Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 62)

Я пыталась воспроизвести самогонный аппарат, но мои познания в самагоноварении ограничивались тем, что на напиток нужен сахар. Никаких воспоминаний о технологии процесса или устройстве агрегата.

Наливки, правда, в подвале дожидаются своего часа. А дел то — залить ягоды с сахаром аналогом местной водки. Попробуем, что получилось. Будут мои псевдоликеры. Открою сбыт коктейлей! До этого вроде тут еще не додумались. В коктейлях я однако тоже не сильна, на ум приходит только «Кровавая Мэри», но ту гадость, что у меня получилась, отказалась пить даже троллиха.

«— Ну же, Муся, погляди какой интересный напиток! Вы, тролли, говорят, любите крепкое питье, — увещевала я троллиху, покачивая желеобразной 'Мэри».

От коктейля уже отказался Крэг и остальные домочадцы. Сама пить я тоже опасалась: субстанция в стакане казалась единым желе и напоминала мне студень. Что-то мне подсказывало, что дело в местном аналоге томатного сока, но альтернативной замены я пока не нашла.

— Вон ента чего? — осторожно поинтересовалась Муся, отодвигаясь от подсунутого под самый нос бокала, — не-пот-реб-щи-на какая-та! Тьфу, срамота! Коли бы вы гномьего самогончику на мухоморах предложили, а это… тююю!

Я озадаченно заглянула в стакан с «Мэри». Эксперимент явно не удался.

— И вообще-то! — заявила троллиха после минутной заминки, — неча охраннице средь бела дня напитки попивать, чай не на отдыхе!

Я даже дар речи потеряла от мусиных слов.'

А с Модным домом и вовсе беда. Здание в центре простаивает, аренда капает, а модистки… либо предлагают фасоны тридцатилетней давности, либо ударяются в такой авангард, который и на карнавал надеть стыдно. Все приличные швеи давно разобраны ателье–гигантами. И что за натура у меня дурацкая: загореться, вложить последнее золото, а потом страдать над нереализуемым проектом?

Рука так и тянулась написать Тео. У Министерства наверняка есть свои поставщики, каналы связи, рычаги давления на наглых торгашей… Но я била себя по рукам. Пожаловаться ему — значит признать поражение. Тем более после того фортеля, что я выкинула, он меня скорее пошлет бабочек ловить на Ишкакхеайдургнуль, чем поможет с говядиной.

Кстати, о Тео! Пропускной амулет для Министерства наконец готов. Испытания на «кошках» прошли успешно: Каспера с криво наложенной маской моей ауры система не пустила. Амулет вспыхнул багровым, и мой собственный голос вежливо оповестил: «Ваша карта заблокирована, дождитесь охраны».

Я заслуженно гордилась: человеческий фактор можно подкупить или обмануть, а технику — нет. Осталось понять, оценят ли этот прорыв чокнутые из отдела артефактов или попытаются выставить меня недоучкой. Что ж, сегодня и проверим.

Где мой главный калибр? Небесно-голубое платье, купленное в порыве чистого безумия.

В местных лавках готового платья мой силуэт обычно вызывает у продавщиц тихий ужас, переходящий в икоту: здешние каноны требуют изнуренной худобы, а не моих изгибов. Но это платье… оно было шедевром. Низкий квадратный вырез, собранный в мелкую кулиску, и струящийся шелк, ниспадающий мягкими волнами прямо от груди.

Оказалось, я опоздала с «революцией» лет на двадцать — эльфы уже вводили моду на высокую талию, но истранские девицы, помешанные на тонкой талии, идею не оценили. Платье ждало своего часа на дне сундука, сохранив прохладу и блеск тончайшего шелка.

Главный козырь — отсутствие брони из десятка нижних юбок. При каждом шаге ткань не просто двигалась, она ластилась к ногам, подчеркивая все, что порядочная лея должна скрывать до брачной ночи. Муся, увидев меня, «дипломатично» пробасила: «А чегой-то госпожа будто голонькая?» Если уж троллиха почуяла неладное, то Тео просто обязан капитулировать.

— Госпожа! — Уилли возмущенно округлил глаза, и в его взгляде смешались подростковый восторг и искреннее негодование.

Странный мальчик: предан до кончиков ногтей, но смотрит на меня порой как на неразумное дитя, за которым нужен глаз да глаз. Разумеется, я не собиралась дефилировать в таком виде по столичным мостовым! Я еще не окончательно лишилась рассудка. К платью полагался глухой шелковый плащ, превращавший меня в образец скромности… до того момента, пока я его не скину в кабинете Теодора.

Как я буду спасаться от последствий этой диверсии, я пока не придумала. Пробить броню мага — задача номер один, а дальше… А дальше будь что будет. Дура? Безусловно. Влюбленная? К сожалению. Иду на штурм крепости, которая, возможно, уже занята другой, но сдаться без боя — значит предать саму себя.

Даже укутанная в плащ, я чувствовала себя ходячим искушением. Ну, по крайней мере, очень на это надеялась. Уилли неодобрительно поджимал губы, но мой сундучок с артефактами тащил исправно, не самой же мне надрываться, пешком.

