Виктория Повольнова – Ирма (страница 9)

– Я знаю, ты к этому скептически относишься. Но ты уже здесь, так почему бы не рискнуть? Не стоять же истуканом, пока Паша здесь кружит.

– А вы сами? Вы сами здесь хоть что-то когда-то чувствовали?

Куратор ненадолго задумалась.

– Было такое ощущение, что пару раз я ловила здесь ниточки, но они достаточно быстро от меня ускользали.

– Не считаете это странным? Ведь Ирма была сильным экстрасенсом. Что такое лет сто для энергии такого масштаба?

– Знаю, к чему ты ведёшь, но это точно, то место, на котором стоял её дом. Попробуй. Я слабый медиум. Не то, что ты.

Зоя Леонидовна скрылась за кустами, притом внимательно осматривая их ветви, словно ища что-то. Хоть всё внутри меня и протестовало, я всё же решила попробовать. В успех я, конечно, не верила, но тупо стоять и ждать Пашу мне тоже не хотелось.

Я прикрыла глаза и постаралась расслабиться. Воздух был чистым и лёгким. Даже дышать им было приятно. Я очень сильно постаралась вызвать в памяти образ Ирмы, который я запомнила ещё по учебникам знахарства и лекартсва́, но ничего не отозвалось. Я сделала это ещё раз. И ещё. Без результата.

После бесчисленных попыток, оставив это пустое занятие, я открыла глаза. И очень сильно удивилась. На какой-то миг мне показалось, что под берёзами-ориентирами стоит деревянный стол с лавками, но стоило мне моргнуть, как видение исчезло.

Мне снова сделалось жутко, как вчера в бане.

Зои Леонидовны нигде поблизости не было, а Паша, как вкопанная стояла у самого входа в лес. Она даже не отреагировала, когда я её позвала.

Я быстрым шагом направилась к ней. Не нравилось мне всё это.

Дотронувшись до её плеча, я вывела свою напарницу из транса.

– Ты чего? Что ты там увидела?

– Где? – Паша непонимающе захлопала глазами.

– В лесу. Ты смотрела туда и даже не откликалась, когда я тебя звала. Что там?

– Ничего. Просто иногда я слишком сосредотачиваюсь на поиске и не замечаю ничего вокруг.

– Как ваши дела? – вопрос Зои Леонидовны заставил нас обеих подпрыгнуть на месте.

В руках у нашего куратора было несколько веточек с ещё зелёными листьями, которые она, судя по всему, обломала с кустов.

– Я не призрак Ирмы, – пыталась пошутить она. Видимо, наши с Пашей выражения лиц были очень красноречивы, поэтому улыбка быстро сползла с лица нашего куратора.

Домой мы добирались почти в полной тишине. Зоя Леонидовна всё пыталась начать разговор, но ни я, ни Паша её в этом начинании не поддерживали. На расспросы куратора она так же, как и я отвечала, что ничего не почувствовала.

Похоже, настало время поторопить дедушку.

Едва мы приехали домой, как я поспешила на задний двор. Удобно усевшись на ступеньках, я начала свои попытки дозваниваться в Таиланд. Как и всегда, дедушка поднял трубку только с третьего звонка и то под самый конец. Его загорелая голова, на которой были тёмно-синие солнечные очки и соломенная шляпа, оказалась у меня во весь экран. Он всегда держал телефон близко к лицу. Любитель полюбоваться собой во время разговора.

– Ну, как ты там? Держишься?

– Еле. А нельзя ли процесс как-то ускорить?

– Я бы и рад, но до моего возвращения я бессилен.

– До твоего возвращения ещё три недели, – заныла я.

– Уже меньше. Мируш, ты пойми, был бы это кто другой, я бы по телефону это всё в две секунды разрулил. Но это Моргенштерн, а это значит, что мне лично надо к нему притащиться. На расстоянии всё равно, что я там ему скажу, чем угрожать буду. Займи себя пока чем-нибудь. – Дедушка ненадолго задумался, а затем выдал «гениальное»: – Во! Ирму пока можешь поискать. Ну, или что там от неё осталось.

