Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 34)
— Тина, ты… — его голос сорвался.
Я легла на покрывало и слегка распустила шнуровку на груди. Сложить руки? Нет, буду похожа на покойницу. Может, это его отпугнет? Ну не некрофил же он, в самом деле!
Лежу. Смотрю в потолок. Почему он медлит? Мне и так страшно, да и стыдно, чего уж там. Я слегка изогнулась, принимая максимально выгодную позу. Девушка моих форм просто обязана знать, в каком ракурсе она выглядит наиболее соблазнительно.
Мгновение — и маг, только что стоявший посреди комнаты, оказался на краю кровати. Глаза горели темным пламенем, зрачок расширился, почти поглотив радужку. Радовало одно: он все еще был круглым, а не вертикальным. Как завороженный, Тео разглядывал меня… или сорочку?
Я тряхнула головой. Собственно, чего мне терять? Шесть лет живу как монашка, лишая себя простых радостей жизни. А тут — такой мужчина! Любимый, красивый, желанный. Себе я могу в этом признаться? Пусть он меня не любит, но хочет же! Так почему не он? Я потянулась и легонько погладила Тео по щеке.
И Тео меня поцеловал. Да-а, опыт у него в этом деле чувствовался значительный. В животе сладко скрутило и тут же развернулось тугой пружиной. Ого, как меня «забрало»! Мысли путались, рассыпались искрами и исчезали. Рука Тео, не прекращавшего сводить меня с ума поцелуями, плавно скользнула к моему животу. А я… я просто перестала связно соображать, вцепившись в его плечи. Определенно, это была одна из моих самых светлых идей! Ох, да…
— Тео, ну сколько можно вас ждать⁈
Дверь с грохотом распахнулась, и я издала приглушенный стон. Не знаю, чего в нем было больше: желания, разочарования или жгучего стыда. Тео, рыча от ярости, развернулся к вошедшему, пытаясь закрыть меня собой. Ставлю сто к одному — клыки у него сейчас были что надо.
Высокий мужчина с гривой светлых волос, перехваченных серым хайратником, с искренним интересом рассматривал нашу диспозицию.
Я вспыхнула, как маков цвет, судорожно пытаясь натянуть короткую сорочку на ноги. И откуда у меня взялись такие бесконечные конечности? Никак не получалось спрятать их за широкой спиной своего мага.
— Тише, племянник, тише, — примирительно поднял руки мужчина.
Я снова застонала, заметив в дверном проеме целую делегацию: родителей Тео и даже мелькнувшую макушку Хьюго. Какой позор! Ну вот кто мешал им явиться хотя бы на полчаса позже⁈ Очередной стон сорвался с моих губ. Интересно, как его расценили гости? Решили, что мы уже перешли к десерту?
— Тина, — не оборачиваясь, хрипло позвал Тео. — Что с тобой? Я тебя поранил?
Низ живота все еще сводило судорогой, но жгучее смущение от незваных гостей постепенно остужало любовный пыл. Ну почему у меня никогда ничего не выходит по-человечески? Даже переспать с мужчиной — и то квест с препятствиями.
— А можешь? — спросила дрожащим голосом.
— Как мило, — с иронией протянул гость. — Позвольте представиться: Асвар по прозвищу Белогривый.
Я украдкой, из-за широкого плеча Тео, разглядывала северянина. Красивый мужик, ничего не скажешь. Или это во мне еще говорили поцелуи мага? Я перевела взгляд на чету Эмерти за спиной Асвара. Они что, так и будут там стоять, как в партере театра?
— Дядя… — в голосе Тео прорезались знакомые рычащие нотки.
— Да я даже не смотрю на твою девочку! — возмутился северянин. — А то, что меня воспринимают в принципе как сексуальный объект, — не моя вина.
Тео вздрогнул и злобно на меня покосился. Я аж поперхнулась от возмущения.
— Соблазнять же я собиралась тебя, а не его! — попыталась я оправдаться шепотом. — А ты… поматросил и бросил.
Последнюю фразу Тео проигнорировал, но, судя по вспыхнувшему взгляду, моими словами остался доволен. Я тут же досадно прикусила язык. Ну вот зачем было признаваться в «соблазнении»? Гордость, Кристина, где твоя гордость⁈
— Одевайтесь, юная леди, — распорядился Асвар.
— Может, ты выйдешь? — процедил Тео.
Я мысленно поддакнула: «Выйди, красавчик, а то мне неуютно в одной сорочке».
— Ну уж нет. Стоит мне выйти — и вы продолжите.
— А это так плохо? — несмело пискнула я.
В дверях, к счастью, остался только Асвар — остальные, поняв, что продолжения «цирка» не будет, разошлись.
— Тогда приглушать будет уже нечего, — пожал плечами северянин. — А так — плодитесь и размножайтесь, дети мои. Целый выводок маленьких потенциальных ишхассиков — это же прямо возрождение популяции! Пробуждений такого сильного Зверя, как у Теодора, не было уже целую вечность.
В ту же секунду Тео буквально отпрянул от меня.
