Виктория Павлова – Рожденные водой (страница 27)

Дэш попятился. Стоит ли устраивать забег до машины в попытке сбежать? Все явно пошло не по плану, но в тюрьму он не собирался. Вспыхнувшие в голове картинки побега вызвали очередной приступ смеха.

— Надеюсь, у вас толстая чековая книжка! Я выпишу вам еще один штраф! — Шериф резко рванула к причалу и скрылась за углом.

Дэш удивился и быстренько пошел следом. За труп у дома нынче можно отделаться штрафом? Когда Дэш нагнал шерифа, застывшую на верхней ступеньке лестницы, то удивился еще сильнее. На причале валялось дерево: длинная раскидистая ива. Она вытянулась вдоль, загородив изумрудной листвой весь деревянный настил, верхушка кроны свешивалась вниз, и листики тихонько колыхались на воде. Неаккуратный пенек торчал метрах в двадцати по левую руку.

— Невероятно! — возмутилась шериф.

Дэш мысленно с ней согласился. Лишь большой опыт в притворстве помог ему не выдать своей реакции.

Интересно, где труп? Неужели под ивой? Он попытался что-то рассмотреть сквозь листву, но она была слишком густая. Что ж, если бы Дэш сам выбирал дерево, способное закрыть кровавые пятна на светлой древесине, то несомненно выбрал бы что-то похожее на эту иву. Если, конечно, допустить, что перед ним вообще встала такая задача. Итак, нам нужно спрятать труп и следы крови. Как бы поступить? О, мы срубим дерево и бросим сверху. Это скроет все следы.

Вот же идиотизм! Дэш не смог удержаться и зашелся в приступе смеха. Шериф буквально прожигала его возмущенным взглядом, но остановиться он не мог. Веселящий газ поднимался изнутри, вызывал щекотку и легкое чувство эйфории.

— Я проверю, не числилось ли оно в реестре охраняемых, — отчеканила шериф. — А за досками для ремонта дома вам лучше съездить в магазин, мистер Холландер.

— Моя вина, шеф. — Дэш кивнул, стараясь сдержать новую порцию смеха. — Перестарался, согласен.

— И это вас радует? — спокойно переспросила шериф. — Или я неправильно поняла?

— Нет, вовсе нет, прошу прощения. Не знаю, что на меня нашло с этим деревом…

Дэш смутился под ее пристальным взглядом. Ему и самому было интересно, что на него нашло: тварь из воды повлияла или он сам?

Шериф прищурилась и медленно произнесла:

— Похоже, вы взвалили на себя слишком много, мистер Холландер. И теперь терпите неудачу за неудачей. Я бы хотела вам помочь.

— Я уберу дерево…

— Я не об этом, — отрезала она. — Пока я не сообщала об убитом животном, ведь труп так и не обнаружили, и о срубленном дереве умолчу. Теперь вы живете в Сейнт Игнас, значит, один из нас, а соседи должны помогать друг другу. Вы явно столкнулись с проблемой прямо рядом с вашим домом, и эта проблема заставляет вас совершать поступки, которые вы не хотите совершать. И даже ваше легкомыслие — результат ваших ошибок. Я права? — Она помолчала, словно давая возможность словам наполниться смыслом. — Я готова вам помочь. Стоит лишь попросить. Что думаете?

Шериф улыбнулась, растянув узкие губы, ее скулы чуть приподнялись, сужая глаза и придавая ей сходство с азиаткой — бледнокожей блондинкой-азиаткой с масляным голосом. Она ждала ответа, а на дне ее глаз светилось предвкушение, словно она надеялась и даже рассчитывала на признание. В чем? Что его преследуют мифические существа?

У Дэша родилось предположение, что ей известно о настоящей судьбе девочки Ривердейл, как и кое-кому еще из Сейнт Игнаса и, возможно, клетка в сарае Беки Селзник ждет именно ее.

— И мы говорим сейчас о ремонте дома? — произнес Дэш, пытаясь копировать ее холодный отстраненный тон, которым она пользовалась пять минут назад, пока не сменила на любезно-заботливый.

Шериф помолчала, окидывая его чуть разочарованным взглядом, сняла с лица улыбку и рассеянно ответила:

— Как скажете. Но мне будет искренне жаль, если с вами что-то случится. — И добавила: — Кстати, выстрелы, которые вы слышали, произошли не вчера, а позавчера. Это местные, братья Памми, решили поохотиться на ночь глядя, забрели на вашу территорию. Они уже признались и заплатили штраф за охоту после заката.

Значит, вместо истинных виновников в стрельбе признались двое местных представителей мужского пола? Дэш хмыкнул и с интересом переспросил:

— А что со мной, по-вашему, может случиться?

— Иногда рядом с озером происходят необъяснимые события, а вы все-таки живете на берегу…

— Вы же сами сказали, что сплетни вокруг дома Ривердейлов ерунда. Мне есть о чем волноваться?

Шериф выдохнула, искривила губы и приняла скучающий вид. Она явно начала раздражаться из-за того, что собеседник не подхватил ее правила игры. Эмоции схлынули с нее, она застыла в бесстрастности и холодности, ни дать ни взять — Снежная королева.

