Но новые лица, мимо которых она проходила, ничем не отличались от нее самой. В этом было что-то странное и успокаивающее одновременно: цвет кожи, глаз и волос, черты, манера двигаться – все будто растворялось в толпе, как если бы она всегда жила здесь. Брук могла затеряться среди этого народа, и никто бы не заподозрил, что ее дом за тысячи километров отсюда.
Но исчезнуть из виду им не давал Хью, шагающий рядом. Серебристая шерсть блестела на едва пробивающемся солнце, его плечо доходило до пояса девушки, а желтые глаза вглядывались в мир с тихой настороженностью. Люди замолкали на полуслове, боясь сделать резкое движение.
– Маркус! В городе дикий зверь! – завизжал кто-то, и взволнованная Брук почесала нахохлившегося зверя за ухом. Они оба нервничали.
Маркус, думая, что в Блейд прокрался черт, опасно вытащил из ножен меч и, размахивая им, побежал на крик. За ним поспешил Освальд, он поднял пламя в факелах, а руки утонули в больших огненных шарах. Но увидев девушку, немного успокоились.
– Здесь так встречают гостей? – попыталась невозмутимо улыбнуться Брук. – Не бойтесь, волк никого не тронет.
Она показалась им смутно знакомой, и мужчины адресовали друг другу задумчивые взгляды.
– Это она. Девушка со снежного Вандреса. Очень похожа, по крайней мере, – шепнул Маркус Освальду. – Я забыл, как зовут.
Освальд тихо рассмеялся, за что получил рукоятью в бок.
– Вы Леди зимы, верно? – подошел к ней советник.
– Да, зовите меня просто Брук.
– О, вот теперь вспомнил, – кивнул Маркус, убирая оружие и рекомендуя толпе расходиться по делам.
– Я к генералу. Где он? Я могу с ним поговорить?
– Так нет его. Ни генерала, ни короля.
– Они уплыли на очередную миссию, черт их дери.
– Уплыли… – сердце застучало быстрее. Неужели они уже на пути к тем координатам? Она опоздала? Что теперь будет с Райаном? И с Нордом, если она не успеет ничего предпринять?
Заметив перемену настроения, Маркус заглянул ей в печальные глаза:
– Что такое?
Он чем-то напоминал Мосса, и Брук удержала себя, чтобы не обнять его, как дедушку. Не в силах больше молчать, она рассказала все как есть. Мужчины переменились в лице.
Маркус окаменел, только скулы ходили под кожей, точно сдерживал крик или ругательство. Глаза наполнились ядовитым холодом – тем самым, от которого в тавернах предпочитали не спорить с ним. Он дышал глубоко и ровно, но это было далеко не спокойствие. Освальд чуть побледнел, губы сжались в тонкую линию. Опустил взгляд, но только чтобы скрыть бурю: в груди, казалось, вспыхнул костер из гнева и страха вперемешку. Оба чувствовали одно и то же: стягивающую горло тревогу и ярость, которая часто значила лишь одно – скоро прольется кровь.
– Твою мать. Я так и знал. Обязательно должно было что-то произойти. Задницей чувствовал.
– Что особенного в его мече? – Брук никак не понимала, зачем существу сталь.
– В одной из битв меч Норда впитал в себя одновременно силы Тьмы и Света, стал новым неизученным оружием. Видимо, черная тварь знает, на что оно способно.
«Вот оно что», – умолкла Брук.
Все слова уже были сказаны, но их тяжелые отголоски висели в воздухе. Девушка не поднимала глаза, боясь встретить то, чего опасалась больше всего: отчаяние и гнев. Хотелось стать невидимой, раствориться в дымке или в солнечном бликe, лишь бы не стоять под весом чужих переживаний и собственных сомнений.
– Простите меня, – зажмурилась она до цветных кругов, коря себя за то, что принесла дурные вести.
– Вы ни при чем, – советник положил руку ей на плечо, кожа оказалась непривычно горячей. – Вы тоже пострадали.
– Вам надо поспешить за ними и предупредить. Нам это сделать не под силу, мы не сможем догнать корабль, но вы, Леди зимы, способны на это. Все в ваших руках. Буквально, – Маркус посмотрел на огоньки на линиях, и Брук, стиснув зубы, сжала ладони в кулаки. Она не успела осознать, что именно в ее руках, как и сказал мужчина, хранится столько жизней.
– Да. Конечно, – кивнула Брук и опустилась на корточки перед волком. Стукнулась с ним лбами. – Хью, ты должен остаться здесь.
Маркус и Освальд долго смотрели ей в удаляющуюся спину. Хью скулил хозяйке вслед, поднял морду и поочередно взглянул на мужчин. Те немного вздрогнули.
– Чем его кормить-то? – Освальд на всякий случай чуть отошел от зверя.
– Скорми ему парочку агапи, пока Эйден не видит.
Освальд не поверил своим ушам, и Маркус хрипло посмеялся с выражения лица советника:
– Шутка.
Брук сверилась с компасом, выбрала направление: указанные координаты были прямо впереди, но где-то далеко за горизонтом. Под взмахом руки на подошвах сапог выросли ледяные лезвия, и, полетев по глади океана, она стала частью холодного потока ветра.
