Виктория Мельникова – Избранная Иштар (страница 28)
— В теле каждого Северного лорда дремлет зверь — первобытная, сокрушительная мощь. Именно она превращает малочисленный народ Севреных лордов в одну из самых опасных сил на континенте, — задумчиво начала мать Тео, и в ее голосе проскользнула едва уловимая дрожь. — Но если эта сила слишком велика, она порой пробуждается сама, стремясь взять верх над разумом. В такие моменты требуется либо вмешательство более могущественного сородича, способного усмирить ярость… либо… — женщина на мгновение замолчала, переводя тяжелый взгляд на мужа, — человеческой половине необходим «якорь». То, что удержит на краю бездны, не давая окончательно захлебнуться в жажде крови.
Она сделала паузу, и в комнате воцарилась гнетущая тишина.
— Это всегда женщина. Альтея — одновременно величайшая слабость и сакральная сила Ишхасса. Ради ее защиты зверь способен свернуть горы, и только перед ней он склоняет голову, позволяя человеку вернуться. Вот только… — голос матери Тео стал совсем тихим, почти надтреснутым, — у моего сына никогда не было альтеи. Его зверь спал слишком долго. И теперь, проснувшись, он не знает пощады.
Эльфийка, посмотрела на мужа и, видимо найдя в глазах супруга подтверждение своей теории и с облегчением вздохнула. Хотя я до сих пор не могу понять, чему она радовалась?
— С чего вы вообще решили, что это я? Может, у мужика просто давно секса не было? — ляпнула я. — И он сорвался от любого намека?
— Да как ты…
— Зверь отступил, лишь когда понял, что причиняет вам боль, — перебила мужа эльфийка. — До этого он не проявлял агрессии, он наслаждался близостью. Если бы вы были чужой, инстинкт размножения берсеркера было бы не остановить. Никакой пинок под ребра не помог бы.
Я переводила взгляд с одного на другого, не зная, что и думать. Значит, я — некая «альтея». Тео зависит от меня, но любит ли? Вряд ли. В горле снова запершило от желания расплакаться. Почему на мне сработало самое дурацкое попаданческое клише?
— Я не собираюсь становиться «ручным выключателем» для вашего сына, — отрезала я, стараясь звучать твердо.
— Зверь вас уже не отпустит.
— Почему тогда этот Зверь допустил, что меня чуть не изнасиловали в прошлый раз?
— Видимо, он считал, что полностью контролирует ситуацию, — пожала плечами эльфийка. — А сегодня возникла иная «опасность»: вам понравился другой мужчина. Зверь не мог этого стерпеть.
— Хватит! Я не
— Не знаешь? — ирра Эмерти не на шутку разозлилась. — Да тебе нужно благодарить всех богов, что никто не обвинит тебя в безумии! Наличие альтеи делает тебя полностью стабильным, и Совет Гор наконец снимет свое пристальное наблюдение!
— Похоже, ты права, — тяжело вздохнул отец Тео. — И чем больше времени проходит с момента пробуждения, тем явственнее становятся собственнические замашки Теодора.
— Нет у меня никаких замашек! — почти зарычал маг, и в его голосе снова прорезались опасные вибрирующие нотки.
— Ишхасс — это и есть зверь? — я решилась подать голос, несмотря на искры, летевшие между родителями и сыном.
— Тина, замолчи! — отрезал Тео, резко обернувшись ко мне.
— Ну уж нет! — я упрямо вскинула подбородок. — Это касается меня напрямую! Я должна понимать, что происходит.
Ирр Эмерти внимательно посмотрел на меня, словно оценивая мою готовность услышать правду.
— Что ты знаешь о Северных лордах?
— Ничего особенного, — я пожала плечами под его пронзительным взглядом. — Малочисленный народ, живут в горах. Специфическая иерархия. Наш король — выходец из ваших земель.
— По сути, все Северные лорды — больше чем люди, но меньше чем оборотни или драконы, — заговорил Эмерти-старший, и его слова зазвучали веско, как удары молота. — Легенды гласят, что мы были благословлены богами. «Ишха» на нашем языке означает «душа». Ишхасс — это ее пробуждение, высвобождение внутренней первобытной силы. Раньше каждый второй был пробужденным, сейчас же — единицы. Большинство лордов так и «спит» до самой смерти, не встретив
— И я… — я осеклась, боясь произнести это вслух.
— Вы — альтея ишхасса, — хмуро подтвердил ирр Эмерти, глядя на меня теперь с нескрываемым уважением и, в то же время, сочувствием. — Та, что пробудила его душу.
— Мам, пап, что здесь за тайное собрание? — раздался в дверях беспечный голос, заставив нас всех вздрогнуть.
На пороге комнаты, протиснувшись сквозь охрану, появился Хьюго. С минуту он удивленно рассматривал меня.
— Грудь у Тины, конечно, потрясающая, но вы уверены, что ей не холодно? Что здесь вообще произошло? — Хью попытался разрядить атмосферу шуткой. — Неужели Тина все-таки пришла, чтобы я выполнил ее просьбу?