Внутри все оборвалось. Хотелось просто разрыдаться от обиды. Значит, вот так? Я до крови закусила губу, чтобы резкая боль отрезвила и остановила слезы, которые уже жгли глаза. Я понимала: его личные желания и инстинкты ишхасса могут не совпадать. Но я ведь не чумная, чтобы так от меня шарахаться! В груди что-то с треском надломилось
— Дурак ты, конечно, знатный, — меланхолично протянул Асвар, с интересом натуралиста разглядывая племянника. — Редкий экземпляр.
Племянничек в ответ утробно зарычал, но тут же получил подушкой в лицо от меня. Маг испепелил меня взглядом, а я лишь обиженно засопела, заматываясь в покрывало, как в кокон. Тоже мне, герой! Оскорбил меня фактически до глубины души, а теперь делает вид, что так и надо.
— Ненавижу тебя, — четко, разделяя каждое слово, произнесла я. Мы были в кругу «своих», так что я решила: гулять так гулять, выскажу все. Тео вряд ли меня ударит, а вот я его — с удовольствием. Наглею? Да, черт возьми, имею право!
— А пару минут назад предлагала себя как портовая девка, — зло выплюнул Тео.
— Знаешь старую поговорку? Если изнасилования не избежать — расслабься и попытайся получить удовольствие, — отрезала я, надеясь, что мой голос не дрогнет и не выдаст, как больно хлестнули его слова.
— Ты считаешь, я способен на насилие⁈ — Тео взвился, как ужаленный. — Да я последние месяцы ношусь с тобой, как с антикварным сервизом из Пустыни!
— Беру свои слова обратно, — задумчиво пробормотал от двери Асвар, подпирая косяк плечом. — Я ошибся. Тут не один дурак. Тут их целых два. Идеально сбалансированная экосистема идиотизма.
— Заткнитесь! — мой крик заставил обоих мужчин вздрогнуть. Нервы, натянутые до звона, наконец лопнули. — Вы оба, замолчите! Вы и в страшном сне не представите, что я чувствую! Я шесть лет торчу в этом мире без родных, без друзей, прогибаясь под ваши средневековые порядки! А теперь меня фактически подкладывают под Ишхасса, превращая в грелку для его комплексов и постельную игрушку. И мне даже пожаловаться некому! Потому что единственный закон здесь — твой друг-король!
Я едва не разревелась, вовремя успев спрятать лицо в ладонях. Гордость из последних сил держала оборону, не давая слезам хлынуть позорным потоком.
— Пошел вон.
— Дядя… — в голосе Тео прорезался рык, больше похожий на обещание скорой расправы.
— Я сказал: пошел вон, — ласково, как неразумному ребенку, повторил Асвар. — Посягать на твое сокровище я не собираюсь. Но если ты сейчас не исчезнешь, у тебя на руках будет труп. А обезумевший ишхасс, потерявший альтею, — это не то зрелище, которое выдержат твои родители, да и весь город. Даже Сигурд в этот раз не спасет.
Я даже дышать перестала от такой аргументации. Они что, всерьез считают, будто я сплю и вижу, как бы эффектно наложить на себя руки? Из-за чего? Из-за одного неадекватного мага? Ну уж нет! Пока есть хоть малейший шанс сопротивляться обстоятельствам, я буду драться. Иначе я бы наглоталась яда еще в тот вечер, после истории с маньяком.
Дверь грохнула так, что, кажется, фундамент дома жалобно скрипнул.
Секунда — и я почувствовала на плечах теплые, тяжелые ладони Асвара. Прислушалась к себе. Гормоны молчали, как партизаны на допросе. Было, безусловно, приятно, но не более. Видимо, мне не «секса вообще» не хватает, а одного конкретного невыносимого мужчины.
— Знаете, лея, Северные горы… они прекрасны, — негромко начал Асвар. — Заснеженные пики, склоны, укрытые вечным белым саваном. Суровый край, опасный. Место, где выживание — это искусство. Слишком много раньше там было… хищного и опасного.
Я молчала, кутаясь в покрывало.
— Говорят, мы произошли от зверей, но в нас куда больше человеческого, чем в тех же оборотнях. Ишхассы — наши элитные воины, наш щит и меч. Вот только в своем безумии они способны стереть в пыль собственный народ. И тогда природа дала им слабость, ставшую их величайшей силой. Женщину. Легенды гласят: ишхассы пробуждаются только перед большой войной.
Я тяжело вздохнула. К чему этот пафосный экскурс в историю? Я что, должна немедленно проникнуться важностью своего «предназначения» и радостно побежать в спальню к Тео во имя мира во всем мире?
— Не слушай то, что наговорил племянник, — мягко произнес Асвар. — Говорил не он, а уязвленная гордость. Ему кажется, что он умнее собственной души, но это самообман. Зверь видит истинную суть, а не напускное. Того, кто не предаст. Забудь его слова. Забудь его поступки. Слушай только свое сердце.
— По-моему, именно «сердцем» он сейчас и орал, — язвительно вставила я, кутаясь в покрывало.
Асвар тяжело вздохнул.
— Увы, любовь ишхасса — это дорога с односторонним движением. Все его существо жаждет тебя, хочет обладать тобой, чувствовать в своих руках… но это не гарантирует