Виктория Королёва – Яд (страница 14)
– Добрый, Диана, добрый… – сказал, закрывая за собой дверь. – Садись.
Опустилась обратно на диван. Спина выпрямилась сама, руки легли на колени, а на лице зависла лёгкая полуулыбка.
– Сюда, садись. – кивнул на кресло у стола.
Пересела, стараясь совершенно никак не показать собственной неловкости. У этого мужчины подавляющая аура, я постоянно хочу не улыбнуться, а наоборот отойти подальше. Желательно так, чтобы и видно меня не было.
Он сел напротив, неспеша плеснул себе в рюмку прозрачную… не знаю, что это, но явно алкогольное и пострел на меня. И пока я молчала, наполнил вторую рюмку, всего на секунду оторвавшись взглядом от моего лица.
– Как в театре? – будничный вопрос.
– Хорошо, – сглотнула. – Меня… меня утвердили по первой партии. – и тут же добавила: – «Жизель». Спасибо вам большое.
– В курсе. Отчитался уже.
– Я… – вдохнула глубже и наконец-то вытолкала из себя то, что хотела сказать все эти дни – Я хочу поблагодарить вас. Если бы не вы…
Он улыбнулся. Не типично… не так как привыкла – он улыбнулся одним уголком губ и я почему-то запнулась, почувствовав себя маленькой, никчёмной и совсем идиоткой вдобавок.
– Значит, – протянул, – хочешь сказать мне «спасибо»?
– Да, конечно, – всполошилась.
Кивнул, откидываясь на кресло спиной, смотря исключительно в мои глаза.
Я – говорила, он – слушал, а в самом конце просто кивнул.
– Спасибо вам! – решила дополнить. – Я… правда стараюсь, я занимаюсь с Алексеем Викторовичем, он говорит…
– Я знаю, что он говорит.
Кивнула, понимая, что кажется перегнула со своим «спасибо». Но всё-таки… всё-таки закончить нужно было и я снова продолжила:
– Если бы не вы, этого ничего не было, от всего сердца вам благодарна. Спасибо огромное.
Сказала и выдохлась вся, как сильно в ушах застучало от перенапряжения. Я действительно благодарна, от звёзд и обратно. Бесконечно! Внутри порхали бабочки – самые настоящие.
Но они вдруг перестали активно размахивать крылышками, когда я услышала короткое:
– Выпей.
Взгляд медленно сполз на рюмку, внутри что-то ёкнуло.
– Я… не пью, простите.
– Сейчас пьёшь. – холодно, безапелляционно, с нажимом.
Подняла глаза.
– Я после тренировки, устала и…
– Выпей, Диана, – давления в голосе стало втрое больше.
Сглотнула, снова смотря на рюмку.
Если грубо откажу это будет смотреться… это перечеркнёт всю ту благодарность, что я высказала и особенно ту, что испытываю. Безвыходная ситуация…
Прикусываю изнутри губы и всё-таки тянусь к рюмке. Полная почти всклень. Подношу ближе – водка. Меня такой обтирали, когда температура в сорок была.
– Смелее.
Закрыла, глаза, глотнула и тут же зашлась приступом кашля. Обожгло весь рот, всю трахею. Попыталась судорожно втянуть воздух и не смогла – из глаз брызнули слёзы.
– Ну вот, – не без удовольствия протянул Сергей Сергеевич, пока я задыхалась, – А теперь рассказывай, что там у тебя интересного.
Сфокусировала взгляд, чувствуя расползающееся тепло в желудке. Да что там в желудке… в голове закружилось чуть сильнее, чем от фуэте.
Почти сразу вошла официантка, принесла еду. Расставила тарелки, пожелала приятного времяпрепровождения. Я молчала… молчала и смотрела на то, что принесли. Мы в ресторане, я всё понимаю, но я этого не заказывала, не смогла бы ни попросить, не оплатить.