Я ошарашенно моргнула и запоздало попыталась стянуть края разодранной ткани. И правда: сижу тут, «сверкаю» перед солдатами, которые, впрочем, старательно отводят глаза. Тео же от слов брата мгновенно подобрался. Испугавшись новой трансформации, я подалась вперед и мертвой хваткой вцепилась в его руку, прижимаясь к нему всем телом.
— Ирр Теодор, успокойтесь! Пожалуйста!
Тео медленно повернулся и зачарованно уставился на меня — на мою грудь, едва прикрытую остатками корсета, которой я так отчаянно к нему прильнула.
— Лея Тина, — выдохнул он так тихо, что я едва расслышала, — я, конечно, все понимаю… но я отнюдь не железный.
Я испуганно отпрянула, чувствуя, как к горлу снова подступает комок. Да что же это такое⁈ Что бы я ни сделала — все не так! Каждое мое движение лишь подливает масла в огонь.
Иррея Эмерти, заметив двусмысленность ситуации, принялась поспешно выставлять всех за дверь, раздавая резкие команды охране и онемевшему Хьюго.
Глава 7
Все дни до приезда делегации драконов мне пришлось провести в городском доме сиятельной четы Эмерти. Тео заглядывал всего пару раз. А я тщетно пыталась разузнать о статусе альтеи сверх того что уже рассказали мне в прошлый раз.
Родители Тео отмалчивались. Они лишь неустанно твердили, что теперь все будет хорошо: сын принимает лекарства, и новых срывов не случится. Что-то в их уверенности меня смущало, но я никак не могла ухватить суть своего беспокойства.
Дни пролетали однообразно. В сопровождении Хьюго я наведывалась к своему участку. С подачи Эмерти–старшего наняла потрясающего управляющего, который взял на себя надзор за стройкой, и писала письма брату. Больше мне ничего не доверяли.
Подготовка к визиту драконов завершилась внезапно: я и опомниться не успела, как меня принялись облачать в бесконечные слои национального костюма. Сначала — шелковые шаровары на голое тело, собранные внизу на щиколотках, затем — тонкая оранжевая рубашка. Следом шел короткий кафтан с двадцатью пряжками на груди, расшитый галуном и золотым шитьем по подолу. Поверх накинули длинное платье, кроем напоминающее земную черкеску. Сквозь передний разрез благородно поблескивали серебряные застежки кафтана. Волосы почти полностью скрылись под шапочкой с высоким твердым околышем, украшенной золотом.
Осмотрев себя в зеркале, я признала: получилось красиво. Мне определенно шло.
Занимался рассвет, окрашивая верхушки деревьев в нежно–розовый. Я уже час сидела на ковре прямо у восточных ворот, откуда ждали гостей. Драконы смилостивились и сообщили хотя бы направление — и то хлеб. Я даже не ожидала от них такой «щедрости». Интересно, с чего? И интерес к Истрану, и этакое снисхождение в виде даты и места прибытия. Если верить книгам, драконы предпочитали являться нежданно — негаданно, а потом весьма оскорбляться фактом, что их не ждут, и жаловаться на простых смертных, которые не могут оказать почета гостям.
За воротами маячили стража, несколько десятков чинов из спецслужб и злой Тео с братом.
А я все сидела.
Раздумывала над новым меню в «Замке». Картофельные зразы и густой суп–пюре — почему бы и нет? Нужно придумать что-то этакое… Настольные игры? Да, была такая задумка, надо сесть за «Монополию». Вино, закуски, уютная атмосфера. Кто сказал, что Артвиль — захолустье? Местная аристократия обожает задирать нос, так что придут как миленькие, еще и в ладоши будут хлопать от восторга.
Безумно хотелось спать, ноги затекли. Хорошо хоть проезжих с восточной стороны было немного, а то смотрели на меня как на умалишенную: сидит девица в расшитом золотом наряде на пустом ковре посреди дороги и зевает. Каждый раз, когда в воротах кто-то показывался, охрана подрывалась встречать делегацию, но я лишь качала головой. Нет, это были не те гости. Не понимаю, зачем эта толпа встречающих. И почему Тео каждый раз среди сотрудников, встречающих иностранные делегации? Может, я чего-то не понимаю в работе магического управления? Как оказалось, я весьма мало знаю о любимом мужчине: даже его точная должность для меня загадка
Я почти физически ощущала кожей ярость Тео. То ли на всю ситуацию в целом: встреча драконов очень походила на какое-то унижение, то ли на мой наряд. Министерские то и дело кидали на меня заинтересованные взгляды, но я делала вид, что ничего не замечаю. Главное, чтобы его снова не переклинило, а то дипломатического скандала нам только не хватало. Оставить его в поместье тоже было нельзя: стоило мне исчезнуть из вида, как «зверь» в его голове воображал себе невесть что, и уже через час меня находил Тео–ишхасс. Все с тем же набором: когти, оскал и кроваво–красные глаза. Отходил он, правда, быстро, неизменно шипел, что я виновата во всех смертных грехах, но оставался поблизости, буравя меня злым взглядом.