Цены на готовые экипажи в столице оказались просто грабительскими, не говоря уже о содержании лошадей. Поэтому только спецзаказ в Артвиле. Облегченная модель на одну лошадку, которой сможет управлять даже женщина. Молодой мастер Унвер обещал сотворить чудо, и я не сомневалась: гном расшибется в лепешку, понимая, какие перспективы откроет перед ним «Лисья сеть». Если все выгорит, я предложу ему партнерство. В конце концов, идея была моей.

— Проходите, госпожа, а то ваша охрана зенки-то уже повылупляла! — пробасила Муся у ворот.

Я невольно глянула туда, куда кивнула троллиха. У Муси был сверхъестественный нюх на шпионов. Кажется, филеры Тео уже начали заключать пари: обнаружит их сегодня моя «сторожиха» или нет.

— А ты кудоть? — Муся одним литым движением сцапала за шкирку пробегающего мимо гнома. Тот заболтал ногами в воздухе, как пойманный жук.

— Так на отделку я! Мастер-отделочник! — взвизгнул бедолага.

— Ходють тут всякие! Шпиенаж, во! — Муся грозно качнула дубинкой, рассекая пустоту. — А потом идеи пропадают! Где старший ваш? Почему не предупредили?

Я посмотрела на троллиху с новым уважением. Откуда у лесного, казалось бы, создания такие познания в контрразведке и пропускном режиме? «Шпиенаж», «идеи пропадают»… Муся явно была не из простых троллей, о которых писали в скучных учебниках. Какие скелеты пылятся в твоем шкафу, дорогая? И почему ты так отчаянно искала любую работу, лишь бы подальше от родных гор?

— Асек, позови кого-нибудь из бригадиров, пусть опознают юношу, — Уилли, словно прочитав мои мысли, перехватил инициативу, подзывая младшего мальчишку.

Асек сорвался с места, а я, кивнув Мусе, вышла на улицу. Пусть сами разбираются, шпион этот гном или просто неудачливый рабочий. Против Муси с ее «допросом с пристрастием» не рискнул бы выступить даже кадровый агент Темного двора. Я бы точно не рискнула.

Я решила не испытывать судьбу и наняла коляску. Идея явиться в Управление потной и раскрасневшейся от долгой ходьбы, когда на мне «то самое» платье, казалась кощунством. И так не эталон красоты, чтобы позволять себе подобные вольности.

Главной проблемой остался мой артефакторский сундук. Уилли через пост охраны не пропустят, а тащить этот неподъемный саквояж на пятый этаж в шелках — сомнительное удовольствие. Я отпустила помощника прямо у парадного входа: пусть лучше разузнает цены на выносливых лошадей. Мне не нужен породистый скакун для выставок, мне нужна рабочая лошадка, способная исправно тянуть повозку по городским делам.

Решение взять коляску было единственно верным: в небесно-голубом шелке нужно выплывать из экипажа, а не вваливаться запыхавшейся и раскрасневшейся после марш–броска по столичным мостовым.

Министерский холл встретил меня прохладой и запахом старой бумаги, а еще врагом в лице лея Грэгорика… Оборотень, как обычно, ошивался в вестибюле, будто специально карауля мой приход. Его взгляд, скользнувший по моему плащу, был подозрительно масляным.

Я напряглась, гадая, по какому поводу он решит съязвить сегодня. Прошлые обиды на тему моих отношений с Эмерти, веснушек и рыжей косы он уже отработал. Что в репертуаре теперь?

— Лея… — голос оборотня был приторно сладким, точно патока. — Какая восхитительная неожиданность!

— Доброе утро, лей Грэгорик, — я поздоровалась подчеркнуто вежливо, в тщетной надежде задушить скандал в зародыше.

— Доброе, — довольно мурлыкнул он, бесцеремонно разглядывая меня. — Как продвигается ваша… гостиница?

— Строится, — я сухо кивнула.

Неужели Тео действительно выбил из него всю спесь тем знаменитым бланшем под глазом? Или оборотень просто сменил тактику с прямого нападения на вкрадчивую осаду? В любом случае, тяжелый сундук в моей руке и его подозрительная любезность оптимизма не внушали.

— А «девочек» вы уже набрали, лея? — Грэгорик выделил последнее слово так, будто оно имело двойное дно.

Я вскинула брови. Он о персонале или о более приземленном? Странно: сначала меня попрекали самим фактом владения гостиницей, а теперь такая вкрадчивая «забота» о штатном расписании.

— Дорогие девицы будут? — продолжал он, и в его голосе прорезался торжествующий оскал. — Сами встанете во главе? Или на должность «мадам» теперь претендует Эная? Тренируется перед тем, как окончательно лечь под ведомство?

Я с силой сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Мерзкий тип. Отыгрываться на Энае, которая не сделала ему ровным счетом ничего — предел низости. В его глазах полыхала какая-то личная, почти болезненная неприязнь, причин которой я в упор не видела. Чем я ему так насолила? Тем, что не упала ниц перед его титулом?