Виктория Осма – Огонь и сталь. Том 3 (страница 4)

– Что-то имеешь против, ДжоДжо? – выгнул бровь Тьма, осуждающе осмотрев его с ног до головы и брезгливо поправив ему лацкан камзола.

– Нет, просто… – начал он, но осекся, стоило Ноксу улыбнуться.

– Такой порядочный моряк, а как только в порту сходит, сразу за неприличными девицами бегает.

Лицо Джозефа залилось краской, ноздри раздувались, и он агрессивно сжимал кулаки. Обернулся к Норду и сквозь сжатые зубы прорычал:

– Это кто и почему он все время с нами?!

Тот вздохнул, качая головой:

– Мы либо вместе, либо никак. Приношу за него извинения, нужно было заранее предупредить – он не фильтрует речь.

– Откуда ему про меня что-то знать?!

– Он у нас особенный! – Эйден спрыгнул с импровизированной сцены, закинул руку на плечо Тьме, надел на него смешную шляпу. – Контуженный!

Нокс злобно глянул на него из-под головного убора, и Эйден понял – пора бежать. Феникс со смешком распустил крылья и полетел прочь, Тьма, желая надавать пинков, за ним. Они стали носиться между мачтами, поднимая крыльями ветер, и прячась в парусах.

Норд проследил за глупыми догонялками, надеясь, что пернатая двоица не повредит корабль, потом перевел взгляд на Джозефа. Он стоял все еще красный от возмущения и неловкости. Видимо, мужчина не совсем понимал, кто это, иначе бы не повышал голос на Тьму.

– Он меня даже ДжоДжо называет, это детское нелепое прозвище. Сначала подумал, что просто совпадение, но этот тип как будто специально издевается, зная обо мне всякие вещи. Еще так ухмыляется при этом. Хочется врезать по зубам.

Норд взволнованно посмотрел на него и нервно улыбнулся.

– Вот этого… делать не нужно. Постарайтесь его не замечать. Это трудно, я знаю, но так… безопаснее.

Джозеф потер переносицу, махнул рукой, дал несколько приказов матросам и хлопнул дверью каюты.

«Это плавание будет долгим…» – вздохнул Норд.

К вечеру, как и ожидалось, ничего не изменилось. Эйден развлекался с матросами, отвлекая их от работы, чем сердил Джозефа, а Нокс напрягал его своим присутствием и колючим внимательным взглядом.

Норд покачивался в гамаке в выделенной каюте и, чтобы чем-то занять себя, читал Морской атлас.

– Очень прошу вас, генерал, – к нему ворвался взъерошенный Джозеф. – Сделайте с ними что-нибудь, приструните как-то, что ли. На корабле никогда не было подобного хаоса: некоторые веселятся и болтают с фениксом, а некоторые ударились в слезы, стоило второму что-то шепнуть на ухо. Никто не в состоянии работать, я боюсь представить, насколько мы отклонились от курса.

Он устало облокотился о косяк и умоляюще уставился на генерала. Норд беззвучно посмеялся, прикрываясь атласом.

– Они же мне не дети, чтобы я их приструнял.

– Послушают они только вас.

– Я им не указ.

– И тем не менее оба ходят под вашей палкой.

– Громко сказано, – снова посмеялся Норд, но все же поднялся на помощь.

Норд нашел Эйдена среди моряков, обступивших его кольцом, они с открытыми ртами восхищались магией феникса, а тот был только рад лишний раз покрасоваться. Мужчины расступились, когда Норд подошел к нему, искры, которыми он веселил окружающих, потухли.

– С вашего позволения, я украду у вас феникса, – сказал Норд, и матросы издали недовольный стон. Норд повел Эйдена к носу корабля. – Чудный закат, не правда ли?

– Ага.

Солнце медленно тонуло. Его диск, еще недавно яркий и ослепительный, теперь приобрел глубокий, почти медный оттенок, окрашивая небо в богатую палитру: от алого и пурпурного до нежного золотистого и фиолетового. Лучи растекались по водной глади, создавая мерцающую дорожку, будто кто-то разлил расплавленное золото.

Океан в этот момент замер, волны стали мягкими, ленивыми, словно тоже наблюдали за последними мгновениями света. Граница между небом и водой постепенно стерлась, и вот солнце уже почти исчезло за горизонтом, оставляя после себя долгий, тлеющий шлейф – прощание с днем и обещание нового рассвета.

