Виктория Калленбах – Случайная ведьма. Сбежать. Отжечь и выжить. (страница 3)

Страницы пожелтели от времени, но чернила сохранили насыщенный цвет. Первая запись гласила: "Сегодня Луна вступила в фазу Кровавого Цветения. Они приближаются…" Остальной текст был написан на забытом диалекте, но несколько знакомых символов указывали на связь с культом Лунных Стражей. А вот почерк! Он определенно был мне знаком. Аккуратные округлые буквы и хвостики-завитушки. Я уже видела такие ранее. Что-то смутно знакомое и до боли родное кольнуло сердце. Бабушка! Но какое отношение она могла иметь к архивам Д`Эстре? И почему ее дневник оказался среди найденных в сгоревшем поместье артефактов? Загадок становилось все больше.

Отложив дневник, я потянулась к следующему предмету. Им оказался медальон с треснувшим стеклом. Внутри – портрет женщины с глазами, слишком большими для человеческого лица. Когда я повернула медальон под свет лампы, ее зрачки сузились, будто в ответ на движение. Я чуть не выронила его, но вовремя взяла себя в руки и записала: "Артефакт демонстрирует аномальную активность. Требует изоляции."

Было еще несколько артефактов, которые я отложила в картонную коробку, чтобы поднять их наверх. Каждый предмет я аккуратно упаковала, промаркировала, внесла в бланк, который нужно было показать стражнику при выходе из хранилища.

Если поначалу, когда я брала в руки предметы из ящика, пальцы дрожали, но чем больше я погружалась в работу, тем меньше думала о кристалле.

А когда поднялась по лестнице, вышла из хранилища, миновала охранные плетения и пункт охраны, перебросившись на нем парой слов с улыбчивым, всегда приветливым капитаном Бросом, отметившим вынесенные мной вещи в своем журнале, то страх и вовсе прошел.

Так что поднималась я к себе в кабинет с легким сердцем и тяжелой коробкой. Он встретил меня привычным уютом. Утренние солнечные лучи уже сменились жестким полуденным светом, но я даже не заметила. Засев за подробное описание своих находок. Точная длина в дюймах, обхват, гравировка, реакция свечения в приборе Стофорса, замер общего магического фона… Составление отчетов по полученным данным. Слова текли легко, будто сами выстраивались в предложения. Я описывала каждую деталь, каждую странность, каждое предчувствие, которое вызывали у меня эти вещи. Мир вокруг сузился до размеров стола, заваленного бумагами и древностями.

Желудок напомнил о себе резким урчанием, но я отмахнулась: "Еще немного. Закончу этот абзац…"

А потом еще один. И еще. Включила лампу, когда поняла, что света стало мало и буквы почти сливаются на бумаге. И продолжила изучение.

Тьма за окном обрушилась на меня неожиданно, когда я бросила мимолетный взгляд на улицу.

Оказалось, что ночь там уже разлилась вовсю, была густой, как чернила. Я посмотрела на циферблат хроносов, висевших над входной дверью. Стрелки говорили: "Еще немного, полчасика, и наступит новый день".

Я провела за исследованиями почти пятнадцать часов и даже не заметила. В горле пересохло, а в глазах плавали темные пятна от усталости.

– Тьма и пепел, – выругалась я, потирая виски.

Сложив промаркированные артефакты обратно в ящик, я двинулась в сторону директорского кабинета, с запозданием понимая, что так поздно, или вернее, слишком уж рано, никого там не обнаружу. Что ж, придется, вопреки правилам, взять ящик с собой, не оставлять же его просто так на столе, в самом деле? Таинственные события прошедшего дня не давали покоя. В голове верткими ящерицами мелькали обрывки мыслей и воспоминаний, которые я никак не могла ухватить. Образы далекого прошлого вспыхивали, принося с собой странные и пугающие ощущения. Одно я понимала четко – эта коробка не просто так оказалась в нашем архиве. Создавалось ощущение, что кто-то нарочно подталкивал меня к открытию некой тайны, давно забытой, но от этого не менее страшной. «Но об этом я подумаю завтра», – зевнув сказала себе, вспомнив слова одной великой волшебницы прошлого. Это заклинание нередко выручало меня, не давая бесконечному потоку мыслей взять верх над инстинктом самосохранения, и погружая в прекрасное ощущение полного забвения. «А пока, домой. Домой. Домой…» Положив коробку в свою объемную сумку, и в очередной раз порадовавшись, что предпочитаю именно такие, а не новомодные кошели на тонком ремешке, которые носили все модницы, вышла из Музея и стремительным шагом направилась в сторону дома.

Улицы Брогга ночью были пустынны. Фонари мерцали, будто не решаясь освещать путь слишком ярко. Я шла быстро, почти бежала, но не из-за страха. Нет. Просто… похолодало, я оголодала и слегка озверела. А хотелось простого человеческого… Теплого чаю. Сытного ужина. Мягкой постели. Согреться в конце концов…

Сумка тяжело била по бедру, но я почти не чувствовала ее веса. В голове уже строились планы на завтра: перепроверить данные, найти упоминания о Лунных Стражах, может быть, даже…

Я не успела додумать, вдруг ощутив, что воздух вдруг стал тяжелым, пропитанным запахом сырой земли и гниющих листьев – словно из-под земли поднялось дыхание давно забытых склепов. Я ускорила шаг, но внезапно кожа на затылке заныла, а в ушах зазвенело предупреждение, древнее, чем страх.

