Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 6)

«Замок с драконом» стал притчей во языцех по одной простой причине: я оборудовала его по последнему слову «техники». Здесь я не удержалась и, подобно всем попаданкам, вложилась в «апгрейд» по максимуму. Моей фантазии хватило не на все, но конкуренты уже злобно кусали локти, пытаясь скопировать мои новинки.

Летняя веранда под яблонями стала хитом — здесь в тени потягивали взвар и стражники, и вечно голодные студиозусы из соседней школы. Следом за молельней во дворе зажегся мой личный маяк: магический фонарь, который мягко светился красным, если мест нет, и мерцал приглашающим зеленым, когда в «Замке» пустовали комнаты. Но главным финансовым ударом стала голубятня. Она стоила мне целое состояние, но окупилась за считанные дни: возможность отправить весточку в столицу прямо со двора гостиницы заставляла путешественников расставаться с монетами без тени сомнения.

Кормили у нас честно. Повар Стана не знала слова «экономия», а я следила, чтобы пиво не знало вкуса воды. В общем зале на сцене пару раз в неделю пиликала на местной скрипке девочка-артистка, создавая нужный фон. В голове уже роились планы по внедрению настолок — я по ночам криво рисовала аналог «Монополии», надеясь на этом заработать. Получалось пока скверно: художественным даром меня боги обделили, а отдавать чертежи профессионалу я боялась. Идею украдут быстрее, чем высохнет тушь.

Ночевка в «Замке» была удовольствием не из дешевых. Я уже всерьез подумывала переделать одну из каморок в хостел на шесть коек, но мучительно размышляла: не убьет ли это очарование «домашней гостиницы»? Не превратится ли мой замок в проходной двор?

Ларр носился по этажам как заведенный электровеник, я тоже крутилась волчком. Подавальщики уже не справлялись с лавиной заказов, и я все чаще сама выходила в зал с подносом.

А что же конкуренты? В первый же вечер ко мне явилась делегация местных трактирщиков. Суровые мужики на пальцах разъяснили мне «правила игры»: демпинг по номерам не устраивать, клиентов от чужого порога не уводить и платить в кассу товарищества семь золотых в месяц. Много…но я платила. Без споров и возмущений.

То, что люди шли именно ко мне, — не моя вина. Я их не сманивала, новинки свои за семью замками не прятала — хотите, копируйте. Не можете придумать сами? Ваши проблемы. Трактирщики быстро сообразили, что грязные слухи мне только на руку, и замолчали. За спиной, конечно, проклинали на чем свет стоит, но серьезного компромата у них не было. А Ларр… Ларр был моим названым братом перед ликом богов. И от яда в колодце или «случайного» огня его и мой дом надежно хранили мои охранные руны, в которые я вложила всю свою невеликую силу.

В день, когда ждали караваны, небо прорвало. Лило так, будто Иррель решили вымыть перед великим судом. В общем зале было почти пусто: двое стражников лениво сражались с горой тушеной капусты и свиными ножками (сегодня они удались Стане особенно нежными), да пара студиозусов из местной школы забились в угол. Вели они себя тише воды: мои подавальщики–выпускники быстро разъяснили младшим правила хорошего тона в «Замке».

Но через два часа штиль сменился штормом. Гостиница забилась до отказа. Мне только и оставалось, что разводить руками, предлагая опоздавшим горячий ужин и место на сеновале. Пришлось даже пойти на крайние меры: одну милую даму я устроила в комнате Ларра, временно переселив брата к себе во флигель.

Первыми из «большой волны» пришла семейная пара гномов. Я поприветствовала их на родном языке, и в их суровых взглядах промелькнула искра тепла. Несмотря на то, что для них был готов номер с панорамой родных гор, я, повинуясь какому-то странному импульсу, отдала им «Лазурный». Мне показалось, что этим двоим, вечно видящим перед собой лишь камень и пыль дорог, захочется проснуться в комнатах цвета неба.

А вторыми вошли они…

Сначала в дверях возник мужчина. Он был настолько высок, что ему пришлось пригнуть голову, чтобы не снести притолоку — добрых два с лишним метра живой мощи. Когда он откинул промокший капюшон, я невольно замерла, разглядывая его: смуглый, как мексиканец, с чертами лица, не подходившими ни под одну знакомую мне расу. Южанин? Я на секунду замялась, лихорадочно соображая, как его приветствовать. Моя «фишка» с обычаями родины едва не дала осечку.

Незнакомец обвел зал тяжелым взглядом, и на мгновение наши глаза встретились.

Меня словно прошило разрядом тока. Дракон.

Я знала это так же четко, как то, что меня зовут Кристина. Мой дар имел один побочный эффект, о котором я молчала как партизан, чтобы не оказаться в подвалах королевской разведки: на меня почти не действовали иллюзии.

