Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 97)

— Леечка? — тихо позвала меня троллиха.

Я пожала плечами, старательно избегая взгляда женщины.

— Мусь, они были не добры к тебе. Они обрекли тебя на гибель. Но там женщины и дети, и только тебе выбирать, чем ты готова пожертвовать. Ты и Грю. Назад пути не будет. Просто потому, что, взвалив на себя подобную ношу, нельзя все бросить и сказать «надоело». Но если возвращаться туда, то только на своих условиях.

— Как вы? Заботитесь обо всех нас, какие бы проблемы мы ни принесли?

Я растрогалась. Муся… Моя милая, добрая, отважная троллиха! Нет, меня нельзя сравнивать с ней. У меня свои интересы, а Мусечка… она бескорыстна. Вот какая ей с этого выгода-то? Никакой.

— Нет, — я покачала головой, — если ты решишься, Мусь, ты будешь гораздо честнее и благороднее меня.

Вся наша компания молчала. Грэгорик хмуро поглядывал то на меня, то на троллиху, дракон доедал последние кексики, размышляя о чем-то своем.

— Это честное решение, — выдал наконец Дарвин. — Великаны сами решат между собой, кто из них ответит за действия своего народа.

— Вы так говорите, будто женитьба на Мусе — наказание! — раздраженно фыркнула я, оборвав дракона. — Она потрясающая, и кому-то из великанов несказанно повезет!

Троллиха посмотрела на меня в некоем смятении. Да что ж это такое! Бесит меня эта политика: убеждение, что женщина обязательно должна быть замужем, а еще это смирение местных жительниц. И ведь каждая вторая считает, что так и надо. Воспитание, черт бы его побрал! И вот теперь Муся принижает себя ради великанов… Вот уж кто достоин порицания, но никак не она!

В раздражении я встала и вышла на улицу. Чертов мир, чертовы тараканы в головах у местных жителей!

С первым боем центральных часов ворота гостиницы были распахнуты. Крэг вышел на улицу и замер, подперев спиной стену здания. Вышибала с самого рассвета был неспокоен и даже не пытался этого скрывать. Он попросил меня не снимать защиту с самого корпуса, и я, подумав, согласилась. Я верила в его звериное чутье оно еще ни разу не сбоило. Крэг умудрялся появляться за минуту до катастрофы и неизменно выручал меня, как в том же случае с Азаватом.

На сотрудника из охранного агентства Кантора мой вышибала лишь хмыкнул, обозвав того «котенком». Парнишка и правда был молод, хотя выглядел куда солиднее «висельника»: мышцы у юнца так и бугрились, обещая неприятности любому, кто решит дебоширить на территории «Ночной кобылы».

С самого утра раскалывалась голова. Я пила отвар за отваром, но боль не проходила. Да еще это платье: я в него так и не влезла, даже в перешитое. Пришлось надеть темно-синее, с широкими рукавами. Только в нем был корсет, который можно было ослабить, и смотрелось оно наиболее презентабельно.

Я ожидала, что Ирна, помогавшая мне одеваться, пройдется по этому поводу язвительным замечанием, но, на удивление, она молчала. С Дарвином вчера так и не удалось поговорить: Грэгорик косился на нас слишком подозрительно. Мне оставались только домыслы и надуманные страхи, от которых голова болела еще сильнее. Я запретила себе об этом думать.

Сегодня — только открытие! Настроение, хоть и было было испорчено, но приходилось улыбаться гостям.

Поток людей оказался значительно меньше, чем я рассчитывала. Скажем прямо: его почти не было. Парочка зевак, решивших поглазеть на новое заведение, да заявившиеся всей толпой великаны. Получив в свое распоряжение шесть номеров (по два на брата), они теперь завтракали. Мужчины напряженно приглядывались ко всем дверям, ведущим на половину персонала. Разве что шеи не вытягивали.

Я обещала великанам, что представлю их Мусе ближе к вечеру. Троллихе было банально страшно выходить к «гостям», она взяла время, чтобы обдумать ситуацию. Хотя я и так знала, как она поступит: Муся поедет с Маххабатом и его спутниками в горы. Весть о том, что там умирают дети, впечатлила добросердечную женщину. Настолько, что она уже согласна и на мужа (сдается мне, на Нимлика), и на суровых великанов, и даже на кислые мины соплеменников, которые когда-то травили ее вместе с сыном.

Не хочу. Не хочу расставаться с Мусей!

Знаю, эгоистично, но как подумаю о великанах, так злость разбирает. Они, прекрасно осознавая последствия ухода Грю с матерью из селения, по сути, отправили троллиху на верную смерть. И совесть ведь не шевельнулась, никто не кинулся вслед! Искать Мусю начали лишь пять лет назад.

Я выдохнула. Не время думать о проблемах. Улыбаться! Только кому?

Редкие посетители заказывали завтрак и исчезали сразу после приема пищи, поглощая ее так, словно за ними гнались вооруженные преследователи. Я чего-то не знаю? Что вообще происходит? Где все любители посидеть, выпить и поговорить ни о чем?