Сергей Сергеевич, приподнял бровь, почти улыбнулся, кивая на тарелки. Вдохнула глубже, явственно чувствуя, как начинает двоиться. Водка на вкус была ужасной. Никогда больше не буду пробовать.
Передо мной оказался какой‑то салат из листьев, с маленькими кусочками мяса и мандаринами. Листья блестят от соуса, мясо разложено – аккуратными полосками, мандариновые дольки смотрятся игрушечными. Всё это выглядело красиво, по‑взрослому… и абсолютно не моим. К мандаринам я всегда не очень…
– Ешь.
– Я… – попыталась возразить.
Попыталась и утухла… Потому что он так посмотрел… как обжог. Взяла вилку, наколола лист салата.
А дальше, дальше вроде бы всё пошло нормально. Сергей Сергеевич ел и спрашивал меня про репетиции, Романова, бабушку и про мои дальнейшие планы как балерины.
Я отвечала, иногда невпопад, иногда как-то совершенно несвойственно мне подхихикивая или смущаясь по-детски. Мне завтра за это будет стыдно, честное слово.
А потом, не знаю как, но тон поменялся. Сергей Сергеевич откинул салфетку в сторону, склонил голову вбок и пристально прошёлся по моему лицу. Мурашки выступили, я даже поёжилась, случайно смахнув салфетку со стола.
Обмерла прям там – на месте.
– Ты понимаешь, что сейчас ты стоишь там, где многие мечтали бы оказаться вместо тебя?
– Да, конечно. – согласилась.
Вот это‑то я очень хорошо понимала. Гораздо лучше, чем он.
– Какая понятливая девочка… – протянул с усмешкой, вновь опрокидывая рюмку.
Я не считала сколько, но кажется, это уже не третья.
У меня не кружилась голова, ничего не мутнело, только тело… оно просто взяло и расслаблялось до состояния амёбности. Мне бы домой и спать… желательно без паров, бабушка у меня чувствует, когда сосед пьяный домой возвращается… а если уж я заявлюсь. Страшно представить, что за скандал она учинит.
Я уже не держу спину прямо… я просто облокачиваюсь о спинку кресла, доедая салат. Он, к слову, был вкусным. Гораздо вкуснее чем на вид.
– Я… стараюсь. В труппе, мы…
Сергей Сергеевич усмехнулся.
– Не про это. – покачал головой, словно несмышлёному ребёнку рассказывает о том, что планета наша круглая. – Я про то, что мир не работает по принципу: «талантливый – значит, сразу наверху», – сказал и подался чуть вперёд, чтобы закончить. – Нужны люди, их поддержка…
Согласно кивнула и отвела глаза. Этот мужчина занимает огромное пространство. Он в возрасте, но ширина плеч, большие руки, взгляд от которого мурашки по пояснице ползут… в общем, меня это немного из колеи выбивает. Всё выглядит как-то странно, словно не так должно быть. Не так…
Я нормальная, пока в училище училась, на свидания ходила и всё-такое, но они все были моего возраста… С очень взрослыми не умею. У них и воспитание другое и принципы. Чуть не то слово и всё. Бабушка моя тому пример, она не очень жалует новое веяние. Старая школа.
Пока я витала где-то не здесь – Сергей Сергеевич встал, дёрнул вниз пиджак, обошёл стол. Всё это время, что мужчина двигался, я… я смотрела и чувствовала себе ужасно некомфортно. Во мне и пятидесяти килограмм нет, это примерно раза в два меньше чем в нём и… И мне протянули ладонь, предлагая подняться.
Проигнорировать жест… возможности не представилось. Я же говорю – другая школа. Мои сверстники после ужина фиг бы предложили даме руку, чтобы подняться, а тут..
Аккуратно убираю салфетку, вкладываю ладонь, которую тотчас обхватывают сильные мужские пальцы. Пульс начинает разгоняться. Это ужасно меня смущает. Да даже то, что он в костюме, а я в спортивном сижу.