Виктория Холт – Молот шотландцев (страница 63)

Она горько рассмеялась.

— Странно, что тот, кого я ненавижу, так жаждет на мне жениться, а тот, кого я люблю, отвергает меня ради своего дела. Прощайте, Уильям.

— Нет, — вскричал он. — Это не прощание. Я буду оберегать вас. Если понадобится помощь, вам стоит лишь послать за мной. Я отомщу за вашего брата. Я захвачу Ланарк и изгоню из него шерифа Хезелрига. Я вернусь.

Она печально покачала головой, и он покинул ее и поскакал обратно в лес.

***

Он был несчастен. Подавлен. Жизнь потеряла для него всякий смысл.

Стивен и Карле беспокоились о нем. Они умоляли его рассказать, что у него на душе.

Привыкший делиться с ними своими тайнами, он рассказал им всю историю: как услышал о Мэрион, пошел в церковь, чтобы увидеть ее, заговорил с ней и полюбил.

— Опасно заводить интриги с женщинами, — напомнил ему Стивен. — Вспомни Эллен.

— Ах, я помню Эллен. Эллен была чудесной женщиной. Я никогда не пожалею о нашей дружбе.

— А теперь — Мэрион Брэдфьют. Ты играешь с опасностью, Уильям.

— Я поступаю так, как должен. Услышав о прекрасной женщине в беде, что я мог сделать? Ее брат убит по наущению этого злодея Хезелрига. Вот что я вам скажу: я не успокоюсь, пока не пролью его кровь.

— Ты сам говорил, что неразумно ввязываться в эти мелкие авантюры. Ты говорил, что будешь скрываться, пока мы не соберем отряд, чтобы действовать сообща. И это происходит… понемногу. Уильям Дуглас прислал весть, что едет к нам, и с ним немалые силы. Сэр Джон Ментейт сообщил, что присоединится к нам. Нам нужно быть терпеливыми, Уильям, и скоро у нас будет достаточно сил, чтобы выступить против англичан.

— Это не мелкая авантюра. Я люблю Мэрион Брэдфьют.

— Еще совсем недавно ты любил Эллен, так неосмотрительно навещал ее и был на волосок от гибели.

— Мэрион — не Эллен. Она отказывается быть моей любовницей. Она хочет брака… или ничего.

— Как ты можешь жениться?

— Именно это я ей и сказал. Мне придется постоянно ее покидать.

— Возможно, — сказал Стивен, — она сможет это понять.

Двое других посмотрели на него с изумлением.

— Да, — продолжал он, — предположим, Уильям женится на этой женщине. Это решит и ее проблему, и его. Сын шерифа тогда не сможет ее заполучить, и как он сможет жаловаться, если у нее уже есть муж? Она знает, кто такой Уильям. Она поймет, что у него есть предназначение. Я прихожу к мысли, что Уильяму было бы неплохо иметь жену. Это будет женщина, которой он сможет доверять, в отличие от какой-нибудь любовницы, с которой он мог бы сойтись.

Уильям обезумел от радости. Конечно, это возможно. Она поймет, что, будучи тем, кто он есть, он не может вести обычную семейную жизнь. Это будет ненадолго. Когда Шотландия будет свободна, тогда они смогут строить планы вместе, растить детей и вернуться к тихой жизни.

Они обсудили это вместе, и чем больше они говорили, тем более правдоподобным все казалось.

На следующий же день Уильям поскакал в особняк Брэдфьютов и попросил Мэрион выйти за него замуж.

***

Не прошло и недели, как они обвенчались. В дом тайно привели священника, и там, в соларе, где они совсем недавно беседовали, в присутствии лишь нескольких верных слуг свершился обряд.

Несколько дней он оставался в особняке. Он был гордым и счастливым мужем. Его женой стала самая прекрасная девушка, какую он когда-либо видел, и она обожала его. Он был великим Уоллесом, уже героем. Она сказала ему, что хочет присоединиться к нему в борьбе, хочет делать все возможное, чтобы помочь. Она знала, что будут времена, когда ему придется ее покидать. Она будет стойко переносить его отсутствие; она сделает все, что в ее силах. Она проникалась его делом с не меньшим пылом, чем он сам. И она гордилась им. Она была уверена, что он станет полководцем, чье имя войдет в историю как имя человека, принесшего свободу своей стране.

