, Его Высочество принц не станет свидетелем этого позора!

Рассказывать принцу о том, что босая прогуливалась по дворцу я, конечно же, не собиралась. В мои планы это точно не входило.

– Я была одета, – поспешила напомнить я, пока меня не обвинили в том, что я разгуливала совершенно нагая. С них станется.

– Мирта, – бросила через плечо женщина, – помоги юной мисс облечься в подобающее платье, пока она в таком виде не вышла в сад.

– Да, миссис Люпин, – незамедлительно отозвался тоненький голосок.

Я невольно закатила глаза, усадив мистера Брикса на край кровати. Она была минимум в три раза шире той, на которой я спала последние три месяца, что жила в деревне. Впрочем, и та, на которой я спала во время обучения лекарскому делу в академии, тоже ей определенно уступала.

Совсем юная, темноволосая девчушка в строгом сером платье с белым воротничком вынесла из-за ширмы, что хлипкой перегородкой укрывала от любопытных взоров небольшую часть комнаты, платье. От тех нарядов, что носила я, оно кардинально отличалось. Нет, наряд не был вычурным или аляпистым, но, тем не менее, выглядел дорого. Небесно-голубой атлас струился водопадом до самого пола, талию сковывал темно-синий корсет на шнуровке, а длинные рукава фонарики прятали под добротной тканью царапину на левой руке, которую кто-то уже успел перевязать и, судя по запаху, сдобрить мазью с терпким ароматом трав. Наверное, обо мне позаботились, пока я была без чувств.

– Меня зовут Жозефина Люпин, – наконец представилась рыжеволосая дама, затягивая шнуровку на моем корсете. Мирта в это время пыталась уложить мои светлые волосы в простую незамысловатую прическу. – Я бывшая камеристка Ее Величества королевы Анны, супруги Его Величества короля Франциска III – истинного и единственного владыки Светлых земель Раагоса.

– Раагоса? – переспросила я. – Как далеко мы находимся от провинции Шато? – поинтересовалась, морщась от боли. Мирта трудилась с таким усердием, что я опасалась остаться без волос.

Миссис Люпин задумалась.

– Признаться честно, дитя, – она закусила пухлую губу, – я никогда не слышала о провинции Шато. Хотя, – ее палец взметнулся к потолку, – мои познания в области географии поистине необъятны. Одно время я даже обучала этой науке Ее Высочество Эйлис – старшую дочь королевы Анны.

Я же в свою очередь впервые слышала о Светлых землях Раагоса, короле Франциске III и его супруге Анне. Я определенно находилась далеко от дома.

– Зачем я здесь? – задала вопрос, который весь день не давал мне покоя. – Почему меня поселили в таких роскошных покоях и наряжают, словно куклу? Я ведь не принцесса. В моих венах обычная кровь. Потомкам королей такую и пролить не жалко. – Я умолкла, опасаясь, что сказала лишнее.

Вопреки моим опасениям, миссис Люпин даже бровью не повела. Лишь туже затянула корсет, сминая ребра, заставив меня ойкнуть от неожиданности.

– Ты получишь ответы на свои вопросы, – задумчиво произнесла Жозефина, любуясь проделанной работой. – Но не сегодня. Полагаю, уже завтра мистер Фаргхольм введет тебя в курс дела. А пока, дитя, – она ласково коснулась ладонью моей щеки, – отдыхай. Потрудиться ты еще успеешь.

Мое лицо помрачнело, словно небо перед грозой. Целитель – тот человек, с кем мне меньше всего хотелось общаться.

– Я могу поговорить с виконтом? – спросила я, когда Мирта уложила последнюю прядь.

Рыжие брови миссис Люпин сомкнулись на переносице.

– В этом нет надобности, – строго заявила она. – Его милость Рауль де Морье еще слишком слаб. Рана заживает медленно. Мистер Фаргхольм сказал, что поврежденно одно легкое. Если бы не вы, дитя, – ее взгляд скользнул по моему лицу, – виконт был бы мертв. И знаете, – чуть тише добавила она, будто делясь со мной сокровенной тайной, – в иных обстоятельствах я бы этому возрадовалась.

