Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 8)

Настроение не просто испортилось — оно рухнуло в глубокую яму апатии. Я почти бежала по саду, вдыхая прохладный ночной воздух, пытаясь смыть с себя это липкое ощущение «экспоната на выставке».

Во флигеле было темно и тихо. Я привалилась спиной к закрытой двери, слушая, как бешено колотится сердце. В голове все еще звучал мотив «Дракона», но теперь он казался мне предостережением.

«Зачем я это сделала? — стучало в висках. — Зачем привлекла его внимание?»

Я знала ответ, но боялась признаться себе: в этом мире, где я была «ошибкой соприкосновения», мне отчаянно хотелось, чтобы меня увидели. Не как хозяйку таверны, не как слабенькую магичку, а как ту, чья песня заставляет замолчать даже древних ящеров. Но, возможно, цена этого признания окажется выше, чем я была готова заплатить.

Глава 2

Хьюго и дракон исчезли из города раньше, чем я заставила себя разлепить веки. Проснувшись и обнаружив их отсутствие, я испытала такое острое облегчение, будто с шеи сняли невидимую удавку. Прошлое в лице однокурсника и опасное будущее в лице Дарвина растворились в утреннем тумане, уступив место настоящему — жадному, шумному и требующему моего участия каждую секунду.

Караваны шли один за другим, и повседневные дела поглотили меня с головой. Кухня трещала по швам: Стана и девчонки работали на пределе, а я едва успевала мотаться за продуктами и инспектировать номера. Моя «революционная» идея с расчетным часом, поначалу вызвавшая недоумение, оказалась спасением: она давала нам ту самую передышку, необходимую, чтобы привести номера в порядок перед новой волной постояльцев.

Летняя веранда под цветущими деревьями не пустовала ни минуты, а звон монет в кассе стал лучшей колыбельной.

Я еще не отбила стоимость покупки здания, но чистая прибыль уже заставляла меня удивленно вскидывать брови. Право слово, я не понимала, почему постоялые дворы в Артвиле не стоят на каждом шагу? Да, вход в бизнес был кусачим — здание, мебель, лицензия предпринимателя… но ведь все окупалось сторицей!

Впрочем, я понимала: мой «Замок» — не просто ночлежка. Это был высокотехнологичный (по местным меркам) объект. Конкуренты злобно косились и пытались копировать мои новинки, но на выходе получали лишь жалкое подобие. Секрет был прост и недоступен им одновременно: я везде вплела магию.

В Артвиле наберется от силы пять магов, включая меня. Трое пропадали в лазарете, а единственный вольный артефактор был завален заказами на годы вперед. Услуги магов стоили баснословно дорого, и никто из трактирщиков не мог себе позволить нанять специалиста для «ерунды» вроде самоочищающихся столов или световых индикаторов. Я же была сама себе мастером.

Открытая война со мной была бессмысленна. Поджигать? Защита «Замка» слизнула бы любой факел, не поперхнувшись. Переманивать персонал? Мои люди, которых я вытащила из беспросветной нужды, боготворили меня и держались за свои места зубами. Конкурентам оставалось лишь захлебываться ядовитыми слухами, а караванщикам было плевать на сплетни — им нужны были чистые простыни, горячая ванна и та самая «экзотика», за которой они выстраивались в очередь у моих ворот.

Прошла неделя, и образ Хьюго начал стираться из памяти, вытесненный куда более важными делами — планированием очередного «кулинарного переворота» в моем «Замке». На Земле я обожала готовить, но в Ирреле столкнулась с суровым дефицитом комфорта. Мне отчаянно не хватало духовки с таймером, привычного набора специй и, боже мой, обычной мультиварки! Приходилось буквально на пальцах объяснять Стане разницу между бройлером и местной жилистой птицей, добиваясь нужной нежности мяса.

Впрочем, мои постояльцы уже вовсю дегустировали чизкейки и булочки с джемом, а фаршированные грибы и овощи-гриль разлетались мгновенно. Блюда «от владелицы» стоили вдвое дороже обычных, но спрос только рос. Сегодняшний план был еще амбициознее: луковый суп-пюре и ледяная окрошка. Жара в Артвиле стояла немилосердная, и я в очередной раз проклинала местную моду на многослойные платья в пол — привыкнуть к этому пыльному кокону было выше моих сил.

Ларр сегодня остался за главной стойкой — только ему я могла доверить встречу гостей. Поэтому тяжелую корзину с рынка за мной тащил Питер, смышленый паренек–студиозус, подрабатывающий подавальщиком. Для него, деревенского мальчишки, наш Артвиль казался сверкающим мегаполисом, а моя работа — спасением от голодной студенческой жизни. Я платила честно, не распускала руки и ценила его расторопность, поэтому Питер летал за мной тенью по любому зову.

Однако на подходе к калитке «Замка» я замерла, едва не запнувшись о подол платья. У забора стоял Хьюго в компании незнакомого мага. Последний, облаченный в строгую мантию, с почти исследовательским азартом разглядывал мою ограду. Точнее — плетения защиты, наложенные поверх кирпича. Хью что-то быстро и горячо тараторил, размахивая руками.