Ему было мучительно покидать ее, но он знал, что должен вернуться в лес, и пока он оставался в ее доме, было важно, чтобы его присутствие хранилось в строжайшей тайне. Кто знает, что случилось бы, если бы Хезелриг узнал, что Уильям Уоллес не только находится среди них, но и женился на наследнице, которую он прочил в жены своему сыну?

И он вернулся в лес. К своей радости, он обнаружил там Джона Ментейта с небольшим отрядом. Ментейт жаждал узнать обо всех новостях и сказал, что разузнал настроения своих друзей, и скоро у них будет войско, достаточное для нападения.

***

В ворота постучал шериф Хезелриг, и отказать ему во входе стоило бы привратнику жизни.

Он вошел в дом, приказав слугам позвать их госпожу.

Мэрион вышла к нему; сердце ее колотилось от страха и гнева при виде этого человека. Улыбка его была довольно приятной. До сих пор он воздерживался от угроз и пытался добиться своего лестью.

Он не доверял здешним жителям. Они были хитры, на словах выказывали почтение, но он чуял: малейшей искры хватит, чтобы они взбунтовались. Если он силой заставит Мэрион выйти за его сына, это и может стать той самой искрой, что разожжет пожар. Ему нужны были люди и оружие. Этот разбойник Уоллес жестоко потрепал обозы. Он еще не был готов принудить девицу силой. Но, клянусь Богом, думал он, я уже близок к этому.

Он поклонился ей, и она холодно ответила на его приветствие.

— Вы в добром здравии, госпожа Брэдфьют, — сказал он.

— Благодарю вас, сэр, так оно и есть.

— Такая красота — и в одиночестве!

— Я живу так, как мне угодно, — ответила она.

— Вам нужен муж, госпожа. Многие это отмечали.

— Благодарю вас, сэр, но мне лучше знать, что мне нужно.

— Ну полноте, госпожа, не жеманьтесь. Вы знаете, мой сын без ума от любви к вам.

Она молчала.

— Вы возьмете его в мужья, — сказал он.

Она по-прежнему не отвечала.

Ему хотелось дать ей пощечину, позвать своих людей, силой оттащить ее к священнику. Он приложил столько усилий, чтобы устроить этот желанный брак. Все было бы хорошо, если бы она, глупая девчонка, просто сказала «да».

— Я пришлю своего сына навестить вас завтра, — сказал он.

— Я завтра не принимаю. У меня другие планы.

— Тогда послезавтра.

— То же самое… как и в любой другой день, когда ваш сын надумает явиться.

— Вы невежливы, госпожа.

— Я говорю то, что чувствую.

— Вы передумаете. Я был с вами слишком снисходителен.

— Я сама выберу себе мужа.

В том, как она произнесла эти слова, было что-то торжествующее, и шериф замолчал. Ходили слухи… слуги всегда болтают. Он не верил… не про добродетельную Мэрион. Шептались, будто в дом к ней ходит какой-то мужчина. Кто-то его видел. Должно быть, одна из служанок завела любовника. Одному Богу известно, как это было обычно.

И все же… в ее взгляде было нечто, отчего в его душе тревожно зазвенел колокольчик.

Завтра. Все должно решиться завтра.

Он поклонился и откланялся. Теперь ей стало страшно. Она видела решимость в его глазах. Ему надоело ждать. Он пойдет на отчаянный шаг, если она не предпримет что-нибудь.

Она так и сделала, без промедления послав одного из своих слуг верхом в тайное убежище своего мужа.

***

Уже смеркалось, когда Уильям въехал в город. На этот раз он явился без переодеваний.

Не оставалось сомнений, кто это был, когда он ехал во главе своего отряда. Уильям Уоллес, герой Шотландии.

Люди выбегали на улицы.

— Уоллес здесь! — кричали они. — Наконец-то он пришел!

Часовые заметили его. Они подняли тревогу.