Интересно, за что Жозефина Люпин так ненавидела Рауля, что желала ему смерти?

– И не смотрите так на меня, дитя, – взмолилась она, подбирая юбки, словно готовясь к бегству. – Я уже кое-что понимаю в этой жизни. Понимаю человеческую суть, вижу нутро, сокрытое премилыми улыбками и отточенными до превосходства манерами. Меня не обмануть льстивыми речами и не купить звоном золотых монет. Я еще помню, что такое честь. Не понаслышке знаю, что такое верность королю.

Сказав это, миссис Люпин спешно покинула покои, оставив меня одну. Как вышла Мирта, я даже не заметила.

Дожидаясь, когда принесут ужин, я подошла к распахнутому настежь окну. Тонкие газовые занавески ласково коснулись моей кожи. Каково же было мое удивление, когда за окном обнаружился небольшой каменный выступ, обнесенный высокими резными перилами.

– Балкон! – обрадовалась я, и, недолго думая, перешагнула через оконную раму.

Передо мной раскинулась долина, окруженная хребтами высоких гор со снежными шапками на вершинах. У их подножия клубился густой туман. Ни единого деревца или кустарника, лишь изумрудная трава, ковром укрывшая землю.

Я стояла под крышей самой высокой башни. В обе стороны от нее убегали стены из белого камня с выступами, просторными балконами и балюстрадами. В лучах заходящего вечернего солнца дворец отливал золотом, сверкал, демонстрируя свою красоту и величие. И я искренне восхищалась им. Как и восхищалась умением орудовать мечом того гвардейца, что сопроводил меня до кухни. Внизу, за розовой изгородью, на тренировочной площадке, у стен зеленого лабиринта, он, в мокрой от пота рубахе, с остервенением обрушивал удар за ударом на деревянный манекен, превращая его в мелкие щепки.

Когда истерзанный точными ударами деревянный противник готов был молить о пощаде, мужчина замер. Даже с этой головокружительной высоты я видела, как напряжено его тело. Крепкие мышцы натянуты словно струны. Они подрагивают под распахнутой рубахой после тренировки.

Перехватив рукоятку меча поудобнее, мужчина запрокинул голову и зажмурился от солнца. Я отступила к окну, прячась в тени стены. Он постоял так долгих пару минут, а после, сунув меч в ножны, устремился прочь с площадки.

Глава 8

Ночь терзала кошмарами, словно стая бешеных псов. Нечто большое, темное, страшное гналось за мной по пятам, заставляя бежать так быстро, что дыхание перехватывало. Сердце бешено колотилось в груди, словно птица, рвущаяся на свободу из клетки. Ледяной ветер безжалостно хлестал по лицу, а корни деревьев обвивали тонкие щиколотки, словно змеи, стремясь низвергнуть в бездну. Как не старалась, рассмотреть преследователя я не могла. Его окутывала зловещая туманная дымка…

Пробуждение пришло с первыми лучами ленивого солнца, робко окрашивающими небо в нежный румянец зари. Я откинула в сторону тяжелое, влажное одеяло и опустила ноги на холодный мраморный пол. Мистер Брикс мирно посапывал на другом конце кровати, уткнувшись пятачком в одеяло. В эту минуту выглядел он довольно милым, если не вспоминать о тех угрозах, на которые он не скупился, будучи человеком.

Я, зевая, подошла к окну и распахнула настежь тяжелые створки. Свежая утренняя прохлада ворвалась в комнату, прогнав остатки сна. Отодвинув в сторону легкие занавески, я вышла на балкон.

Наверное, мне не стоило этого делать будучи в одной сорочке. Но кто станет рассматривать стены самой высокой башни в столь ранний час? Дворец еще спит, окутанный негой сладкой дремы, так что я зря тревожусь.