Виктория Калленбах – Случайная ведьма. Сбежать. Отжечь и выжить. (страница 1)
Виктория Калленбах
Случайная ведьма. Сбежать. Отжечь и выжить.
Глава 1
Я проснулась от того, что за окном каркнула ворона. Громко, настойчиво – будто предупреждала. Впрочем, в этом не было ничего необычного. Вороны в Брогге кричат всегда. Город неспешно просыпался. Солнце медленно, словно нехотя, поднималось из-за горизонта. Туман висел над каналами, как вуаль. Редкие прохожие выползали из своих домов, словно мухи, очнувшиеся от зимней спячки. Пройдет каких-то полчаса и оживление накроет эти улицы лавиной неизбежного гомона и суеты. Но, пока что, они были великолепны в мистическом очаровании утра.
Голова гудела, будто у трактирного пропойцы, после изрядной порции медовухи. А в сознании мелькали обрывки сна. Языки пламени, словно танцующие невероятно красивый и завораживающий танец. Они окружают меня со всех сторон, проникают внутрь. Но не обжигают, а лишь дарят ощущение силы и наполненности. Мои руки становятся прозрачными, и я вижу, как по венам несется огонь. Внезапно черные тени с горящими, словно уголь глазами, обступают меня со всех сторон. Страх… Липкий и пробирающий до костей. Я взмахиваю руками, и из них бьет столп света, озаряя все вокруг. Изначальное пламя, рождающее и пожирающее все вокруг.
Поборов дурные воспоминания, я перевела взгляд на стол, с лежащим на нем объемным фолиантом. «Забытые языки Южного Континента». Провела ладонью по щеке с отпечатком страницы. Вчера я настолько увлеклась, что не заметила, как уснула за чтением. Впрочем, в этом не было ничего необычного, моя тяга к изучению древних тайн и загадок порой граничила с фанатизмом.
– Алисия, – прошептала я себе, – Когда-нибудь твоя неуемная любознательность доведет тебя до беды.
Наскоро приняв душ, я в нерешительности остановилась возле огромного старого шкафа. Моя бабушка, да упокоят боги ее душу, называла его «выкидыш болотной Хрымзы», настолько он был огромен и нелеп в своей вычурности. Старинные дверцы были распахнуты, являя миру, и собственно мне, весьма скудный по меркам любой столичной модницы, гардероб. Я же, не отличаясь особой страстью к нарядам, всегда предпочитала удобство и практичность. А потому, нацепив любимые джинсы и клетчатую рубашку, завязала волосы в высокий хвост и отправилась на кухню.
Первые солнечные лучи пробивались сквозь витражные окна, выходящие на небольшой, но изящный балкон с ажурным кованым ограждением. Поставив чайник на плиту, достала из старинного буфета фарфоровую чашечку с блюдцем и пузатый заварочный чайник с изображением сцен королевской охоты. Все это великолепие, как, собственно и небольшая, но очень уютная квартирка в историческом центре Брогга, досталась мне в наследство от бабули, и, казалось ее уютное тепло и забота по-прежнему были здесь.
Насыпав в чайник несколько щепоток трав из разных баночек, коими в изобилии были уставлены полки, залила все кипятком и приготовилась вкушать неспешный завтрак, как засветился экран магофона, оповещая о том, что некая ранняя пташка очень желает меня слышать прямо сейчас. Нажав на кнопку, приняла вызов.
– Алисия, доброе утро! – произнес в трубке старческий надтреснутый голос, принадлежащий моему непосредственному начальству. – Надеюсь, ты уже проснулась и в добром здравии, потому как ты нужна мне прямо сейчас, срочно. Только что поступила новая партия артефактов и фолиантов, найденных при раскопках поместья Д`Эстре.
– Тех самых Д`Эстре? – удивленно воскликнула я. Рука, держащая чашечку с ароматным чаем замерла, а рот приоткрылся в удивлении.
– Да! И производя опись, я наткнулся на один примечательный артефакт. Первый раз за все время работы в музее встречаю такое. Мне срочно необходимо, чтобы ты посмотрела на него свежим взглядом. Так что поднимай свой хорошенький зад и бегом сюда, а то твоего старого начальника хватит удар от нетерпения, потому что….
– Да, да, поняла, – воскликнула я, со стуком ставя чашку на стол. – Сейчас буду!
Д`Эстре… Я знала это имя. Оно мелькало в старых инвентарных книгах, в обрывках писем XVIII века, в полустёртых пометках на полях запретных трактатов. Род, чья история уходила корнями вглубь веков. Долгое время держащий под своим влиянием весь Южный континент и исчезнувший в одну ночь. Род, чья история пересекалась с моим… В нашей семье не любили упоминать об этом. Взрослые всегда замолкали, стоило кому-либо произнести имя Д`Эстре. Мне, тогда еще маленькой девочке, чья голова забита исключительно куклами, платьями и веселыми прогулками, было непонятно, отчего так меняется настроение людей при одном лишь упоминании чьего-то имени. Однажды я спросила бабушку об этом, но в ответ получила лишь пространное объяснение о том, что некоторые тайны лучше не ворошить, ибо пока спят они, спит и то, что может пробудиться вслед за ними. Впоследствии, став уже дипломированным специалистом в области артефакторики и древних тайн, я пыталась найти хоть какие-то сведения о них. Но получала лишь обрывки, намеки и редкие крупицы информации, от которых загадка становилась еще более запутанной. Но, надеюсь, что эта находка прольет немного света на таинственный мрак моих изысканий.