— Тухло, — констатировал подошедший к моему столику Грэгорик, уничтожая бутерброд с мясом. — Что-то совсем нет народа.

Я покосилась на стража правопорядка, который всего за пару дней на моих харчах наел уже солидные щеки. И обязательно ему надо испортить настроение! Чтоб он объелся и опился!

— Только утро. Даже если предположить, что из Артвиля с рассветом выдвинулись караваны, у нас они будут к вечеру.

— А те, что минуют Артвиль? А гости из города?

Вот же умеет оборотень поддержать в трудную минуту. Сплошное сочувствие! Я скривилась. Что я могу на это сказать? Что не знаю, где народ? Что мы сейчас просто-напросто отработаем в убыток, если гости не появятся? Так не маленький, сам должен понимать.

Еды заготовлено с учетом огромной толпы, которую я ожидала. Как же, я ведь диковинка! Судя по слухам: и любовница ирра Эмерти, и магичка, заделавшаяся в трактирщицы, и совладелица крупной «лисьей» сети. Благодаря мне у типографии появились заказы на особые новые визитки для высшей знати, изготовленные на рыбьих косточках, такие делали пока только в Триумвирате. Тонкие, ажурные, они имели связь с картой мажордома, и теперь запись на встречу проходила гораздо легче: не требовалось посылать курьера или согласовывать время лично, достаточно было лишь отметить желаемый час на визитке и получить подтверждение. Естественно, вместе с визитками для высшего света лей Миксон раздавал листовки, которые я подготовила к открытию. Но почему же так мало людей?

Мне казалось, я сделала все, чтобы вся столица узнала о «Ночной кобыле», чтобы народ валил ко мне толпами, но…

Я с тоской обвела взглядом пустующий общий зал. Мы потрудились на славу: таких украшений этот мир вряд ли видел. И главное, все гармонично и оформление помещения, и одежда персонала. Ирна в стилизованной форме смотрелась очень необычно и ярко. Красивая все-таки она женщина. Официанты (четверо мальчиков и две девочки) тоже выглядели потрясающе, а главное, очень колоритно в свете заявленного «дня оборотня». Только вот где сами оборотни? Ни одного гостя, и это несмотря на умопомрачительные запахи со двора и из кухни: Амира выложила на мангал первую порцию мяса.

Играла приятная мелодия: артефакты справлялись на ура, однако я время от времени посылала энергетические импульсы в сторону инструментов. Музыка, улыбчивые официанты в единой униформе, аппетитные ароматы и все это при приятной прохладе внутри помещения. В общем, не заведение, а конфетка! Чего гостям еще надо?

Из кухни выглянули поварята, на ходу поправляя колпаки, и с тревогой оглядели пустующий зал. Понимаю их волнение: если все пойдет так и дальше, это будет полным провалом. Я стиснула зубы. Никакой не провал, просто утро! У всех домашние и рабочие дела, караваны еще не прибыли, в конце концов! Прекратить истерику, если я начну дергаться, остальной персонал впадет в панику.

— Лея, — Ирна встревоженно опустилась на стул рядом со мной, — что-то не так?

Сегодня матушка Энаи была на удивление любезна. То ли понимала, что от открытия многое зависит, то ли сочувствовала мне: вид у меня наверняка был потерянный. Я тряхнула головой и улыбнулась.

— Все в порядке, Ирна. Всего лишь утро. Вот увидишь, ближе к обеду народ подтянется. Сама знаешь, скоро большой ярмарочный день, нужно же приехавшим торговцам где-то разместиться. И из Артвиля бронировали пять номеров. Гости обязательно будут.

Угу. Сама бы я еще в это верила. Не замечала я в эти дни спада на рынке гостиничных услуг. В чем же дело? Может, конкуренты пустили какой-нибудь гадкий слух? Хотя нет, на причину для сплетен уже сбежался бы народ — поглазеть. Да и Ульри бы уже появился, растягивая свое коронное: «До меня дошел слушок…» Причина, думаю, в другом. А в чем? Может, я зря накручиваю себя и дело правда в раннем часе? Столичные жители просыпаются обычно позже деревенских: у них, можно сказать, еще завтрак не начался.

В общий зал спустился Дарвин, и я поспешно поднялась ему навстречу. Отличный шанс поговорить, пока Грэгорик занят омлетом. Уверена, оборотень носа от тарелки не поднимет, пока все не съест.

Дракон опустился на стул рядом со мной, шумно вдохнул воздух и улыбнулся. Не первый раз я задумывалась: что заставляет его нянчиться со мной? Только лишь скука и восприятие меня как «детеныша»? А если причины иные и Дарвин сам ведет меня в ловушку к соплеменнику? Я на минуту закрыла глаза: нет, не думать о плохом. Если совсем никому не верить, то как жить?

— Сыр-р-рники, — протянул Дарвин, разглядывая меню с картинками, и повторил уже для подошедшего официанта: — Сырники.