Виктория Иванова – Заря и Северный ветер. Часть III (страница 15)
– Уже утро? – прохрипел Владимир, разводя плечи.
– Я не помню, как уснула… Простите! Надо было меня разбудить. Вас ведь жена, наверно, потеряла!
Владимир пристально посмотрел на неё и машинально потёр кольцо.
– Не потеряла.
Он был очень бледен, под его глазами пролегли серые болезненные круги. Что-то ещё странное и неясное в его лице беспокоило Ирину. Она пыталась разглядеть и понять это, но так и не смогла.
– Мне пора на работу собираться. Вы…
– Обращайся ко мне на «ты», Ирина.
– О, ладно… Я хотела… В общем, спасибо вам… тебе… Спасибо огромное. Мне очень неудобно, что тебе пришлось возиться со мной всю ночь. И я очень надеюсь, что у вас из-за этого не будет проблем в семье. И… – вся красная, она запустила руку в рюкзак. – Возьмите, – Ирина вытянула помятые билеты, с декабря дожидавшиеся своего часа. – Вдруг вам понравится. Будут показывать авторские фильмы. Ну, там артхаус, нуар…
– Нуар?
– Д-да… Наверно. Правда, фестиваль из-за пандемии всё время переносят… Но он точно будет! Возьмите.
Он не взял протянутые билеты.
– Сходи сама.
– Да я всё равно постоянно работаю.
– В этом мы похожи.
– Ну, может, ваша жена…
– Моя жена меня не помнит, – резко оборвал её Владимир.
Она совсем сбилась и от растерянности неуклюже сунула билеты обратно. Владимир прочистил горло и добавил мягче:
– Мы разошлись.
Не поднимая глаз, Ирина заправила короткую прядку за ухо, но та соскользнула ей на лицо.
– Иди, – смятым голосом сказал Владимир. – Иди домой, Ирина.
Ей стало стыдно за свою жалкую и, наверно, совершенно неуместную попытку благодарности.
– Спасибо ещё раз, – торопливо выговорила она. – До свидания.
Владимир, не глядя на неё, кивнул и завёл машину.
Рабочая смена прошла в тумане. За свою медлительность и вялость Ирина получила замечание. Приехав домой совершенно разбитой, она думала только о том, как заберётся под одеяло. Готовиться к физиологии она была не в состоянии. Всё, чего ей хотелось, – спать, спать, спать. Но крафтовый пакетик на дверной ручке растормошил её. Внутри него оказался газовый баллончик. Ирина догадалась, чей это подарок, но написать благодарность Владимиру решилась не сразу.
После душа она поставила будильник и рухнула на кровать. Она хотела встать пораньше, чтобы перед экзаменом повторить билеты, но сомневалась, что сможет это сделать. Задумчиво вертя телефон, она поглядела на вздымающиеся прозрачные занавески. Сквозь них в комнату просачивался мягкий свет дотлевающего дня. Над окном с пронзительным визгом носились стрижи. Что-то острое и щекочущее шевельнулось в её груди. Ирина отыскала в вызовах последний номер и отправила сообщение со словом «спасибо». Сунув телефон под плюшевого крокодила, она повернулась на бок и обняла вторую подушку.
Тяжёлые чёрные кошмары погребли её под собой. В них звероподобные мужчины облепляли её со всех сторон. Ирина не могла разомкнуть губ, чтобы закричать. Она тянула на себя обветшалую серую ткань, но та рвалась, оголяя тело, липла к пальцам отдельными волокнами, не защищая от чужих рук и челюстей. Кровь горячими струями текла по её плечам, груди, животу и ногам… Она пропитывала ткань и подымалась всё выше, и выше, и выше, словно Ирина лежала в ванной, медленно заполняющейся до краёв. Когда на её шее сомкнулись чьи-то пальцы, она забарахталась. Она сбросила с себя одеяло и отскочила к изголовью. Ещё не вполне отделяя реальность от сна, Ирина подобрала под себя ноги и сжала ворот пижамы. Влад… Он был среди этих жутких существ.
– Куда ночь, туда и сон… – суеверно прошептала она.
Звон будильника привёл её в чувства. Увидев, который час, Ирина спрыгнула с кровати и натянула водолазку. Кое-как причесав волосы, она включила ноутбук и зашла в программу видеочатов. Экзамен уже подходил к концу. Если бы она подключись позже, то осталась бы без оценки.
Билет ей достался лёгкий, на днях Ирина как раз повторяла и рефлекторные теории, и физиологические особенности сна, и вкусовой анализатор. Но события прошлой ночи и кошмары дали о себе знать – Ирина тяжело собирала мысли, сбивалась и забывала детали. Преподаватель была недовольна. Увидев в журнале частые пропуски Ирины, она засыпала её дополнительными вопросами о правилах переливания крови и порядке проведения биологической пробы. Тут Ирина ответила блестяще.
– Ладно, поставлю вам четвёрку, Никитина, – сухо сказала Лариса Владимировна. – Но, когда вы будете стоять за операционным столом, вы поймёте, что ваш главный помощник не богатый покровитель, а знания, которых у вас нет.