Кинув взгляд в зеркало и поморщившись от увиденного, надо все-таки высыпаться хоть иногда, я выскочила на улицу. Солнце уже уверенно поднималось, обещая очередной знойный день. Ботинки стучали по брусчатке – слишком громко для такого утра. Я свернула в переулок за пекарней «У золотого бублика». Внезапно моих ноздрей коснулся аромат свежих булочек с корицей – их фирменного блюда и единственной слабости, которую я себе позволяла. Желудок недовольно заурчал, напоминая о пропущенном завтраке. «От одной булочки еще никто не умирал», – подумала я и, резко развернувшись, вошла в приветливо открытые двери пекарни.
– О, Алисия, ты сегодня рано! – поприветствовал меня хозяин, дородный и лоснящийся как огромный каравай мистер Брамс.
– Такая работа, – улыбнулась ему я. – Никогда не знаешь, когда очередная история соблаговолит приоткрыть тебе свои тайны.
– Тебе как обычно?
– О, да, будьте любезны. Одну булочку с корицей с собой.
Выпорхнув из пекарни, я с наслаждением впилась зубами в горячую, политую глазурью и посыпанную корицей сдобу. Утро переставало быть хмурым, а мир начал расцветать новыми красками. Подойдя к зданию Главного исторического музея Брогга, завернула за угол и остановилась перед тяжелой дубовой дверью с вытертой табличкой:
«Архив. Вход по пропускам». Ключ повернулся со скрипом, чтобы спустя совсем немного времени я окунулась в тишину.
Я обожала эти первые минуты, когда зал был пуст, а солнечный свет пробивался сквозь витражи, рассыпаясь синими и алыми пятнами по старым дубовым столам.
– Доброе утро, призраки, – шутливо пробормотала я, проводя пальцем по корешкам книг.
Иногда мне казалось, что они шепчут в ответ. Пройдя по коридору, вошла в неприметную дверь кабинета мистера Элрика. Запах этого помещения всегда завораживал меня. Кабинет пах ладаном и чем-то металлическим – будто старыми монетами.
– Алисия, – откашлялся мой начальник, – ну, наконец-то.
Он протянул мне ключ.
– Ящик из семейного архива д’Эстре. В подвале. Я присоединюсь к вам чуть позже, нужно срочно ответить на важный запрос из канцелярии.
– Почему я? – спросила, сглотнув, но Элрик уже отвернулся, разглядывая что-то за окном. Его пальцы нервно постукивали по подоконнику.
– Потому что ты… видишь то, чего не видят другие. Да и что-то мне подсказывает, что тебе и самой не терпится открыть эту коробку, и выпустить на свет ее маленькие тайны. – Он подмигнул мне и слегка улыбнулся своей обычной всепонимающей улыбкой.
Он протянул мне ключ – холодный, тяжелый, с выгравированной на рукояти буквой «D».
– Подвал. Третий коридор слева. Не задерживайся там после заката.
Его тон не допускал возражений, и мне пришлось подчиниться.
Дверь в подвал скрипнула, как голос давно умершего человека. Воздух сразу стал гуще, пропитанный запахом сырого камня, чернил и… чего-то ещё. Медного?
Я зажгла старую лампу – её свет дрожал, будто боясь осветить слишком много.
Ступени уходили вниз, в темноту, которая казалась живой. С каждым шагом усиливалось давление в висках – лёгкий гул, будто кто-то настраивает камертон где-то у меня в черепе. В темноте что-то шевельнулось. Или мне просто показалось? Скосив взгляд, я замерла, но тени оставались неподвижными, однако где-то на грани сознания появилось ощущение, что за мной пристально наблюдают, словно выжидая чего-то. Но когда я обернулась, там ничего не было. Лишь сырые мрачные стены. Я продолжила спускаться, пытаясь заглушить в себе эти непонятные ощущения. Шаг, еще один, и еще. Внезапный озноб мурашками пробежал по позвоночнику. Холод подвала был не просто сыростью, а ощущением, будто кто-то провёл ледяными пальцами по моей спине. Прикосновение было настолько реальным, что я вздрогнула.
– Эй! – с опаской тихо произнесла я в темноту. – Кто здесь?
Мне никто не ответил. Да и чего я ожидала? Однако ощущение чужого взгляда никуда не делось.
«Это всего лишь старый подвал, Алисия. Ты была здесь сотни раз», – про себя повторяла я.
Наконец, спуск прекратился, и я оказалась в длинном узком коридоре со множеством ответвлений. Каждый раз, попадая сюда, я не могла отделаться от ощущения, что эти стены живые, столько истории и событий они впитали в себя за столетия своего существования. Когда-то давным-давно, когда Южный континент только начал осваиваться выходцами Западных земель, на этом месте была возведена крепость, ознаменовавшая собой начало нового мира и новой истории. Многие века в этих стенах происходили кровопролитные битвы, возникали новые планы и надежды, напитавшие их как губку эманациями силы и отчаяния, боли и страха, надежды и веры в светлое будущее. Новый мир отстраивался и видоизменялся. Сменялись века, правители и судьбы, приведя здание к тому, что я могла видеть сейчас. Полуразрушенные стены были восстановлены в современном виде, верхняя часть стала приютом великих мыслителей и исследователей, студентов и практикантов исторических факультетов академий всего Южного континента. Однако же, нижние этажи, спускающиеся глубоко в подземелье этого старинного сооружения, оказалась нетронутой. Ни физически, ни эмоционально. Тайные коридоры катакомб превратились в хранилище знаний и артефактов, доступ к которым тщательно оберегался. Лишь избранные допускались в святая святых того, что именовалось безобидным словом Архив Главного Исторического Музея города Брогга.