Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 38)

— И что, прямо туточки праздновать будете?

Я снова кивнула и незаметно закинула в рот мятную пастилку, прогоняя легкий приступ слабости.

— Да, — всплеснула руками женщина, — место у вас чудесное! Уверена, это будет лучшая свадьба, какую только видел Артвиль!

Я благодарно кивнула, отсыпая Анне пригоршню медяков за свежую зелень, и попросила подготовить побольше капусты и молодого лука на завтра. Распрощавшись с женщиной, я всерьез задумалась: а не запустить ли мне полномасштабную рекламу свадебных банкетов? Сейчас, перед торжеством Ивара, — идеальный момент для маркетингового рывка.

Мысли на мгновение вильнули в сторону, и стало горько. Прошли почти сутки с тех пор, как я покинула особняк Эмерти. Неужели меня до сих пор не хватились? Или Тео окончательно решил, что с него хватит взбалмошной девицы, и пусть она катится на все четыре стороны? Ларр, завидев вчера ту самую метку, о которой толковал Освальд, только хмыкнул. Этот предатель даже пошутил, что «сиятельный ирр — не худшая партия для сестренки», за что немедленно схлопотал ложкой по лбу.

Легок на помине! Во двор вышел вчерашний знакомец–оборотень. Освальд поймал мой взгляд и искренне просиял:

— Лея! Рад вас видеть! Ваше заведение выше всяких похвал.

— Благодарю, — я вежливо поклонилась, направляясь к дому: нужно было сдать корзину на кухню и дать распоряжения по свадебному меню.

— Наряд с островов? Как мило! Наслышан о ваших тематических днях, — Освальд галантно придержал передо мной дверь. — Отрадно видеть, что кто-то занимается просвещением народа относительно культур других государств.

— Полноте вам, лей Освальд! Просто стараюсь разнообразить серые будни.

— Из вас выйдет превосходная жена! — растроганно выдал оборотень, провожая взглядом охапку зелени, которую уже подхватила проснувшаяся Юли.

— Вы, должно быть, голодны? — любезно поинтересовалась я.

Мужчина застенчиво улыбнулся, поставив меня перед дилеммой. Вчерашние постояльцы разъезжаться не спешили, поэтому кухню запустили позже обычного, и основные блюда еще томились в печах. Но в арсенале имелись свежая зелень и вчерашнее запеченное мясо.

Пока Юли несла холодный квас, я на скорую руку соорудила сытные сэндвичи: поджаренная хлебная лепешка, соус по моему особому рецепту, листья салата, хрустящие огурчики и щедрые ломти мяса. Освальд с нескрываемым любопытством разглядывал результат. Похоже, сама идея подавать мясо с таким количеством зелени и соусом в формате «взял и съел» стала для него кулинарным откровением.

Разливающая холодный квас Юли с неподдельным интересом косилась на мои «недо–гамбургеры». Я едва заметно кивнула: мол, тащи один на пробу. Ставлю сто к одному — на кухне его тут же разберут на запчасти, и Стана с легкостью наклепает еще пару десятков таких же. Можно смело вписывать «авторские бутерброды» в меню. А раз уж у нас сегодня рыбный день, сделаем вариацию «а–ля фиш» — с сочной котлетой в хрустящей панировке.

— Это безумно вкусно, лея! — восторженно прошамкал Освальд с набитым ртом.

Я с теплотой посмотрела на оборотня. Есть в этом особое, почти материнское удовольствие — видеть, как постоялец уплетает твое творение, вцепившись в лепешку обеими руками и щурясь от наслаждения.

— Меньше чем через полчаса начнется основной завтрак, — предупредила я. — Сможете поесть по–человечески.

— О, я согласен съесть еще штук пять таких штук! — запротестовал Освальд. — Никогда не пробовал ничего подобного!

Я рассмеялась, наблюдая, как он тайком слизывает с пальца каплю соуса.

— Надеюсь, вы скажете это еще не раз — и мне, и моей кухарке. А теперь прошу простить, мне нужно раздать указания.

Я поспешила на кухню. Стана уже была в полной боевой готовности: сонная Анна сосредоточенно перетирала сухарики в ступке, а Юли, все еще дожевывая законный трофей, восторженно вещала о вчерашних школьных подвигах. В углу, заполнив собой почти все пространство, примостился Джеймс с огромной миской дымящейся похлебки. Сегодня была не его смена, но оборотень «бдел». Ага, за порядком он пришел следить, как же. Верим–верим. Исключительно за порядком, а вовсе не за пышными формами Станы у плиты.

Стоило мне изложить задумку с рыбными котлетами, как у поварихи загорелись глаза. Стана была натурой творческой, ей претило однообразие, и она обожала наши совместные кулинарные эксперименты. А уж когда ее величали лучшей кухаркой Артвиля, она и вовсе блаженно таяла.

Разговор плавно перетек на предстоящую свадьбу. Оказалось, Ивар — жук такой! — уже подкатывал к Ларру с этим вопросом, и брат обещал «подумать». Я разложила на столе наброски меню, и Стана одобрила каждую позицию. А когда на кухню ввалился заспанный Ларр, мы перешли к обсуждению спецэффектов. Идею с голубями брат поддержал на ура: выяснилось, что голуби — это тотем богини Ансы, покровительницы любви и плодородия. Выпустить их на свадьбе — не просто красиво, а еще и крайне символично.