Там, где другие видели экзотического южанина, я, сквозь тонкое марево морока, видела нечто иное. Вертикальные зрачки в глазах цвета расплавленного золота. Едва заметный отблеск изумрудной чешуи на висках. Древнюю, хищную ауру, от которой волоски на затылке встали дыбом.

Сердце ухнуло куда-то в район пяток. Боже, только бы он не счел название моей таверны личным оскорблением! Драконы — существа гордые и на расправу скорые. Если этот «золотой» решит спалить мой «Замок» к чертям собачьим за «неуместный пафос», ему даже штраф не выпишут. Ссориться с ними — все равно что пытаться остановить лавину голыми руками.

— Легкого неба, господин. Попутного ветра и мягких облаков, — я наконец справилась с оцепенением и старательно выговорила фразу на драконьем.

Наш преподаватель лингвистики всегда говорил, что я безбожно картавлю на всех языках сразу, превращая благородные наречия в нечто потешное, но разборчивое. Дракон вздрогнул. Его золотистые глаза расширились, он замер, явно лихорадочно соображая, где именно прокололся и как эта рыжая девчонка раскусила его морок.

— Что? — хрипло, по-простуженному переспросил он.

— Там, откуда я родом, считается высшим проявлением уважения приветствовать гостя на его языке, — пояснила я, приглашая его к стойке уверенным жестом хозяйки. — Вам номер на одного? Горячую ванну?

— Здесь есть ванна⁈ — в голосе чешуйчатого прорезалось почти детское ликование. — Святой Ирьяс, я уже обожаю это место! Слышишь, Хью? Нам два отдельных номера. Самых лучших!

Я завороженно смотрела на дракона, и в голове уже начали роиться глупые книжные мысли. «А вдруг это он? Тот самый рыцарь-герой, который выжжет из моей памяти всех призраков прошлого?..» Но стоило мне перевести взгляд на его спутника, как я едва не споткнулась на ровном месте.

— Да, Тина всегда ценила комфорт, — протянул до боли знакомый голос, ставший кошмаром моих студенческих лет. — И едва я услышал в городе, что трактир здесь держит «блудливая рыжая магичка из столицы», сразу понял — это ты, моя красавица!

— Понял, потому что «блудливая»? — хмуро уточнила я, чувствуя, как внутри закипает привычное раздражение.

— Потому что «рыжая»! — Хьюго ослепительно улыбнулся, будто мы расстались вчера и на самой дружеской ноте.

— Вы знакомы? — Дракон с любопытством переводил взгляд с меня на Хью.

— К сожалению, — сухо отрезала я и тут же переключилась обратно на золотоглазого. — Господин, может быть, чая с имбирем и медом? От простуды.

Я знала, что драконы обожают имбирь, и сейчас мысленно хвалила себя за предусмотрительность, когда закупала его для лечебных настоек. У гостя буквально глаза загорелись, он закивал так активно, что едва не растерял остатки своего величественного облика.

Тут же подскочил Ларр, ловко подхватывая их промокшие плащи.

— Через час будут сухими, господа, обещаю! — заверил он, унося вещи к печам.

Мой вышибала, матерый оборотень–медведь, не сводил тяжелого взгляда с Хьюго. Он мгновенно считал мою реакцию и коротким, едва заметным жестом спросил: «Вышвырнуть?». Я испуганно мотнула головой. Боже упаси устраивать скандал, когда в зале дракон! Это все равно что пытаться выгнать лесной пожар из кухни с помощью веника.

— А где мое персональное приветствие, детка? — вальяжно протянул Хью, облокачиваясь на стойку. — В Академии, помнится, ты смотрела на меня преданными щенячьими глазами. Ждала каждого слова.

— Это было давно, ирр Хьюго. И, честно говоря, уже неправда, — спокойно возразила я.

Внутри все на секунду сжалось от старой обиды, но я быстро взяла себя в руки. Сейчас этот блестящий маг был для меня всего лишь постояльцем. Проблемным, шумным, но денежным. Хьюго после моего ответа заметно скис, его самоуверенная улыбка чуть потускнела. У меня же не было ни малейшего желания ворошить пепел прошлого, поэтому, продолжая улыбаться так, что скулы сводило от фальши, я перепоручила парочку Ларру и поспешила к другим гостям.

— Никогда бы не подумал, что ты заведешь себе постоялый двор, — раздалось у самого моего уха.

Я вздрогнула и отпрянула, едва не выронив поднос. Хью и дракон стояли за моей спиной, бесшумно, как две тени. Последний с подлинным интересом оглядывался вокруг. Его взгляд скользил по магическим светильникам, дававшим мягкий, ровный свет без капли чада (заряжать их было сущим адом, после которого я полдня лежала пластом), задерживался на безупречно чистой мебели и, наконец, остановился на витраже с драконом. Гость хмыкнул, и в этом звуке мне послышалось скорее одобрение, чем угроза.

— Ну, не всем же быть великими магами на королевской службе, — я демонстративно пожала плечами, провожая их к уединенному столику–диванчику в углу.