Внутри у меня все похолодело. Какого черта им здесь нужно?

— Ирр Хью, — я холодно кивнула, привлекая к себе внимание.

— А, Тина! — Хьюго обернулся, и на его лице промелькнула странная смесь азарта и досады. — А мы тут твой забор изучаем. Знакомься, это магистр Лерс Берг из Департамента артефакторики.

Я мысленно хмыкнула. Рассматривайте, господа, любуйтесь. Еще в Академии все магистры зубы обломали об мои работы: скопировать их было невозможно. Максимум — создать жалкое подобие, если я сама разжую и в рот положу принцип действия. В конце концов, они признали мои артефакты «дефектными» и попытки прекратились. Хьюго, конечно, этого «не помнил» — он всегда был слишком занят самолюбованием, чтобы интересоваться чужими успехами.

Только сейчас, стоя у собственной калитки, я начала понимать: Иррель не так уж несправедлив ко мне. Моя единственная способность «попаданки» оказалась золотой жилой. Судя по тому, как вытянулось лицо незнакомого мага, он только что наткнулся на мою «авторскую подпись» — вплетенную в контур защиту от копирования. Самое забавное, что я делала это неосознанно, на инстинктах, и взломать этот замок не удалось даже архимагу Густаву. Старик-директор как-то проболтался, что тот до сих пор бьется над моим плетением — для него это стало делом принципа и профессиональной чести.

— И как успехи? Продвигаются? — невинно поинтересовалась я.

Спутник Хьюго недовольно покосился на меня. А он был чертовски хорош собой: породистый блондин с льдисто-голубыми глазами, высокими скулами и пикантной родинкой у уголка чувственных губ. На мгновение в голове мелькнула шальная мысль: «Может, вот он — герой моего романа?»

— У вас… крайне специфическое плетение, лея, — протянул он, наконец переключив внимание с забора на меня.

Теперь он «изучал» меня. Жаль, я так и не научилась профессионально кокетничать, а то бы сейчас выдала томный вздох и эффектно выгнулась, демонстрируя все достоинства фигуры. Грудь — единственная часть тела, которая искренне радовалась моим бесконечным пироженкам, сегодня была упакована в весьма многообещающее декольте, как и подобает приличной лее.

— Лерс, я тебя звал плетение анализировать, а не на декольте Тины пялиться! — раздраженно буркнул Хьюго, заметив затянувшуюся паузу.

— Да вы изучайте, я совершенно не против, — я ослепительно улыбнулась. — Я про заклинание, разумеется.

Лерс окинул мою грудь откровенно сальным, оценивающим взглядом, и я мысленно поставила на маге жирный крест. Тяжело вздохнула. Нет, определенно не герой моего романа. Слишком… предсказуем.

— Вы не расстраивайтесь так, лей Лерс, — «сочувственно» добавила я, видя его замешательство перед рунами. — Повторить это плетение не удалось даже архимагу Густаву. Куда уж рядовым специалистам.

— В смысле? — Хьюго удивленно моргнул, переводя взгляд с меня на забор. — Ты хочешь сказать, что твои амулеты существуют в единственном экземпляре? Что их нельзя пустить в тираж?

Я сухо кивнула и скрылась в прохладном полумраке общего зала. Не мои проблемы, что Хьюго за пять лет учебы так и не научился смотреть дальше собственного носа.

Сгрузив покупки Стане, я принялась показывать, как именно нужно крошить овощи для окрошки. Хлебный квас настоялся, замену капризной редиске я нашла — должно получиться идеально. Стоило мне вывести на главной доске: «Окрошка (холодный суп)» и выставить цену, как зал зашуршал. Гости, изнывающие от жары, оживились — блюда «от владелицы» здесь заказывали с азартом первооткрывателей.

— И таблички тоже… в единственном экземпляре? — обреченно выдохнул подошедший к стойке Хьюго.

Я осклабилась, не скрывая торжества. Нет, ну не все же коту масленица, верно?

— Тина, мне нужны твои доски. Прямо сейчас.

— Так у них же радиус маленький, ирр Хьюго, — ехидно напомнила я его же слова. — Прошу прощения, мне пора на кухню, заказов море.

Я поспешно ретировалась за раздаточное окно.

Вот же невезенье! Из всего выпуска наткнуться именно на Эмерти. Я специально сбежала из столицы в эту глушь, но кто же знал, что сиятельному ирру приспичит инспектировать провинцию именно сейчас?

Кромсая ножом огурцы, я лихорадочно соображала. Мой охранный контур явно «запал в душу» Хьюго, и если поначалу я злорадствовала, то теперь по спине пробежал холодок. Чем мне это аукнется? На руках у меня был официальный отказ Канцелярии: «Тина Ауэриллина освобождается от королевской службы, повторному призыву в мирное время не подлежит». Но была ли там приписка «ввиду недостаточности сил»? Если бюрократы решат, что мои изделия — стратегический ресурс, мой уютный «Замок» пойдет с молотка быстрее, чем я дорежу лук. Нужно срочно перечитать бумаги.