Брат оценил новинку мгновенно, авторитетно заявив, что «это божественно». Поедая фастфуд, Ларр прищурился и принялся меня разглядывать. Краем глаза я заметила и пристальный взгляд Джеймса — совсем забыла, что все нелюди считывают эту метку на раз–два. Едва зубами не заскрежетала от досады.

— Миленько, — выдал наконец Ларр, когда мы вышли во внутренний двор присмотреть место для свадебных конкурсов. — Ревнивый у тебя ирр Теодор, однако.

— Он не мой! И вообще — он меня терпеть не может!

— Ага, — хмыкнул брат. — И обещать оторвать все, что ниже пояса, любому покусителю он тоже взялся от большой ненависти, да?

— Ларр, я же тебе говорила: он не просил моей руки!

— Ну, у меня просил, — довольно зажмурился на солнышке этот предатель.

Я едва не пропахала носом землю, споткнувшись на ровном месте.

— Что⁈ Когда⁈

— Не ори мне в ухо, — поморщился брат. — Еще тогда, когда забирал нас из «Замка», тогда и просил. Так что пойми, планировал он что-то этакое уже давно, чтобы он там не говорил.

— И ты что… дал разрешение⁈ — я задохнулась от возмущения.

Это как же так? Еще до того, как выяснилось, что Эмерти — Ишхасс? Как это вообще вяжется с его ледяным поведением в столице?

— Я похож на идиота? — резонно уточнил Ларр. — Ты бы меня за такое живьем съела. Я ответил, что не против, если он будет официально ухаживать и добиваться твоего согласия.

Я обиженно засопела. Вот оно как! Меня продали за спиной, и кто! Собственный названный брат, которого я фактически на помойке подобрала, в дом ввела, заботилась…

— А еще я добавил: если он причинит тебе вред — найду его в любой щели на этой земле и лично перегрызу глотку. Даже если это станет последним, что я сделаю в жизни, — мрачно закончил Ларр, совершенно игнорируя мою надутую физиономию.

Я молча и благодарно сжала его руку. Золото он у меня, а я просто накручиваю себя почем зря. Черт бы побрал это драконье вино с его отложенными спецэффектами!

— Знаешь, я бы не сказал, что он несерьезен. Чтобы поставить такую метку… нужно быть очень настойчивым, — Ларр на секунду запнулся, подбирая цензурное определение.

— Угу, меня ни капли не утешает роль «успокоительного» для его внутреннего зверя! — разозлилась я. — Лоялен ко мне только ишхасс, а сам Тео меня на дух не выносит!

Я резко отвернулась. Брат, лишь пожав плечами, двинулся к выходу с участка — договариваться насчет сбитня. Даже он не хочет со мной общаться! Что за напасть? И во всем виноват Тео со своим магическим клеймом. Кстати, а кто из небожителей вообще согласился на этот произвол? Вроде бы в прошлый раз Тео призывал в свидетели Эшту. Может я смогу договориться с Иштар, чтобы ее супруг снял свое творение?

Прихватив с кухни кружку молока и теплую сдобную булку, я направилась в молельню. Встала перед изваянием Иштар. Может, хоть в этот раз она соизволит откликнуться? Я мысленно, раз за разом, звала богиню. Ну почему, когда она так нужна, ее вечно не дозовешься?

«Ну чего ты орешь в такую рань?» — лениво отозвалось в голове.

— О луноликая Иштар! — пафосно начала я, решив зайти с козырей. — Сделай милость, подскажи: кому из богов я обязана этим «украшением» на ауре? И как мне его снять?

Минуту Иштар хранила молчание. Я уже решила, что она под шумок снова меня бросила.

«Вот наглец!» — в голосе богини прозвучало… искреннее восхищение? Мне не послышалось?

— Иштар?

«Это Эшту постарался».

Я с силой закусила губу. Ах да, покровитель Тео. Как я и подумала.

— А снять? Снять как?

«Минутку».

Богиня снова исчезла. Потянулись томительные минуты ожидания, за которые я успела прикончить булку, запив ее молоком. По–хорошему, полагалось оставлять подношение, но не обидится же Великая Кобылица на маленькую голодную меня?

«Он отказался снимать, — наконец отозвалась Иштар. — Говорит, у твоего Теодора веские основания. А Теодор у супруга — любимчик. Слушай, ты что, правда его альтея?»

Я удивленно икнула. Мне всегда казалось, что боги знают все наперед. Озвучила свой вопрос, вызвав ответный смешок.

«Была занята, не следила за этим миром. А тут такие страсти!»

— Так мне теперь никак не снять эту метку? Я его не люблю, а он — меня!

«Ага, конечно. Только когда будешь Эшту в этом убеждать, ври поубедительнее, а то он точно не поверит!» — съехидничала Иштар.

Я густо покраснела. Ну да, вру. Люблю я этого несносного мага, будь он неладен! Но он ко мне нежных чувств не питает!