Ирина опешила. Она не хотела из-за тройки потерять стипендию, но она не просила о снисхождении. Зная характер Ларисы Владимировны, она проглотила обиду и не стала спрашивать, при чём тут человек, оплачивающий её обучение. Уже закрыв ноутбук, она задумалась. Работающие в «красной зоне» студенты должны были встретиться с меценатом и получить из его рук благодарственные письма и выплаты, но из-за карантина мероприятие отменилось. Возможно, попечитель обратился к преподавателям и попросил их быть мягче с теми, кто оказался, как говорил Анатолий Евгеньевич, на передовой.
– Пофиг! Всё закончилось, и слава богу.
Выдохнуть у неё не получилось. Справиться с разбуженным синдромом самозванца12 было не так просто. Заправляя постель и прибираясь в комнате, Ирина прокручивала в голове слова Ларисы Владимировны и анализировала свои ответы. Её одолевали сомнения, и она пыталась оправдаться. Она искала веские доводы в свою пользу, чтобы убедиться, что она занимает место, которое заслуживает и что Лариса Владимировна просто придирается к ней. Но фокусировалась Ирина не на успехах, а на своих слабостях. У неё ведь действительно было слишком много пробелов: она недостаточно компетентна, умна и быстра, она заслуживала «тройки».
Если бы не новые тревоги, Ирина так бы и провела весь день в этих сокрушениях. Скинув в ванной надоевшую водолазку, она боковым зрением зацепила своё отражение. Медленно повернувшись к нему, она открыла рот, глядя на свою чистую кожу. Ни одной фиолетовой или хотя бы жёлтой отметины. Они все исчезли. Ирина трогала шею, рассматривала с разных углов – ничего. И только тут она поняла, что смутило её вчера утром: на лице Владимира не было ссадин. И на его костяшках. Никаких следов драки! Или… Или это уже ложные воспоминания?
Ирина ещё раз проверила себя. Синяков не было! Но они не могли так быстро сойти. Это просто невозможно! Ирина перебрала в уме всё, что знала о гематомах. Логичное обоснование так и не нашлось. Тогда она, не особо веря себе, предположила, что это возможные последствия вируса. Она могла переболеть бессимптомно: за несколько месяцев в «красной зоне» нельзя было не заразиться. Может, она перенесла заболевание на ногах и без осложнений. Может, и у Владимира была похожая реакция. Во всяком случае радиоактивные пауки её точно не кусали. Ирина присела на край ванны. Кусали… клыки… Она видела их в темноте под деревьями и в кошмаре.
Нет! В такую ерунду она не верила. Тогда что? Ирина похолодела от страшной догадки. Что, если от усталости и постоянного стресса она тронулась умом? Что, если ей всё это привиделось, и она перенесла сон в реальность? Ирина схватила телефон – она должна была убедиться, что Владимир не плод её больной фантазии. Если реален он, значит, всё это правда, и Ирина не рехнулась. Она открыла сообщения и увидела новое входящее. Оно следовало ответом после её вчерашнего «спасибо».
«Будь осторожна. Не ходи одна так поздно».
– О-ох! – Ирина потёрла лоб, она нуждалась в передышке.
Ей надо расслабиться и отдохнуть. Экзамены закончились, практику можно было спокойно пройти на работе. Всё. Наступили каникулы.
Разогрев овсяную кашу, Ирина села за стол и перечитала сообщение Владимира. Ей хотелось спросить про его ссадины и рассказать про свои синяки. Но все её вопросы звучали нелепо, и она сфокусировалась на предостережении Владимира. Первая пришедшая в голову шутка выглядела как банальный флирт. Засунув ложку с кашей в рот, Ирина стёрла написанное и крепко задумалась. Так ничего оригинального не сочинив, она отправила ему: «Хорошо. Спасибо». Затем стала копаться в интернете: там точно могло быть что-то про подобные аномалии.
Следующее сообщение от Владимира пришло поздно вечером. Оно застало Ирину за чтением книги (утренние поиски в сети не увенчались успехом, и она бросила их, решив осторожно поговорить о последствиях вируса с Анатолием Евгеньевичем).
«Как экзамен? Сдала?»
Она отложила Панчина, и с улыбкой набрала:
«Угу. На четвёрку».
Нажав на кнопку отправки, Ирина нахмурилась. Когда она успела проболтаться о своей учёбе? Ей ко всему прочему ещё и память отшибло?
«Чем займёшься на каникулах?»
«Впаду в спячку! Выспаться – это единственное, чего я хочу. Очень устала за этот год. А ты? Чем займёшься летом?»
«Тем же, чем и всегда, – работой. Собираюсь в дорогу».
«Счастливого пути и удачи!»
«Спасибо, Ирина».
На этом их переписка оборвалась. Владимир больше не напоминал о себе. Это было логично, он ведь был из другого мира. Иномарка бизнес-класса, неброские, но дорогие качественные одежда и обувь, эксклюзивные часы… Холодные глянцевые слова. Но они были из его жизни. Он был человеком иного круга, он был представителем того класса, который, поднявшись на ступеньку выше, мыслит уже иначе. Вряд ли, у них могли найтись темы для общения. Так Ирина думала до августа.