– Не хочешь слетать к нему? – спросил Норд, кивая на солнце.

Долго уговаривать его не пришлось. Показались крылья, он шагнул за борт, понесся вдаль с веселым визгом.

Норд удовлетворенно кивнул, осталось разобраться с Ноксом. Тот как раз с коварной ухмылкой, наклонившись, что-то шептал юному матросу, паренек едва держался, чтобы не удариться в истерику.

«Эй!» – мысленно окликнул его Норд и грозно нахмурился. – «Хватит приставать к людям!»

Тьма закатил глаза и взлетел на самую высокую мачту, удобнее устраиваясь на рее. Паренек растерянно проследил за ним и судорожно выдохнул.

– Что бы он вам ни сказал, возьмите себя в руки, – тихо произнес Норд пареньку.

– И бегом за свои обязанности! – грозно добавил Джозеф. На корабль вернулись покой и порядок. – Спасибо, генерал.

– Боюсь, это затишье ненадолго.

Норд задрал голову на мачты, где сидел Тьма. Наверняка оттуда открывался прекрасный вид на залитый солнцем океан и поднимающего волны феникса. Он поднялся по вантам и переглянулся с Ноксом, вместе они обратили взор на бескрайнюю синеву.

– Красиво, да? Будто только вчера бродили с тобой по его дну, – сказал Норд, чувствуя, как постепенно соскальзывает нога, и крепче схватился за ванты.

Но через непродолжительное время руки вспотели, высота вскружила голову, и он чуть не съехал вниз. Тело зависло в воздухе, пауза между вздохом и криком. Нокс будто предвидел это и вовремя подхватил за локоть. Ноги беспомощно болтались над палубой, ванты раскачивались, поскрипывали. Сначала – страх, потом – удивление. Наконец, благодарность, глубокая, как океан вокруг. Оба непонимающе уставились друг на друга.

«Почему мне не все равно, что он свалится с высоты?» – Тьма посадил его рядом. – «Тц, добрею. Отвратно».

– Ты что тут делаешь? Высоко же.

– Не так высоко, как могло бы быть, – хмыкнул Норд, представив, обрыв скалы.

Веселое «юху» порхающего вдалеке феникса доносилось аж до корабля.

«Эх, опять черти портят всю картину…» – пронеслось в голове у Норда, и Нокс сразу же повернулся к нему с широкой улыбкой.

– Да-да, ты был прав, – пришлось признать Норду. – Вот только зачем ему Шантара?

– Она приманка, чтобы выманить нас, но пока не знаю зачем.

– Надеюсь, она еще жива. Не хочу найти ее труп.

– Труп найти тоже неплохо.

Норд свел брови, и Нокс, откашлявшись, пояснил:

– Лучше уж смерть, чем телом завладеет черная тварь.

К ним присоединился Эйден, плюхнувшись возле задумавшегося Норда.

– Без меня стало как-то уныло, – протянул он, смотря на матросов внизу.

– Хватит развлекать людишек. Ты похож на шута, – пробубнил Тьма.

– Что вякнул? – Эйден перегнулся через Норда, чтобы заглянуть тому в лицо, а также показать свои красные глаза.

– Что слышал, – напыщенно откликнулся тот.

– Ах ты…

Норда обдало жаром от вспыхивающего гневом феникса. Он похлопал того по спине и указал на небо.

– Смотрите-ка, ваши созвездия.

Стемнело, и стало видно множество звезд. Тьма и Свет отвлеклись на них, а Норд выдохнул, наслаждаясь тишиной и радуясь, что ночь безоблачна.

Они считали сияющие точки, он клевал носом, теряя равновесие и соскальзывая с реи. Но кто-то постоянно усаживал его обратно и поддерживал сзади крыльями. Сквозь дремоту Норд слышал размеренный поочередный счет.

– Шесть миллионов пятьсот пятьдесят четыре тысячи триста двадцать один.

– Шесть миллионов пятьсот пятьдесят четыре тысячи триста двадцать два.

– Генерал! – с палубы донесся громкий голос, испортивший тихий уютный момент. Норд резко разлепил глаза, поднял голову с чьего-то крыла, сонно глянул вниз.