– Очень остроумно.

– Я пока бессилен, а тебе всё равно заняться нечем. А в целом как дела обстоят? Как тебе сельская жизнь?

Я подняла глаза и увидела баню. Надо рассказать дедушке о вчерашнем. Он уж точно знает, что мне вчера померещилось.

– Дороги кошмар. А в целом ничего. Кормят вкусно.

– Это хорошо. – Дедушка повернулся куда-то в сторону, видимо, его кто-то позвал. – Ладно, я побегу. Звони, пиши, если что.

И отключился.

Я долго смотрела на тёмный экран телефона. И почему я не сказала ему о вчерашнем? Зачем соврала?

Кстати, о вчерашнем… Не могу сказать, что баня меня так и манила к себе, но тем не менее я пошла к ней.

Она оказалась заперта. Единственное окно было занавешено плотной занавеской, из-за которой ничего не видно ни снаружи, ни внутри.

– Думаешь, призрак всё ещё там?

Да что ж меня все сегодня пугают?

Соседский мальчишка, что вчера почти перелез через забор и болтал про призраков, стоял, вальяжно прислонившись к этому самому забору. Вид у него был как у киношного ловеласа. Из очень плохого кино. Вряд ли ему было больше пятнадцати лет. Лицо всё испещрено либо прыщами, либо их следами. Светлые густые волосы торчали в разные стороны, а водянистые голубые глаза терялись даже на фоне его бледной кожи.

– А ты так уверен, что это был именно призрак?

– Ещё бы, – фыркнул он. Парень осмотрелся по сторонам, а после, почти наполовину свесившись с забора, подозвал меня к себе: – Из старой усадьбы и не такое приходит. Хорошие духи́, – улыбнулся он мне кривой улыбкой.

Я даже отшатнулась. Но не слишком далеко, любопытство брало вверх.

– Что за усадьба?

– Стоит от нас в километрах пятнадцати. Старая, заброшенная. До СССР принадлежала какому-то помещику. А потом помещика раскулачили, да убили. С тех пор и пустует. Там, говорят, сатанисты обряды свои периодически проводят. Дьяволу поклоняются, – с видом знатока закончил он.

– И что делают? – с усмешкой спросила я.

Сосед снова закрутил головой, осматриваясь, а после, понизив голос до шёпота, сказал:

– В 50-х годах, говорят, там нашли четырёх убитых беременных девушек. Кто они, откуда они, вроде как, до сих пор никто не знает. Но факт остаётся фактом, всех четверых убили.

– А детей из животов не вырезали?

– Нет.

– Тогда это не сатанисты.

– А ты откуда знаешь? А понял, понял. Ты такая же, как Зоя Леонидовна.

Парень резко замолчал, прислушиваясь. А потом так же неожиданно отскочил от забора и уже на ходу бросил мне:

– Потом договорим.

После чего юркнул за сарай на своём участке.

Я вернулась в дом. Паша сидела за столом над картой и с брошью в руках. Зоя Леонидовна готовила салат из огурцов и помидоров. Запах свежей зелени разлетелся повсюду. Есть захотелось жутко.

– Вам помочь? – спросила я.

– Да, помой укроп с петрушкой.

Я послушно принялась за работу. А сама всё это время обдумывала, как бы к куратору с этой усадьбой подойти. Почему-то я была уверена, что Зоя Леонидовна явно в восторге не останется.

Решила не юлить и говорить напрямую.

– Зоя Леонидовна, а про какую усадьбу говорил соседский мальчишка вчера?

Она аж перестала резать. Выпрямилась. Вся напряглась, будто команду услышала.

– Даже и не думай, – повернулась куратор ко мне.

Краем глаза я заметила, как Паша оживилась.

– А что я такого спросила?