Коньки не стучали и не резали, а рисовали узоры, и за каждым порывистым движением рождалась свежая хрустящая корка льда, уходящая за спину сияющей дорожкой. Трескучий холод исходил от девушки дыханием северной ночи и сковывал воду.
«Что они подумают, когда услышат? Может, решат, что я сделала недостаточно… а ведь, наверное, так и есть, но я не могу обмануть черта, иначе лишусь любимого человека. Я боюсь их слов. Боюсь тишины еще сильнее – той осуждающей, что навалится после. Боюсь увидеть, как их лица изменятся, когда сочтут, что я с тварью заодно, когда отвернутся от меня, думая, что поведу в ловушку. Если мне никто не поверит – Райан умрет, и тогда я уйду вслед за ним».
Из долгих раздумий вырвал раскат грома и ослепляющий свет.
– Что это еще такое?! – затормозила Брук, поднимая голову на зеленые тяжелые тучи. Кожа покрылась мурашками от этого зрелища, стало жутко, и колотящееся сердце не могло унять тревогу.
Снова достав компас, не могла поверить, что ей придется проходить странный шторм. Путь лежал прямиком через мощные волны и внезапные разряды электричества. Она всмотрелась в темную бушующую даль и рассмотрела силуэт корабля, качающийся и отдаляющийся с каждой минутой.
Мимолетный страх отступил, и Брук погналась за судном. Ветер рвал волосы, волны вздымались, желая сорвать ее с ледяной тропы, но она не замедлялась, даже если чуть не падала в черную глубину. Магия в ладонях вспыхнула ярче, и ледяная дорожка пошла вверх по морским гребням, превращая их в прозрачные хрустальные арки. Брук скользила по ним, как по горным перевалам, а брызги, касаясь девушки, тут же превращались в снежную пыль, вихрями кружась вокруг.
Когда шторм попытался сомкнуть над ней толщу воды, она подняла руки, и вырвалась лавина магии. Тут же созданный ледяной щит разбила молния, и острые части разлетелись по сторонам, догнали Брук и сбили ее с ног. Она, закрывая голову, съежилась и сморщилась, терпя барабанящий по телу дождь из тяжелых осколков. Места ударов заныли, оставили фиолетовые синяки, но девушка встала, находя глазами упрямо уходящий корабль.
В груди кольнуло, когда она приблизилась к нему. С судна падали люди, и среди них был тот, кто очень походил на нее.
– Норд! – вырвался крик. Брук в ту же секунду нырнула за ним.
Глухая тишина глубин поглотила мир и падающую фигуру парня, едва различимую во вспыхивающем свете молний. В ушах слышался пульсирующий шум сердца, девушка изо всех сил спешила к Норду. Но что-то опередило ее, проплыв мимо. По телу Брук прошла дрожь. С ними был кто-то еще. Оно двинулось в мутной синеве и скрыло Норда в темноте.
Брук вскинула руку, мороз сорвался с пальцев, вспыхнув в воде голубоватым сиянием. Ледяной заряд прошил глубину, но тень, что держала Норда, изогнулась и ушла в сторону. На миг свет озарил щупальца, длинные и извивающиеся с жуткой грацией.
В горло хлынула соленая вода, грудь сжало, Брук почти что захлебнулась. Ей пришлось выплыть, сделать несколько жадных вдохов. Набрав в легкие побольше воздуха, она нырнула вслед за утаскивающим Норда существом.
Вскоре Брук потеряла счет времени, но наконец нечто с щупальцами вытащило Норда на берег острова. Девушка наблюдала за ними со льдины, которую создала себе, чтобы откашляться и перевести дыхание. Обычный человек давно бы утонул, она же смогла проследить, несмотря на мучащую усталость и боль синяков. Стоило ей прикрыть глаза, потеряла сознание.
Проснулась от того, что кто-то легонько тыкает ее в щеку. Зрение сфокусировалось, и она взвизгнула, напугав этим то самое существо. Оно полностью вошло в землю, оставив только глаза, чтобы посматривать на девушку.
Брук осознала, что уже находится на берегу и вскочила.
– Норд!
Неизвестное животное полностью вылезло из мягкой почвы и поманило щупальцем за собой. Брук растерянно осмотрелась, выгнув бровь. Подумав, все же шагнула за ним. Осьминог изредка оборачивался, проверяя, идет ли она.
«Как же это странно!» – Брук не отставала, попутно убирая от лица ветви, отмахиваясь от мошек и замораживая болотные лужи, чтобы пройти.
Осьминог привел к яме и забегал вокруг нее. Девушка опустилась на колени, разгребая наваленные ветки. На дне кто-то разговаривал, но затих, как только она приблизилась. Заглянув внутрь, встретилась со знакомыми лицами. Нервно сглотнула, когда взгляд пересекся с Тьмой.
– Вот как все было, – замолчала Брук, слушая шорох длинных гибких ветвей ивы.
– Ты не одна в этой беде. Мы либо вместе, либо никак.
Норд утешающе сжал ее такую же холодную ладонь, Эйден так же сжал вторую.