— Если вам понадобится помощь, вы знаете, где меня найти, ближайший таксофон в трех километрах на развилке. Всего доброго, мистер Холландер.

Дэш твердо решил, что никогда не станет просить помощи у этой женщины, даже если будет висеть на мизинце над пропастью. Уж лучше разбиться об острые камни, чем быть ей чем-то обязанным.

Шериф ушла, а Дэш остался на причале, разглядывая иву. Что ж, понятно, откуда мозоли. Похоже, пилил обычной пилой, потому что электропилы у него не было. Как он вообще сделал это в таком состоянии? И, похоже, потеряны целые сутки — весь вчерашний день стерся из памяти. Что еще он натворил за это время? У входа грязная лопата. Вероятно, закопал труп, но при попытках вспомнить память не отзывалась. Почему на него не подействовал «шепот», когда он услышал его в первый раз на этом самом причале? Должен действовать, он точно знал, что действует, потому что один раз он пережил его влияние: больница, несколько месяцев реабилитации. Хорошо, жив остался.

Машина шерифа завелась и уехала, а Дэш сел там, где стоял, потому что на него снова накатила слабость. Адреналин из-за визита шерифа сгорел, силы закончились. Видимо, крови он потерял достаточно, но это казалось сущей ерундой из-за того, что перед глазами теперь то и дело вставало испуганное девичье лицо и крик: «Прекрати! Больно! Больно!» Он что-то сделал, а она защищалась. Наверное, поэтому вчерашний день стерся из памяти: ему явно досталось ее гипноза.

Непривычно яркая вода переливалась несколькими оттенками от светло-зеленого там, где в ней купались листья ивы, до темно-синей глубины в отдалении. Лес на том берегу пестрел оттенками красного, оранжевого и охры, контрастируя с серо-голубым небом. Пахло смолой и хвоей.

— Я просила не трогать дерево, — раздался за спиной звонкий возмущенный голос. — Но ты настаивал, и смотри, что вышло. Это тоже привлекает внимание.

Пульс застучал в висках, и сбилось дыхание. Но не от страха. Дэш осознал, что до безумия хочет понять, что случилось, и это заглушает первое желание уничтожить тварь из воды. На мгновение он снова ощутил себя в том самом сне, и сон обещал ответы на все вопросы. Еще немного и станет ясно что-то важное…

— Смешно вышло, — заявил голос совсем рядом.

Рядом с ним плюхнулась девчонка лет семнадцати-восемнадцати со светлыми, медового оттенка волосами до лопаток, одетая в синюю футболку, которая доходила ей до середины бедра. Вот же она! Младшая девочка Ривердейлов, выросшая и превратившаяся в одно из самых опасных существ на планете.

Пахнуло горько-пряными травами и солнцем. Девчонка поболтала босыми ногами над колышущейся ивой и повернулась к Дэшу: четкие скулы и тонкий нос, высокий лоб, изогнутые в легкой усмешке пухлые губы, насмешливый взгляд пронзительно-серых глаз. Одна прядь лежала на плече, переплетаясь с логотипом спортивной фирмы. Футболку подарила ему мать. В ней девчонка выглядела не так пугающе, как в первую встречу в окружении танцующего света. Было в ней что-то дикое, словно в необъезженном мустанге, и в то же время что-то до боли знакомое. Возможно, так казалось из-за футболки, а может из-за того, как она на него смотрела — как на приятеля, с которым уже можно не стесняться.

Дэш удивился, что все еще жив. Ей что-то от него нужно. Может, он уже загипнотизирован и не узнает, пока не сработает триггер. Может, уже что-то сделал.

В голове возникла фраза, которую нужно произнести, чтобы обездвижить жертву. Всего несколько слов, подаренных кланам Охотниц ведьмами пятьсот лет назад. Слова обездвиживали тварей мгновенно, в отличие от гипноза, который они применяли на мужчинах. Гипноз срабатывал не сразу, даже если она начнет говорить, Дэш успеет первым. Он открыл рот… и закрыл.

Девчонка едва заметно усмехнулась, будто проследила за ходом его мыслей, откинулась назад, и волосы взметнулись за ее движением. Сухие, зачем-то отметил он. Значит, уже давно околачивается на суше, успели высохнуть.

— Почему на тебе моя футболка? — Он тут же прикусил язык. Из всех важных вопросов он задал ей самый бестолковый.

Она захохотала, беззаветно отдаваясь процессу: задрала подбородок, закрыла глаза и смеялась так, будто услышала самую лучшую шутку в мире. Смех ей шел — он задорно морщил нос, подчеркивал ямочки на щеках и заливал лицо легким румянцем.

— Мужчины такие смешные. Почему вы так озадачены одеждой? Вы либо хотите раздеть, либо одеть. Ты из последних, — она прыснула и опять поболтала ногами, — не любишь разговаривать с голыми людьми. Даже смотреть на меня не хотел. Неужели я такая уродливая? — Она удивленно скривилась, окидывая взглядом свое тело, но тут же снова захихикала. — А по мне, так без одежды удобнее. Она мешает, рвется и пачкается, от нее одни хлопоты. А если мокрая, то противно липнет к телу.