"Беги!" – завопило сознание.

Но было уже поздно. В тени между двумя домами что-то шевельнулось. Сначала – едва заметно, как будто ночь сама потянулась ко мне. А потом тьма разверзлась, и из нее выползли щупальца – длинные, влажно поблескивающие, оплетенные синеватым туманом, словно дымом, рожденным из холода.

Они скользили по воздуху так медленно, что казались бесконечно длинными, как нервы, вытянутые из тела самого кошмара.

А затем я увидела их.

Глаза.

Сначала один. Потом другой. И еще, и еще… Много глаз, десятки, сотни – горящих, как раскаленные угли, без век, без намека на человеческое. Они смотрели на меня, и в этом взгляде не было ни жалости, ни ярости – только холодный приговор.

Мир сжался до этого темного клубка и моих собственных дрожащих дыханий. Я отступила на шаг. Еще один. Но спина уже встретила стену дома. Камень холодный, шершавый. Никуда дальше. Негде спрятаться.

Щупальца дрогнули, разрывая туман, и потянулись ко мне, словно ощупывали пространство, готовясь сомкнуться. Сердце забилось так громко, что я услышала его стук в висках, как удары барабана на казни.

Это конец… сейчас… здесь…

– Демоны теней… – прошептала, отступая.

Сердце забилось, как сумасшедшее, грозя вот-вот пробить грудную клетку и запрыгать по тротуару на радость тварям. Липкий пот враз прошиб от корней волос до пяток. Я читала о них в старинных гримуарах по бестиологии, но вот так, воочию, посреди улицы, да еще и в сумерках! Это, скажу я вам, то еще испытание.

Их тела были словно вылеплены из самой тьмы – обтекаемые, лишенные четких форм, они начали расплываться в стороны из единого пятна мрака. Эти твари двигались рывками. Стремительно. Неумолимо.

Я отступала, боясь повернуться спиной, когда первый из них бросился на меня. Отпрыгнула в сторону, но щупальце с острыми иглами все равно задело рукав, разрезая ткань и оставляя на коже тонкую линию жгучей боли. Кровь выступила темными каплями.

– Да чтоб тебя! – выругалась я, нашаривая в сумке защитный амулет. Слабенький, но все же…

Только он куда-то запропастился.

А меж тем второй выкидыш мрака, более массивный, бросился справа. Я инстинктивно схватила второй рукой первый попавшийся под руку предмет – обломок кирпича – и швырнула ему в морду. Камень прошел сквозь туманное тело, не причинив вреда, и тварь зашипела, будто смеясь.

"Гадство. Они полуматериальны…", – подумала, отступая.

Сердце бешено колотилось. Я метнулась к фонарю, надеясь, что свет хоть как-то их ослабит, но твари уже окружали меня, смыкая кольцо. Их дыхание обжигало кожу, пахло гарью и медью.

– Ну нет, так не пойдет! – прошипела я, сжимая кулаки. – Нужно что-то придумать, иначе, как это ни прискорбно, но солнце моей счастливой жизни, грозит закатиться в этой сырой подворотне.

Но что я могла сделать? У меня не было оружия. Никаких заклинаний. Только страх и ярость, кипящая в груди. И… все же я нашла его. Охранный амулет. Пальцы нащупали в сумке холодный металл – амулет, старый, потемневший, с едва заметными трещинами на поверхности. Его вес казался незначительным, но от него исходил странный жар, словно в нем спал крошечный кусочек солнца.

Сейчас или никогда.

Я вытащила его, чувствуя, как дрожат руки, и сжала так сильно, что ногти впились в ладонь. Амулет отозвался мгновенно – слабым пульсом, как сердцем живого существа. И в тот же миг первый демон прыгнул.

Время разорвалось на две части: до и после.

Щупальца рванулись вперед, воздух свистнул, и я инстинктивно выкрикнула слово, которое не знала, что помню. Свет взорвался, вырвавшись из амулета, ослепительный, бело-серебристый, с тонкой каймой синего. Демона отшвырнуло, его тело завертелось в воздухе, как куклу, прежде чем оно рассыпалось пеплом.

Но были вторая, третья, пятая… Десятая твари. Которые начали надвигаться на меня сплошной стеной.

В отчаянии я заорала, не чувствуя, как голос срывается до хрипоты:

– Нет! Нет! Нет!

Это сон. Это должно быть сном. Такого не может быть. Не здесь. Не среди шумных улиц столицы, где еще вчера пахло свежим хлебом и пряностями, а не смертью.

Откуда они взялись? Эти твари, что выглядели так, будто шагнули из чужого кошмара, чтобы разрушить мой мир. Почему именно я? Почему я оказалась здесь, безоружная, один на один с тем, чему не должно существовать?